Воробей
Шрифт:
Фотограф встал перед столом и ослепил меня вспышкой. Что это такое? Эшли будто пригласила папарацци. Меня фотографировали за вечер больше, чем за всю жизнь. Каждый раз я пытался сбежать с Эддисон на минутку, и нас ловили на новую фотографию.
Я моргнул, кашлянул, поднял бокал и принялся за не очень отрепетированную речь.
– Как многие из вас знают, жених – мой младший брат.
Кевин тут же опустил голову, по комнате разнесся смех.
– Я могу простоять всю ночь, рассказывая смущающие истории
Толпа вежливо рассмеялась, она подняла вверх большой палец.
– Нет, этой ночью я расскажу о своей смущающей истории.
Стало тише, и все смотрели на моего брата и его жену.
– Кевин, когда ты сказал, что любишь Эшли, я тебе не поверил.
Он кивнул.
– А когда ты сказал, что сделал предложение, я подумал, что ты поспешил.
Он снова кивнул.
– Не привыкай к этому, но... – я замолчал. – Я со стыдом признаю, что ошибался.
Брат и Эшли улыбнулись. Эддисон просияла, она сидела рядом с невестой.
– Думаю, все согласятся, что между вами есть нечто особенное. Вы вместе не так долго, но вас сложно представить друг без друга. Вы вызываете друг у друга поразительные улыбки. Это будет у вас всю жизнь, и я рад, что ты не послушал меня, – а я вернул Эддисон.
Я поднял бокал и обратился к комнате.
– Тост. За жениха и невесту. Поздравляем!
Звенели бокалы, я стукнулся своим с Кевином, а потом с Эшли. После моей речи раздались аплодисменты.
Заиграла музыка, официанты принялись разносить салаты. Брат склонился ко мне и сказал:
– Это было мило.
Я ухмыльнулся.
– Не привыкай к этому.
После ужина я улучил пару минут с Эддисон. Я хотел представить ее своим родителям, это был лучший момент. У нас было время до танца жениха и невесты, но при этом разговор не должен был затянуться. Я подошел к ней, и ее глаза загорелись.
– Идем со мной, – сказал я, взяв её за руку.
– Куда мы идем?
– Хочу познакомить тебя со своей семьей.
Она удивилась.
– Правда?
– Да, – я осмотрелся, увидел маму с тетей Дженис. В двух столах от них папа и Лидия пили кофе с пирожными. – Ты – не секрет, – сказал я и повел ее в их сторону.
– Я так и не считала. Но мы вместе всего неделю. Я не думала, что ты захочешь сообщать об этом.
Я замер и притянул ее ближе.
– Мы были вместе намного дольше, чем неделю.
Она заглянула мне в глаза и спросила:
– Как долго? Чтобы я не испортила твою историю.
– Восемь лет, – ответил я, но исправился. – Погоди, то был 2014. Девять лет.
Она улыбнулась и наградила меня медленным поцелуем.
Мы подошли к моему отцу, его глаза блестели от вопросов. Он явно заметил нас раньше.
– Кайл, – сказал он и
– Спасибо, – я отпустил руку Воробушка и обнял ее за талию. – Я хотел вас познакомить. Эддисон, это мой папа, Колин. Пап, это моя девушка Эддисон.
Было странно звать ее девушкой. Она была намного больше.
Глаза отца расширились. Он мог помнить ее имя. Мама могла назвать его, когда у нее были проблемы со мной.
– Рад знакомству, – сказал он и покачал головой. – Это моя жена Лидия.
Лидия улыбнулась и обняла Эддисон.
– Рада знакомству.
– И я, – сказала Эддисон. Она посмотрела на меня и моего отца. – Я вижу сходство.
Я посмотрел на папу. Мы были одного роста, с одинаковым цветом волос, хотя у него они седели на висках. Его лицо было гладко выбритым, и Кевин получил от него точеные черты. Бабушка всегда говорила, что он напоминал ей Кэри Гранта в «Незабываемом романе». Вряд ли я был на него похож.
Да. Как-то летом бабуля заставила нас посмотреть фильм.
Дамы обменялись любезностями насчет свадьбы, и я повел Эддисон к своей маме. Мама говорила с мужчиной, которого я узнал, только когда он развернулся.
– Мистер Грант? – удивился я. Кевин не говорил, что позвал на свадьбу любовь нашей бабушки.
– Здравствуй, Кайл, – уголки его глаз окружили морщины, он улыбнулся. – Рад встрече.
– И я, – ответил я.
– Джонас рассказывал, как сильно изменилось озеро, – сказала моя мама. – Думаю, стоит побывать там летом.
Это звучало странно. Мама гостила у бабушки в последний раз, когда еще была замужем за моим отцом.
Мистер Грант посмотрел на мою девушку.
– Если не ошибаюсь, мы уже встречались.
Эддисон покраснела.
– Вы знаете мою собаку.
– Ах, – он улыбнулся шире.
– Мистер Грант, мам, – я встал за Воробушком. – Это Эддисон, – я прижал ладони к ее талии и притянул ее к своей груди. Я хотел показать, что мы вместе, не называя ее снова девушкой. Это звучало по-детски.
Настроение мамы тут же изменилось. Ее плечи напряглись, улыбка стала натянутой. Ее взгляд был полон вопросов, но вслух она произнесла только:
– О, я много о тебе слышала.
– Надеюсь, хорошее, – рассмеялась Эддисон.
Мистер Грант шагнул вперед.
– Я слышал о тебе только чудесное, – он посмотрел на меня с пониманием. – Твоя бабушка многое рассказывала.
Его лицо смягчилось, и я вспомнил бабушкино письмо.
– Знаю, – сказал я с тенью улыбки.
– Вот вы где!
Я повернул голову и увидел Джен.
– Я поговорила с диджеем. Мы выступаем в десять.
– Хорошо, – кивнул я.
– Привет, Донна! – Джен обняла мою маму. – Давно не виделись!
Мам расслабилась.
– Я рада, что ты пришла.