Всадники Ветра
Шрифт:
— Вы же не знаете наверняка… — опять успокаивающе начал стражник. Ответом ему послужил свистящий ветер, который всколыхнул густые шевелюры мужчин и гривы лошадей. Трава переливчатой волной поменяла свой цвет, а потом вернулась к исходному состоянию. Где-то далеко раздался крик чайки, я чувствовала солоноватый йодистый запах моря, который уже успел порядком стереться из памяти, а размеренный шум набегающих на берег волн и вовсе был для меня новым явлением.
— Что если принцесса мертва? — горько выплюнул из себя Силенс и тут же отвернулся от своего друга и стражника в одном лице. Боль, перекосившая его испорченные тревогой черты, ужаснула.
— Мой
— Ты помнишь их слова, — возникло впечатление, что принц уже не в первый раз повторяет эту фразу своему капитану стражи, но тот, как назло, отказывается понимать ее смысл.
Шудо резко дернулся. Из всех присутствующих на дороге, он ощущал мое почти неразличимое присутствие. Конечно, я провела с этим жеребцом большую часть его жизни, и он, как животное, ощущал потоки Динео. Но как Шудо мог рассказать об этом страдающему принцу, дабы смягчить его боль, которую только что конь делил вместе с ним? Он не знал, как и я вовсе не предполагала такую возможность.
— Они тоже могли ошибиться, мой принц, не всегда волхвы могут быть правы, — сурово напомнил Бииблэк, воинственно распрямляясь в седле. Его уверенность в том, что я жива, приятно грела душу. Несмотря на то, что со стражником мы не были близки, я чувствовала в нем родственную связь. Простую и легкую.
— В таком случае, почему она даже письма мне отправить не может? — обиженным тоном маленького мальчика требовательно спросил принц у Бииблэка.
Капитан стражи замялся, его суровые черты окрасило смущение, ведь сейчас он впервые в своей жизни напомнит своему принцу о совершенной ошибке. Теребя свой дублет, Бииблэк глубоко вздохнул.
— Мой принц, а вы вспомните слова, что сказали ей на прощанье. — Этот горький яд дался мужчине с превеликим трудом, и тут же попал в гноящуюся рану Силенса. Принц смертельно побледнел, наверное, даже забыл дышать, но вскоре сумел совладать со своими эмоциями, видимо, последнее время это искусство самоконтроля совершенствовалось им во всех отношениях. Кулаки мужа то сжимались, то разжимались, он в ярости кусал свои губы, а я опасалась за его душевное состояние.
— Да, такого человека можно только ненавидеть, — печально заключил Ленс. Бииблэк тяжело вздохнул, словно не мог объяснить маленькому ребенку что-то очень важное.
Стражник поднял голову, когда я, приложив все усилия, постаралась коснуться его, ведь Ленс был напрочь закрыт от разных посторонних вмешательств, видимо, таким образом пытался справиться со страданиями, которые мучили его также сильно, как и те слова, сказанные мне при нашей последней встрече.
— А вы не могли предположить, что принцесса до сих пор в дороге и просто не имеет возможности отправить вам весточку? — Бииблэк всяческими способами пытался успокоить душевную бурю наследника трона. Капитану явно больно смотреть на то, что происходило с его принцем, которому он присягнул верностью и жизнью.
— Так долго? — не унимался Ленс, отвергая все положительные предположения Бииблэка о моей судьбе. Его печальный настрой начал вызывать не сочувствие, а раздражение. Обратившись к своей цепи, я опять потянулась к капитану стражи.
Использование магии в такой явной
— А Королевская магия? Вы еще раз пробовали отыскать принцессу Эверин? — продолжал задавать наводящие вопросы Бииблэк.
— О, мой друг, тут, как обычно, глухая пустота, хотя раньше я всегда чувствовал и даже слышал, как она использует свой Динео, — сдавленно прошептал Ленс. Он уткнулся лицом в мускулистую шею Шудо — я всегда так делала, когда пыталась скрыть от других свои слезы. Но принц просто не знал, куда деть свое бессилие и отчаянье, в которое он не впадал даже будучи стоявшим перед врагом с одной палкой в руках. Силенс считал, что всегда знает, что нужно делать.
Яростные волны ненависти супруга к самому себе мешали мне сосредоточиться, не выходило направить точечную мысль Бииблэку, но стражник и так обострил все свои чувства, но, жаль, он обладал малой толикой Королевской магии, а не Динео. Теперь после общения с потоком наслаждения этой естественной и природной магии, я понимала всю разницу между двумя этими явлениями. Но даже это знание не давало никакого преимущества в моих тщетных попытках.
— Все же вы зря отчаялись, — упрямился Бииблэк.
Принц резко повернулся в его сторону, мне в глаза бросилась отросшая щетина, каковую я никогда не видела на его всегда гладко выбритом лице.
— Но где она? Где? Неужели способна так мучить меня? — воскликнул он. В его тоне что-то показалось до боли знакомым — такое же отчаянье и мольбу я слышала в ночном разговоре с Роупом. Парнишке также искренне, как мой муж свою принцессу, любил девушку-из-мечты. Это открытие несколько придало мне сил. С новым рвением я ринулась к Бииблэку, надеясь, что суровый мужчина услышит этот отчаянный сигнал.
— Мой принц, откройтесь магии! — удивленно прошептал капитан стражи. Ленс лишь устало посмотрел на него, но никак не отреагировал на совет своего друга. — Поверьте мне! Она здесь! — закричал Бииблэк, предполагая, что громкий звук более побудит принца к действиям, нежели умоляющий тон.
Силенс действительно встрепенулся и опустил стены, защищавшие его от нападок чужих сверхъестественных сил. Я с упоением дотронулась до него, да так легко, что даже испугалась. Но ведь Бииблэк был лишь отчасти предрасположен к Королевской магии, поэтому достучаться до него с помощью Динео вышло таким изнурительным занятием. Принц пораженно вздохнул, ощущая мое присутствие так же явственно, как если бы я стояла рядом и касалась его руками. Радость его на миг захлестнула все мои чувства и эмоции, я не понимала слов, которые он пытался до меня донести, но когда поток ликования поутих, Силенс принялся сокрушенно корить себя и извиняться. Эта виноватость, которая сочилась сквозь него, будто мед через соты, тронула мое сердце. Даже заживила раны, которые мой супруг сам и нанес. Теперь я понимала причину той резкости, я просто тронула его за больное место, пожелала оставить моего принца, когда ему так требовалась поддержка.