Восстание

Бегин Менахем

После того как правительство отдало распоряжение ’’Алталене” без промедления идти в Хайфский порт, в резиденции правительства началось совещание, в котором участвовали сотрудники израильской службы безопасности и представители главного штаба Иргун Цваи Леуми. Речь шла о способах быстрой разгрузки судна и распределения оружия. Следует отметить, что Иргун Цваи Леуми был тогда легальной военной силой, признаваемой официальными учреждениями. Еще до провозглашения государства расширенный совет сионистской организации подтвердил соглашение, предусматривающее военное сотрудничество между Иргун Цваи Леуми и Хаганой. Когда 14 мая 1948 года была объявлена независимость государства Израиль, за этим не последовало создания объединенной армии. Хагана продолжала

свое существование так же как Иргун Цваи Леуми, чьи бойцы, находившиеся на различных фронтах, часто сражались плечом к плечу с бойцами Хаганы. Хорошо известный в Израиле журналист, доктор Азриэль Карлибах, опубликовал в то время адресованное мне открытое письмо. Доктор Карлибах писал, что поскольку мы победили англичан, следует бороться и за создание объединенной израильской армии. Выступая по нашей радиостанции, я ответил доктору Карлибаху, что несколькими днями раньше мы выступили с публичным призывом о создании объединенной израильской армии, которая заменила бы различные военные организации. Но это зависело от правительства, а не от нас.

Когда было объявлено о создании армии Израиля, мы продолжали существовать с качестве признанной военной силы до тех пор, пока интеграция наших соединений в рядах объединенной армии не была закончена. В оперативных приказах и сводках командующих фронтами соединения Иргуна представали неотъемлемой частью боевых сил. Освобожденный Яффо по нашей же просьбе был поделен на два сектора, один из которых был занят гарнизоном Иргун Цваи Леуми. Премьер-министр Израиля Давид Бен-Гурион как-то побывал в Яффо и также инспектировал соединения Иргуна, которые встали перед ним на караул. Мне сказали, что Бен-Гурион, тронутый приемом, оказанным ему соединениями Иргуна, заметил сопровождавшим его лицам: ”А я и не знал, что у них такие ребята”.

Несколько позже премьер-министр направил следующее послание Хаиму, офицеру, командовавшему нашими силами в Яффо:

Государство Израиль Временное правительство

22 мая 1948 года

Командующему соединениями Иргуна в Яффо. До получения дальнейших инструкций Вы и Ваши люди подчиняетесь приказам военного губернатора Яффо И.Чижика.

подписано Давид Бен-Гурион Глава временного правительства и

Министр безопасности

Мы указали адьютанту Давида Бен-Гуриона, что не принято, чтобы премьер-министр государства давал прямые указания рядовому офицеру. Мы были удовлетворены официальным признанием присутствием ’’бойцов Иргун Цваи Леуми в Яффо”, но опасаясь за наше молодое государство, мы хотели, чтобы премьер-министр придерживался своего статуса.

С ним и его помощниками мы продолжали переговоры о создании объединенной армии. Мы согласились предоставить армии соединения наших бойцов во главе с офицерами, но так как организация батальонов требовала времени, мы пришли к соглашению об учреждении временного штаба Иргун Цваи Леуми, который был одобрен премьер-министром и министром безопасности. Ко времени прибытия ’’Алталены” мы уже организовали несколько батальонов. Другие соединения Иргуна были все еще в процессе реорганизации. Бойцы, принадлежавшие к этим соединениям, все еще находились в небольших боевых единицах на различных фронтах. Таким образом, наш Штаб в качестве всеми признаваемого официального органа был приглашен вместе с сотрудниками службы безопасности обсудить способы разгрузки ’’Алталены”.

Мы пришли к решению, что ’’Алталена” должна прибыть не в Хайфский порт, а в определенное место на побережье. Это было связано с изменением инструкций, данных нами капитану ’’Алталены” в апреле того же года. ’’Алталена”, ожидая членов команды, оружия и инструкций, курсировала несколько месяцев между европейскими портами и северным побережьем Африки. Судно было приобретено Еврейским комитетом за национальное освобождение и Всеамериканской лигой борьбы за свободную Палестину. Мы намеревались привести ’’Алталену” к берегам Палестины еще во времена правления англичан: будь-то с людьми или с оружием, или и с тем и с другим.

В

то время мы решили, что судно должно бросить якорь в районе Тель-Авивского побережья. Мы решили, что ’’Алталена” должна бросить якорь прямо у улицы Фришман. Эту деталь важно запомнить, если хотеть объективно разобраться в том, что произошло потом.

Эксперт по вопросам безопасности, откомандированный правительством, предложил, чтобы судно не заходило в район Тель-Авива, а отшвартовалось бы в Гиват-Ольга или Кфар-Виткин, близ Натании, и, таким образом, укрылось от внимания наблюдателей Организации Объединенных Наций. Наши эксперты согласились, им было вообще-то безразлично, где должно причалить судно. Единственной проблемой являлась разгрузка. Мы даже и не предполагали, что за советами правительственного эксперта скрывается подвох. Поэтому в тот же день мы отправили еще одну радиограмму на борт ’’Алталены”: изменить курс и следовать в Кфар-Виткин.

Обсуждение перенеслось затем к вопросу о распределении оружия. Мы предложили, что одну пятую часть оружия с ’’Алталены” следует отправить соединениям Иргун Цваи Леуми в Иерусалиме, в то время как все остальное оружие должно быть распределено по всем соединениям объединенной армии, в состав которой входило и несколько батальонов Иргуна. Наше предложение было вполне справедливым.

Для того, чтобы понять, что же действительно произошло с ’’Алталеной”, следует представить себе военную ситуацию в тот момент. Обстоятельства того времени объясняют и наши предложения о распределении оружия с ’’Алталены”.

Это был переходный период. Иерусалим представлялся тогда ’’отдельной единицей”. Суверенитет Израиля не распространялся на нашу столицу. Официальное руководство, принявшее решение ООН о разделе Палестины, приняло предложение о введении международного режима в Иерусалиме. Давид Бен-Гурион потребовал на заседании исполнительного комитета Гистадрута, чтобы профсоюзное движение Израиля употребило все свое влияние для пресечения в корне любых разговоров о ’’завоевании Иерусалима”, или расширении границ государства. Соответственно, израильской армии, как таковой, не существовало в Иерусалиме даже после того, как она уже была сформирована и действовала повсюду. В Иерусалиме все еще оставались Хагана под руководством регионального командующего Давида Шалтиеля, Иргун Цваи Леуми, сражавшийся тогда вместе с Хаганой, и ЛЕХИ, проводившая свои боевые операции без какого-либо официального соглашения с Хаганой. Однако покинутый, осажденный и бомбардируемый Иерусалим отчаянно требовал оружия — особенно после катастрофы в Неби-Даниеле, где не без помощи англичан большое соединение Хаганы сдалось арабам, и значительное количество еврейского оружия было уничтожено или попало в руки врага.

Наши товарищи по Иргуну также не имели оружия для открытой борьбы. Они взывали к нам: оружия! Мы, в свою очередь, отчаянно взывали к нашим представителям за рубежом: оружия! Однако, секретная служба врага была начеку. Несколько партий оружия, которые Йоэль подготовил для отправки в Израиль, были обнаружены еще до их погрузки на корабли. Мы послали небольшую партию ’’самодельного” оружия в Иерусалим. Лишнего оружия у нас не было. Если бы мы отправили в Иерусалим значительное количество автоматов, пулеметов и другого военного снаряжения, которое захватили в британских арсеналах, мы укрепили бы боевую мощь наших друзей. В свою очередь, мы остались бы без оружия и не смогли бы тогда завоевать Яффо.

У наших бойцов в столице почти не было оружия. И все же они творили чудеса.

Наши ребята сражались в героической битве в Старом городе Иерусалима. Боевой гарнизон был очень мал: менее сотни бойцов Иргуна и менее двухсот солдат Хаганы. Их вооружение также никуда не годилось: несколько автоматов ’’Стен”, винтовок, пулеметов, и очень мало боеприпасов. И все же защитники Старого города сражались с беззаветной храбростью с ’’нерегулярными” частями арабов и регулярными соединениями Арабского легиона, воевавшего под руководством британских офицеров, при поддержке тяжелой артиллерии и танков.