Всадники Ветра
Шрифт:
— Безымянная, — прошептала Лимма, вновь обратив мое внимание на себя. Я посмотрела на девушку, та уже успела справиться со своими чувствами.
— Кто вы? — я задала то вопрос, который мучил меня с самого начала путешествия к этим странным людям.
Заговорил невысокий мужчина, с глубокими морщинами на лице и уверенность и властностью в голосе. Посмотрев на него, к своему облегчению, не обнаружила удивления или страха. Что за странная реакция Роупа?
— Мы те, кто поможет тебе, безымянная, — ответил мужчина. Ха, как будто бы это удовлетворило любопытство, жгущее все внутренности!
— Это я уже
— Мое имя Морп, безымянная, — с достоинством произнес мужчина, выпрямляясь. — Это Лимма, — он показал на сестру Роупа. — И моя жена Рейзар. — Женщина наклонила голову, в знак приветствия. Я с интересом оглядывала невысокую, полную от возраста Рейзар, и удивлялась живости на ее лице. Но общие черты были какие-то колючие, хотя это и не отталкивало от нее.
Убедившись, что я услышала названные им имена, Морп сложил руки на груди, сразу сделавшись каким-то суровым. Ясные карие глаза напоминали мне о Бииблэке, да и в лице Морпа было нечто схожее с чертами капитана стражи.
— Что ж, — протянула я, раздумывая над тем, действительно ли называть себя. — Мое имя Эверин Страстная, так вы можете ко мне обращаться.
На лице Рейзар расплылась теплая, материнская улыбка. Лимма тоже попыталась изобразить доброжелательность, но удивление и страх до сих пор отставляли на ней свою печать.
— Что ж, пусть будет так, — согласился Морп, как будто не совсем доверяя моим словам. — Мы живем далеко от Королевства Дейстроу, но слышали имя принцессы, если ты хочешь взять его, пусть так.
— Нет, — прервала я его. — Вы ошибаетесь, Морп. Это имя действительно принадлежит мне. Как и титул принцессы моего Королевства, но судьба выбрала иной путь.
Теперь изумление коснулось всех, к моему удивлению. Алди озлобленно зарычал, ему это тоже совершенно не нравилось, хотя Нилли держалась более достойно своего друга. Шерсть ее искрилась от волнения, она разделяла со мной еще и благоговение перед этими людьми.
— Я не жду и не приму, — продолжала я свою размеренную речь, — каких-либо знаков почтения или что-то вроде этого. Мой путь привел меня сюда, вы ждали, и я пришла. Что ж, тогда помогите.
Морп сумел скрыть гримасу поражения со своего лица, провел рукой по густым усам и многозначительно посмотрел на свою жену. Та кивнула.
— Хорошо, Эверин Страстная, здесь ты будешь нам равной, — заключила Рейзар, так и не дождавшись слов мужа. Лимма нервно сглотнула, теперь ее ужас стал более ощутим, это приводило в дикое раздражение. — Наверняка ты хочешь отдохнуть после путешествия. Пока мы отведем тебя в свой дом, — продолжала женщина. — Но позже выберем, где ты будешь жить. Таков наш первый закон.
Я не придумала ничего лучше, как кивнуть, будто бы у меня закончились слова, да и мысли, признаться честно, тоже. Несмотря на щедрую энергию Силенса, усталость внезапно навалилась на плечи, стоило услышать намек на обычную кровать и человеческое жилище.
— Пойдем, Эверин, — женщина властно оттеснила рычащего Алди и взяла меня за руку.
— Но как же мои волки? — неожиданно я вышла из ступора. Ниллица не выражала собой никакого беспокойства, только недовольно поглядывала на своего друга.
— Они могут охотиться на наших просторах, —
Я коснулась пальцами лба Алди, пытаясь его успокоить, опустилась на колени и крепко обняла за шею. Волк перестал рычать, а Нилли прижалась к нам с другой стороны. Так я рассказала им о том, что охотничьи угодья в их распоряжении.
— Теперь идем, — кивнула я, но отказалась от руки жены Морпа. Женщина спокойно отреагировала на это и повела меня в их деревню. Лимма и Морп молча следовали за нами. Мне не нравилось напряжение, которое появилось между мной и девушкой, но я его категорически не понимала. Неожиданно обида завладела сознанием, ведь Роуп почему-то сбежал и даже не пожелал поговорить со мной. Неужели я не оправдала его ожиданий?
Деревня давным-давно кипела дневной жизнью, но в действительности она оказалась не такой огромной, как мне показалось с дороги. Деревянные дома свободно стояли на достаточном расстоянии друг от друга, только семейные жилища жались одно к другому, сохраняя свои особенные традиции. То тут, то там сновали куры, деловито ищущие что-то на земле. Мимо нас прошла коза, удивленно шарахнувшаяся от меня, колокольчик на ее шее приятно забренчал. Повсюду лились звуки голосов, детский смех, возмущение животных. Когда нам навстречу выбежала стая вихрастых мальчишек, я испуганно отпрянула, но они скользнули в проулок, мной незамеченный. Визгливые поросята пронеслись между наших ног, абсолютно несмущенные присутствием людей. Огромная жирная свинья следовала за ними, сердито шевеля розовым с черными пятнами носом. Мы почтительно расступились, давая ей дорогу. Деревня была полна жизни.
Над каждой дверью я заметила вырезанное из дерева изображение какого-то животного. Где-то щурился кот, у кого-то росомаха и даже бык. Люди с интересом разглядывали меня, обменивались короткими радостными репликами, повсюду царило возбужденное оживление. Людей в деревне, несмотря на ее немаленькие размеры, было не так много, как могло показаться, но от каждого веяло радушием и искренностью. Я с трудом сдерживала свои чувства в окружении стольких животных — большинство из них полыхало Динео, хотя магией они не обладали. Наверное, так проявлялись мои способности.
Сердитая собака преградила нам путь и, наградив меня презрительным взглядом, хрипло забрехала. Рейзар ласково погладила ее между ушей, и та успокоилась. Живость, проскользнувшая в этом прикосновении, поведала мне, что они давно уже вместе. Морп кивком головы указал на большой дом, который возвышался справа от сидящей посреди дороги собаки. Лимма не сумела раствориться в деревенской толпе.
Над входом в дом висело изображение собаки. Я опасливо поднялась по ступеням и коснулась дверной ручки, тепло дерева приятно согрело мои похолодевшие от волнения пальцы. Рейзар радушно кивала и помогла мне справиться с застенчивостью, толкнув простую без изысков дверь. Все еще настороже я вошла в сладкую прохладу темного дома. Усталость показалась еще более ощутимой, чем она была под деревом у дороги. Но одобрение Нилли помогало справляться не только с волнением, но и поддерживало в начинаниях.