Вторжение
Шрифт:
— Решил поиграть в молчанку? — на смуглом скуластом лице появилась зловещая ухмылка. — Это хорошо, люблю смотреть, как люди корчатся. Сейчас…
— Прекрати! — раздался властный голос. — Иди, приведи его.
— Повинуюсь…
Любитель пыток исчез из поля зрения, но его место тут же заняло другое лицо, в котором Лесс-Скир признал командира трезубца. Холодные бездушные глаза впились магу в переносицу, и командору показалось, будто храмовник собирается перетрясти его душу. Он воздвиг ментальный щит, но вдруг давление схлынуло, и наёмник удовлетворённо
— Гадаешь, как мы прошли сквозь твою защиту? — задал он вопрос и навис над Лесс-Скиром. — Можешь не отвечать, по глазам вижу, что тебе это интересно. Просто мы владеем Астралом на порядок лучше вас, магов, — последнее слово храмовник произнёс так, будто выплюнул сгусток желчи. — А теперь отвечай, кто ты и с какой целью за нами следишь? Вздумаешь лгать, я сотворю с тобой такое, что смерть покажется бесценным даром. И поверь это не пустые угрозы…
Слова прозвенели в тишине комнаты словно клинок, извлекаемый из ножен, и по спине командора невольно пробежал холодок. Тому, кто с лёгкостью преодолел его защиту действительно под силу сделать смерть максимально мучительной и долгой. Они с братом и предположить не могли, что в Храме воспитывают магов превосходно владеющих Астралом. Жаль это знание останется при нём.
Решив потянуть время, брат Эжж'илера заговорил:
— Моё имя Амнир. Я здесь проездом…
— Его зовут Лесс-Скир, — раздался голос Таффиса, вошедшего в комнату с остальными храмовниками. — Он брат магистра Эжж'илера.
Командор беззвучно выругался. Похоже, некроманта лишили воли.
— Ты же принёс присягу моему брату!!! — он попытался достучаться до совести мага, но это оказалось сродни удару головой о стену.
Таффис с отрешённым видом вытянул из ножен трёхгранный стилет и посмотрел на командира трезубца.
— Мне прервать нить его жизни?
— Не сейчас, — храмовник склонился над пленённым и заглянул в глаза. — Прежде я должен встретиться с Верховными. Возможно, в их планах найдётся место и для него, — он растянул рот в злобной усмешке и положил ладонь командору на лоб. Лесс-Скир вдруг почувствовал резкую боль, будто в мозг впилась тысяча игл, затем по телу прокатилась волна жара и мир поглотила тьма…
— Раз уж так совпало, что вы его пленили…
— Что ж быть посему…
Фразы пробивались в мозг с огромным трудом, будто через толстый слой хлопка. Командор попытался уловить их смысл, но ничего не вышло — слова оставляли в подсознании лишь тени и тут же вытеснялись новыми тенями.
«Нужно открыть глаза и осмотреться», — пронеслась отрешённая мысль, и Лесс-Скир ухватился за неё как утопающий за вымокшее бревно. Но, как и топляк, мысль пошла ко дну, а рядом кто-то кому-то отдал приказ:
— Приведи его в чувства!
Жуткий скрежет так похожий на звук огромных мельничих жерновов взорвал мозг, и свет резанул по глазам. Картинка поплыла, но вскоре приобрела резкость, и командор понял, что находится в Астрале. Правда, легче от этого не стало. Перед ним стояли три фигуры, облачённые с ног до головы в тёмно-бурые балахоны
Маг дёрнулся раз, другой, но вдруг рука одного из незнакомцев взметнулась к его груди, и командор ощутил, как волна чужой воли врывается в сознание, круша все преграды. Лесс-Скир даже не успел как следует испугаться, когда перестал существовать как личность…
***
Заоблачный замок завис высоко за редкими облаками и два бога-брата наблюдали с одной из его террас за раскинувшимся на многие лиги Хайвердским лесом. Где-то там под сенью многовековых зелёных гигантов укрылось то, что не даёт Сетт’иллису с Харр’изисом покинуть этот мир.
— Говоришь, артефакт называется «Источник»? — светловолосый юноша спрыгнул с высокого парапета, покрытого искусной резьбой и снизу-вверх взглянул на великана с квадратными скулами.
— Да, брат, именно так моему ученику и сказали.
— Имгиты... имгиты... — Сетт’иллис задумчиво прошёлся пятернёй по золотистым кудрям. — Почему это слово кажется мне таким знакомым?
— Не знаю, брат. Я-то уж точно ничего не припоминаю.
Харр’изис развернулся и, скребя огромными ножнами по старинным плитам, пошёл к арке в глубине террасы. Там у каменного стола, расчерченного под игру в ситар[2], стояла пара мраморных кресел. Великан удобно расположился в одном и подхватил со столика с напитками медный кувшин. Через некоторое время к нему присоединился и Сетт’иллис. Он подставил бокал под кувшин, и брат нехотя плеснул в него рубиновой жидкости. Взболтнув вино, Повелитель Туманов задумчиво произнёс:
— Ты знаешь, мне кажется, я вспомнил, где его слышал. Если мне не изменяет память, руины, на которые рухнул демон Междумирья, назывались Имгит-Гар — древний город… или город древних.
— Хочешь сказать те, с кем довелось встретиться Эжж’и’леру могут иметь какое-то отношение к первым хозяевам Хигиона? — густая чернявая бровь взметнулась ко лбу. — Не думаю что это так. Видимо Верховные просто напустили туману, а он и уши развесил.
— Поди, знай, брат, поди, знай, — юноша в белоснежной тоге передвинул пару фигурок на столе, отпил из бокала и внезапно спросил: — А что Эжж'и'лер сказал по поводу сделки?
— Сделки? Ты о чём?
— Брось, брат, такие сведения просто так не даются. Видимо имело место какое-то соглашение, о чём твой ученик благополучно умолчал, — Сетт'иллис подмигнул великану и повёл ладонью приглашая сделать ход.