Воробей

Мак Сара

– Свадьба через два дня! – закричала она мне на ухо. – Нужно собраться сегодня! Репетиции по телефону – не выход!

– Успокойся, – сказал я.

– Успокоиться? Это мой подарок. Ты должен помогать мне!

– Знаю, – я тяжко вздохнул. – Можешь приходить. Эддисон с Эшли что-то продумывают для репетиции ужина завтра.

– Это хорошо. Буду к семи.

Джен не опоздала. Она не была глупой. Она приехала со своей гитарой, закусками и пивом.

– Мы надолго, – сказала она.

Джен несколько минут общалась с Тори, а я поставил

принесенную еду на столик. Я открыл попавшуюся под руку пачку и сунул угощение в рот. Я пошел за своим инструментом. Когда я вернулся, Джен сидела на диване, настраивала гитару с красной конфетой в зубах.

– Ладно, – жевала она. – Послушаем тебя.

Я заиграл, она остановила меня и указала на гитару.

– Дай сюда.

Я отдал ей гитару. Она настраивала инструмент, а я сказал:

– Все хорошо. Тебе нужно расслабиться. Когда ты пила в последний раз?

Я думал, она рассмеется, но она буркнула:

– На прошлых выходных.

Ох.

– Что-то пошло не так?

Она покачала головой.

– Все было хорошо, или мне так кажется, – она вернула мне гитару. – После этого я не смогла связаться с Россом.

– Росс?

– Парень с Нового года, – объяснила она.

– У него есть имя, – отметил я. – Ты не приведешь его на свадьбу? Там и свяжетесь.

– Нет. Он сказал, что его не будет в городе, и я больше не спрашивала, – Джен опустила гитару на колено. – Готов?

– Мы закончили разговор о Россе?

– Да.

– Уверена?

– Да!

Я игриво ткнул ее ногу своей.

– Не давай ему обидеть тебя. У меня уже есть один мужчина в списке. Не заставляй добавлять еще одного.

– Дай угадаю, – улыбнулась она. – Вы с Дереком не ладите?

– И никогда не ладили.

Мы репетировали, ели и пили. Песня не была сложной, но Джен не унималась часами. К одиннадцати мы стали сонными. На последнем прогоне я спутал переход от первого куплета ко второму, и арахис полетел мне в лицо, чуть не попав в глаз. Джен решила, что это смешно, и я бросил в нее горсть «M&M’s», она закрылась гитарой. Она подняла те, что упали ей на колени, съела их и схватила пачку крекеров. Она бросила ею в меня, и я отбил ее со смехом. Крекеры разлетелись по полу, и Тори обрадовалась. Пока моя собака лакомилась, я встал и оттянул ложку в соусе, будто собирался запустить им в Джен.

– Нет, – рассмеялась она.

– Сама виновата.

Она схватила закрытую бутылку пива и встряхнула ее.

– Я тебя оболью, – пригрозила она.

И мне стало все равно. Я отпустил ложку, и соус с зеленым луком попал по ее животу.

– Зараза! – завопила она, глядя на себя. Ее глаза зло блестели, она встряхнула бутылку сильнее. – Убегай.

Я не сомневался, что она обольет меня. Но я сунул руки в карманы и пошел медленно, дразня ее, словно мне было все равно, промокну ли я. Она отреагировала быстрее, чем я ожидал, и убрала крышку с бутылки раньше, чем я прикрыл лицо.

– Твою мать! –

выругался я. Пиво потекло с моего лба, жаля глаза.

Джен рассмеялась и прошла ко мне. Ее пальцы задели мои щеки, она пыталась вытереть пиво.

– Я не помешаю?

Я обернулся. Эддисон стояла у двери моей кухни. Я вытер пену с глаз и моргнул. Я прошел к ней, но она попятилась. Я видел боль и смятение на ее лице.

Я смотрел на Эддисон, перевел взгляд на Джен, понимая, как это выглядело. Я не говорил ей, что мы с Джен работаем над подарком для Кевина. Мне стало не по себе.

– Мы репетируем, – сказал я.

– Что репетируете?

– Песню, – Джен подошла ко мне. – Я попросила Кайла выступить со мной на свадьбе.

Эддисон пронзила меня взглядом.

– С гитарой? Ты говорил, что плохо играешь.

– Верно, – я стоял, истекающий пивом. – Но Джен не хотела дарить Кевину и Эшли что-то обычное, так что написала песню и наняла меня.

Эддисон смотрела на меня и мою бывшую. Мы стояли в тишине, Эддисон разглядывала нас. Я сказал ей, что Джен нашла другого. Она должна была поверить, что между нами ничего не происходило.

Эддисон без слов повернулась, чтобы уйти.

– Погоди, – я шагнул к ней.

Она посмотрела на меня, не останавливаясь.

Я ускорился и обошел ее, перекрыл выход.

– Слушай. Все не так, как ты подумала. Мы правда репетировали.

Эддисон скрестила руки. Она сказала:

– Докажите.

Джен взяла свою гитару, я пошел вытереть лицо на кухне. Я вернулся в гостиную, Эддисон сидела на краю дивана с видом «лучше бы вам не врать, или я вас убью». Я сел напротив Джен, устроился удобнее. Она посмотрела на меня и отсчитала:

– Три, два, один…

Мы заиграли начало, и Джен запела первый куплет. В припеве я подключился:

Я не забуду

Нашу встречу

Твою улыбку,

Твои глаза,

Твою руку в моей

Мое сердце знало,

Я выберу тебя

Знаешь, малыш,

Мое сердце лишь для тебя,

Бьется для тебя,

Любит тебя.

Да.

Твой смех,

Твои глаза,

Твое красивое лицо,

Я не найду

Других таких.

Мое сердце знало,

Я выберу тебя

Твоя голова на моем плече,

Твоя рука в моей руке,

Еще год вместе,

Еще на год старше.

Ты моя, а я – твой.

Я люблю тебя.

Да.

Мое сердце знало,

Я выберу тебя.

Закончили мы сильно, в этот раз получилось лучше всего. Во время припева я каждый раз смотрел на Эддисон, ловил ее взгляд. Эти слова были особенными, пока я пел их ей.

Мое сердце знало, я выберу тебя.