Враг моего врага
Шрифт:
Когда они подъезжали к Мытищам, Рейндж вдруг сказал:
– Антон, сверни на следующей развилке направо!
– Не понял, командир… – «Прикрепленный» покосился на своего пассажира. – Зачем?
– Заглянем ненадолго в супермаркет.
– С какой целью?
– Я кое-что куплю и поедем дальше. Только не говори мне, что это «невозможно» и что «маменька ипаться не велит»!
Долгое пребывание «нос к носу» имеет не только свои минусы, но и плюсы. Антон, хотя и был, мягко говоря, недоволен озвученной Мокрушиным инициативой, в данном случае не стал спорить. Быстренько
В «супере» они провели около четверти часа.
Рейндж купил в специализированном отделе шампанское «Dom Perignon» и бутылку вина «Musigny». ВС при нем обычно пила лишь натуральные соки или кофе. Но однажды он слышал (это было в ходе одного из их визитов в фиш-кафе), как она поинтересовалась у официанта, если ли у них бургундское. И когда тот ответил утвердительно, заказала себе фужер вина.
Еще он взял в кондитерском клубничный торт, а также купил несколько плиток шоколада и коробку «коркуновских» конфет с цельным орехом.
Ну и последнее, что он приобрел в ходе этого внепланового мероприятия, потрепавшего нервы Антону и сотрудникам группы сопровождения, был купленный им в уже закрывавшемся флористическом салоне вазон с кактусом.
Антону сообщили по рации, что «Ауди» тоже припарковалась на площадке. Но водитель встал не вплотную к джипу и не в таком месте, чтобы представлять опасность для гэрэушников при выезде на трассу. Наблюдатели все это время оставались в салоне иномарки. То обстоятельство, что кто-то из них (или оба сразу) не поперся вслед за гэрэушниками в супермаркет, можно объяснить полученными ими инструкциями. Это именно «топтуны», а не исполнители. И оружия у них при себе, скорее всего, нет.
Пакеты с покупками до припаркованного на площадке перед маркетом «Mitsubishi» Мокрушину пришлось нести самому: у Антона, его телохрана и водителя, должны быть свободны руки на случай неожиданного «ахтунга».
Вскоре они уже подъезжали к кварталу коттеджей на окраине Лесного.
Антон, прикрыв ладонью микрофон радиогарнитуры, – чтобы его реплику не услышали сотрудники группы сопровождения и прикрытия, – сухо произнес:
– За Темировым тоже шел «хвост», когда он ехал из Москвы в поселок!
– А Руст что, уже на базе?
– Да, он примерно на час раньше нас приехал. И еще, командир… Возле адреса на Ленинградском сегодня днем были замечены двое из команды «топтунов»! За офисом «Астреи» тоже установлено наблюдение: у них человечек «зырит» с шестого этажа расположенного по соседству здания! Наши аккуратно выяснили, что адрес, в котором дежурят двое наблюдателей, – типовая двухкомнатная квартира, снятая по подложному паспорту три недели назад!
– Вот как? Серьезные ребята… Масштабно работают, обкладывают со всех сторон. За Темировым, значит, установили слежку?
– Да. Рустам, это уже очевидно, тоже входит в их «список».
– Значит, они выследили, скажем так, и меня, и Темирова? Они теперь знают, где находятся наши «дачи»?
– Да, это так. Именно поэтому, командир, надо быть особенно внимательными: они могут ударить в любой момент.
Джип проследовал не к усадьбе, а к соседнему коттеджу, к особняку Темирова. Хозяин встречал их на крыльце. Вошли в дом. У Руста появился телохран – парень лет двадцати восьми, молчаливый, явно имеющий за плечами боевой опыт. Вайнах. Как сказал сам Руст, представляя его Мокрушину: «Это мой зэмляк Ваха, он тоже родылся в Панкиси!»
Рейндж перекинулся словцом с Темировым. Тот предложил сесть за стол, поужинать, угоститься, чем Всевышний послал. Но Мокрушин, поблагодарив за предложение, отклонил его, сказав, что «непременно посидим, но как-нибудь в следующий раз, Руст».
Из особняка Темирова Рейндж перебрался в «свой» тем же путем, которым сам Руст пару раз наведывался в гости в «его», мокрушинский дом. А именно через подземный ход: высота два метра, ширина полтора, стенки облицованы кирпичом и покрыты. Имеется также ответвление к флигелю, где устроились Антон и четверо сотрудников охраны.
Четыре вооруженных спеца, кстати, вообще не кажут носа на улицу, чтобы наблюдатели не смогли засечь их присутствие.
Еще одна группа дежурит в здании бывшей радиорелейной станции возле мачты, высящейся в полукилометре от группы коттеджей, – они при помощи средств визуального и электронного наблюдения отслеживают ситуацию вокруг объектов, находящихся на балансе столичной компании «Астрея-М».
Рейндж прошел в цокольный этаж «своего» особняка. Поднялся по лестнице, поставил пакеты в коридоре. Снял верхнюю одежду, избавился от «броника». В доме было как-то подозрительно тихо. Он поднялся к себе на второй этаж. Умылся, переоделся в легкие удобные брюки и светлую сорочку, затем вновь спустился вниз.
Когда он, прихватив в коридоре пакеты, оказался в помещении кухни, то обнаружил там ВС – «докторша» стояла у плиты, где на маленьком огне была поставлена турка с кофе. На ней – короткие облегающие брючки и голубенький топ, оставляющий открытым живот с проколотым пупком (у ВС там, как Рейндж отметил еще раньше, когда наблюдал за стриптиз-шоу, помещен «брюлик»).
– Добрый вечер, Владимир Алексеевич. Что-то вы сегодня припозднились…
– Добрый… Ваши слова меня несколько озадачили. – Рейндж поставил пакеты на кухонный стол. – Вы часом не ревнуете меня, Виктория Сергеевна? Может, и отчета потребуете – где был, с кем был…
– С чего бы это? Я не ваша жена. Вам кофе сварить?
– На ночь глядя? Крепкий кофе? Хм… Не откажусь! Кстати, я тут кое-что привез. Гостинцы, так сказать.
ВС разлила кофе по миниатюрным чашечкам. Одну из них, поставив на блюдце, передала Мокрушину.
– Гостинцы? Интересно.
– Так, ничего особенного.
Рейндж выложил на стол из пакетов бутылку шампанского, вино, клубничный торт, шоколад, коробку «коркуновских» конфет.
– Как вы относитесь к шампанскому, Виктория Сергеевна? Может, выпьем по фужеру?