Войны мафии
Шрифт:
— Ты не так выглядишь, как будто хочешь бросить Никки.
— Это дорогая косметика.
— Как часто тебя навешает Чио Итало?
— Не был ни разу. — Она сделала знак проходившему официанту. — Мне минеральную воду. А тебе?
— "Бумшилл" с содовой.
— Да, сэр. Посмотрите меню?
Чарли покосился на дочь.
— Николь Шан присоединится к нам?
— Она уехала в город за покупками. И не вернется до... — Банни пожала плечами. — К черту комедию. Она собиралась позавтракать с нами. Честное слово, собиралась. Но вчера она обмолвилась об этом по телефону Шану, и он так на нее напустился, что она плакала весь
— Никаких встреч с отцом невесты?..
Банни помолчала.
— Папа, у тебя не бывает такого чувства... ну, будто вокруг полно вещей, которых ты никогда не видел? В смысле, невидимых?.. И не очень к тебе расположенных?
Он накрыл ее руку своей и легонько сжал.
— Добро пожаловать в мир взрослых, дочка.
Здание давно предназначалось под снос — старый пятиэтажный дом сразу за Бродвеем, с фасадом, пронизанным пожарными лестницами, как гниющая рана — свищами. В бесчисленных полусидячих квартирках гнездились темные личности, называющие себя студентами.
Чем только не был этот дом в свое время — даже респектабельным отелем, — пока не стал прибежищем наркоманов, настоящим очагом распространения зелья, помогающего на часок покинуть юдоль горя ради мира, химически возвышенного настолько, что реальность растворяется в нем без остатка.
Владелец дома — шурин Винса и дядя Тони Рего — использовал первый этаж под газетный и табачный магазинчики. Но сейчас по приказу Винса он разогнал всех нанимателей и нанял целую армию маляров и штукатуров.
«Медицинский центр Риччи № 201».
Как только появилась вывеска, последовала реакция — главным образом со стороны белых студентов Колумбийского университета и колледжей по соседству — Барнарда, Теологической семинарии и так далее. Центр прижился, оформился, как гнойный белый прыщ на огромной лоснящейся черной ягодице Гарлема, раскинувшегося к востоку, северу и югу вдоль Манхэттена.
На этой полосе, тянущейся до Южного Бронкса, больше половины мужчин — наркоманы. Часто в семьях, где ребятишек столько, что не хватит пальцев их пересчитать, единственный кормилец в семье все деньги тратит на наркотики. Женщины трущоб, негритянки и латиноамериканки, понимают, что, если кормильца удастся выправить, жизнь станет относительно терпимой.
Это и было темой рекламных плакатов, которые Винс заказал кузине Пэм. Она решила сделать их наподобие книжки комиксов, броских, ярко раскрашенных, в которых будет разворачиваться идея реабилитации.
В первый же месяц испытаний нового препарата жительницы трущоб понесли в медицинский центр Риччи свои пятидолларовые чеки. Всех желающих приглашали прийти через месяц, когда испытания закончатся, и вручали буклет на трех языках, гаитянам — на французском. Странное дело, но никто не объяснял, как будет проводиться лечение, женщинам говорили только, что раз в неделю их мужчины будут проводить в медицинском центре целый день. Широко рекламировались чудодейственные средства, которые делают эффективной новую программу детоксикации. Целый раздел был посвящен предостережениям: «Детоксикация не сулит чудеса...», «большинство пациентов, включенных в новую детоксикационную программу, вылечиваются, но...», «детоксикация требует времени...»
Детоксикация требовала и денег. Просто позор, что до сих пор ни один общественный комитет не учредил ежегодной награды за самое уклончивое сообщение, замешанное на полуправде и не содержащее ни единого слова прямой лжи, звучащее
А беспокойный доктор Эйлер медленно сходил с ума от отресса и ответственности в заточении своей клиники. Он редко показывался из своей лаборатории. Студенты-добровольцы, которым платили по десять долларов за прием одной капсулы, подробно описывали медсестре — точнее, молодой женщине в белой униформе — свои ощущения. В подвальном помещении клиники трудился Тони Рего, устроивший там лабораторию по изготовлению капсул. Для испытаний было достаточно двух дюжин в день, но Тони выполнял личный приказ Винса — поставить производство на широкую ногу. За первую неделю, используя ингредиенты, украденные в порту при выгрузке — излюбленный способ мафии снижать установочные расходы, — Тони вдвоем с помощником наштамповал семьдесят две тысячи капсул.
Власти Нью-Йорка, как и любого другого большого города, пытаются контролировать места общественного пользования, такие, как рестораны, бары, продуктовые магазины. Каждый предприниматель обязан иметь лицензию и журнал с результатами проверок. Бесчисленные инспекторы, не получив взятки, находят поводы для нареканий, даже если речь идет всего лишь о бакалейной лавке.
Но когда речь идет о клинике, требования гораздо строже. Все медицинские учреждения находятся под контролем департамента здравоохранения. Санитарные требования — это мелочь, когда речь идет о госпитале или медицинском центре. Первые несколько недель доктор Бенджамин Дж. Эйлер, обливаясь холодным потом от страха, ожидал прихода проверяющих и последующих потрясений. Но ничего не происходило.
Нужные лицензии ему доставили по почте, полностью оформленные. Никто не поинтересовался задачами Медицинского центра Риччи № 201, не требовал списки, или медицинские карты пациентов, или план экспериментов... Как будто могущественный джинн окутал волшебным покрывалом, сделал невидимым свежеотремонтированный дом на углу Бродвея и Сто семнадцатой. Студенты, подопытные морские свинки, безошибочно находили сюда дорогу. И женщины трущоб тоже. Но ничто не привлекало сюда внимание должностных лиц.
Порою Баз, нагрузившись далманом, начинал мечтать, будто всего этого нет на самом деле — потока женщин с пятидолларовыми чеками, студентов, лучащихся счастьем от МегаМАО, продажных копов, проходивших мимо, кивнув по-соседски... Это угол Сто семнадцатой и Бродвея или темная сторона Луны?
Каждый вечер откуда-то из настоящего мира звонил Винс и требовал отчета. Он всегда начинал разговор с описания своих любовных похождений:
— Помнишь Гроттерию, Баз? Где сливки общества собираются, чтобы попробовать свежего мясца? 15чера ночью я поимел вдову и ее дочку, похожи — как сестры, четыре большущие, колышущиеся сиськи, и они хотели, чтобы я босиком...
— Прекрати, Винс. Послушай меня. Я обработал сотню добровольцев, принимавших МегаМАО, еще сотня получала простой аспирин в капсулах. Никто не знал, что глотает, даже я. Двойной слепой метод, код у меня в сейфе. Я не открою его до конца месяца — официально. Но вчера вечером я позволил себе на секунду взглянуть...
— И?..
— Возвращайся к вдовушке с дочуркой, Винс. Спокойной ночи.
— Прекрати, мошенник!.. Что ты высмотрел за секунду?..
— Средство эффективно для любого возраста, пола, цвета кожи. Но в той дозировке, которую мы применяли, вызывает привыкание.