Воробей

Мак Сара

– Кайл, – Рон пожал мою руку, встав передо мной. – Не думал, что увижу тебя тут.

– Я тоже, – я подвинулся, освободив ему место. – И как нам одолеть это?

Рон зашуршал бумагами в руках.

– Завтра утром – слушание. Оно будет в… – он перевернул страницу. – Десять. Мы будем в местном суде. Магистрат объяснит, в чем тебя обвиняют, и назовет залог.

Я застонал.

– Сколько? И что за магистрат?

– Судья. Он определит размер залога.

– Черт, –

я потер глаза.

– Он может отпустить тебя. Но, судя по отчету полиции, несколько свидетелей видели, как ты первым ударил Дерека. Судья может посчитать, что ты намеренно избил его, и назначить залог.

– Что за свидетели?

Рон вытащил листок из папки.

– Похоже, работники отеля. Бармен и пара официанток. Охрана тоже поучаствовала, – Рон посмотрел на меня. – Ты ударил его первым?

– Да, но потом он ударил меня.

Он посмотрел на отчет.

– И ты ударил его во второй раз?

– Да.

– Зачем?

– Потому что он ударил меня!

– Нет. Почему ты ударил его в первый раз?

Я вздохнул.

– Он обвинил меня в том, что я спал с его женой, пока она была с ним. Я не спал. И я узнал, что он изменял Эддисон с моей бывшей девушкой, Джен. Мы все были на свадьбе.

Рон моргнул.

– Это «Дни нашей жизни»?

– Забавно.

– Кто такая Эддисон? – он вытащил ручку.

– Я с ней встречаюсь. Это бывшая жена Дерека.

– Они развелись?

– Живут раздельно.

– Когда ты с ней связался?

– Когда мне было семнадцать.

Рон уставился на меня.

– Послушай, я заступался за двух важных для меня женщин, – сказал я. – Я говорил Дереку молчать. Он говорил. И я ударил его.

Рон кивнул.

– Вы с ним дрались раньше?

Я покачал головой.

– Только словесно.

Рон закрыл папку.

– Ладно. Встретимся завтра утром в суде, – он встал. – Говори, когда обращаются, и выгляди раскаивающимся. Как только будет ясен залог, мы будем знать, что делать.

Я встал с ним, желудок заурчал.

– Ты ел? – спросил он.

– Нет. Который час?

Он посмотрел на часы.

– Почти четыре. Я поговорю с офицерами. Они должны хоть сэндвич тебе дать.

– Я остаюсь тут?

– К сожалению, да, – Рон нахмурился. – У истории Дерека есть свидетели, так что они не отпустят тебя до суда. Мне жаль.

Я сцепил пальцы и прижал их к шее сзади. Что Дерек хотел этим добиться, кроме усложнения мне жизни? Он думал, если я буду в тюрьме, Эддисон уйдет к нему?

Погодите.

Он так и мог думать.

– Какое наказание? – спросил я Рона.

– Если тебя осудят? До девяносто трех дней или штраф. Или все вместе.

– Я не могу

провести тут три месяца, – заявил я. – Мне нужно управлять компанией, – и защищать любимую. Эддисон не уйдет к Дереку, но он мог превратить ее жизнь в ад без меня.

Рон шагнул к двери.

– Ты не будешь здесь. Камера будет больше.

Будто от этого лучше.

– Ты передашь Кевину, что происходит? – спросил я.

– Да. Он был в панике, когда звонил.

Я испортил им веселье и отдых под солнцем.

– Хорошо, – сказал Рон. – Я постараюсь привести все в порядок. Постарайся поспать.

Я протянул руку, он пожал ее.

– Спасибо за помощь.

– Хотел бы я сказать, что рад помочь, но… – он улыбнулся. – Старайся зря не переживать.

Будто это было возможно.

Рон позвал Перкинса, его выпустили из камеры. Они ушли, и я услышал, как он попросил покормить его клиента.

* * * 

Следующим утром я проснулся рано.

Поздно ночью они доставили посетителя «Дома лося» в камеру. Было где-то два часа ночи, тогда это заведение закрывалось. Дейв явно был тут не в первый раз, офицеры звали его по имени и сказали проспаться. Он посмотрел на меня и сжался в дальнем углу камеры. Он почти сразу захрапел. Я пытался отвлечься от звука, думая об Эддисон, Тори, дизайне ландшафта, но это не работало. Я ощутил вскоре запах мочи. Я не мог уснуть. Не в таком обществе.

Я стал расхаживать. Я считал прутья, считал плитки на потолке и на полу. Я посчитал, сколько плиток занимал Дейв. Двадцать четыре.

Плитки под Дейвом.

Не вся камера.

Их было 144. Легко понять. Двенадцать на двенадцать.

– Дейтон? Пора.

Офицер перебил мой внутренний монолог. Мне уже надоел мой голос. Я вскочил, готовый уйти отсюда. Офицер по имени Двайт вывел меня из камеры и по коридору, где я прошел вчера. Мы забрали мои вещи и вышли к ждущей машине полиции. Меня усадили сзади, другой офицер сел за руль. Он передал Двайту бумажный мешок, который протянули мне.

– Бублик? – спросил Двайт.

Я взял его.

– Благодарю.

Часы на панели приборов показывали, что уже восемь утра. Мы приехали к зданию суда через полчаса. Меня привели в полный зал ожидания, там я увидел Рона, и полиция отвела меня к нему.

– Ужасно выглядишь, – сказал он. – Я просил поспать.

– Мне пришлось провести ночь с громким вонючим пьяницей, – сказал я. – Как там спать?

– Я принес одежду, – сказал он. – Это поможет.

Он дал мне чистую красную футболку-поло.

– Где ты это взял?