Vita
Шрифт:
Вита сжала зубы:
— В той ситуации цели Вития были просты: он хотел здорового наследника. Я позволила себе раствориться в его интересах. И едва не поплатилась жизнью, душой и разумом. Сейчас расклад более чёток. Наша цель — не позволить себя убить. Собственному страху, имперским начальникам, степнякам — не принципиально. Согласны?
— Хотел бы я назвать нечто более… стратегическое. Но в ближней перспективе? Да. Наши интересы довольно точно отражаются словом «выживание».
Медик прищурилась на степные кибитки:
— Вопрос в том,
— Месть? — Баяр довольно искренне изобразил недоумение. — Почему месть? Степь, конечно, всегда рада вспомнить былые обиды…
Вита обожгла его взглядом, полным такой бессильной ярости, что маг отступил. Инстинктивно перевёл копьё в защитную позицию. Взгляд медика взлетел по древку, остановился на венчающем остриё орле. Гордая птица раскинула крылья, золотая змея оплела её когти, подобно ленте.
Символ имперской власти и символ медицинской чести. Соединённые, чтобы создать оружие. Прелестно.
— Да поздно уже охранять государственные тайны, аквилифер. И бессмысленно. Любой более-менее компетентный медик способен узнать заразу, созданную нарочно. — Она протянула ладонь, кончиком пальца постучала по его окованным чешуёй костяшкам. От прикосновения пальцы мага сжались на древке, но рука не дрогнула. — Чума, которая вас разукрасила, собрана из компонентов совершенно несочетаемых. Они никогда не смогли бы соединиться в химеру без посторонней помощи. От всего расклада на пол-империи несёт очередной попыткой превратить болезнь в оружие. На сей раз — повёрнутое против кочевых племён.
— Вы не правы.
— Нет? Первый случай болезни вызван был врачами крепости Тир. Здесь, в военном госпитале. Вы «помогли» караванщикам рода Боржгон, которые затем ушли в степь. И разнесли заразу. За три недели могло обезлюдеть целое кочевье. А потом пришёл дождь, щедро разлитый тьмой над всеми окрестными землями. И те, кто выжили, скорее всего, пали от сабель своих же родичей.
— Медик…
— Почему под стены Тира заявилась обозлённая армия? Почему кочевники, так чтящие целителей, во время атаки именно врачей превратили в свои основные мишени? — Она слепым жестом простёрла руку над выжидающими сотнями. — Да потому что они считают, что мы наслали на них мор! Вот почему!
— Медик, вы ошибаетесь, — с полным самообладанием отрезал Баяр. — Степь всегда неспокойна, но последние годы конфликтов стало куда меньше. При коменданте Блазие открылись караванные пути в Дэввию. Он развернул торговлю, выгодную кочевникам не меньше нашего. Меня самого почти усыновил род Боржгон. Нет никаких причин…
— Хватит врать! — Вита услышала дребезжание металла в своём голосе и поняла, что сейчас сорвётся. — Хватит уже. Да, нет никаких причин. Ни стратегических, ни экономических. Граница стабильна, какой не была уже очень давно. Даже мне ясно, что племена не были готовы к войне. Так почему же здесь сам хан Гэрэл? Какая ещё может быть
Несущий орла ухватил её за руку, жестами которой Вита по всем канонам ораторского искусства подчёркивала риторические вопросы. Медика довольно бесцеремонно утянули подальше от края площадки. Слова Баяра звучали успокаивающе. И на диво логично:
— Благородная Валерия, в Тире не создавали болезней-оружия. Я знаю совершенно точно. Комендант допросил Лию Ливию. Она была прислужницей в госпитале, находилась там неотлучно.
Вита смотрела неверяще, и маг повторил, уже более настойчиво:
— Лия Ливия помогала заболевшим из того каравана. Она каждую минуту была рядом с целителями. Видела всё своими глазами. Старший врач крепости пытался создать яд жизни, но что-то пошло не так. Он не знал, что именно. До самого конца пытался понять. Он где-то допустил ошибку.
Это было как удар. Валерия Минора Вита ощутила, что сознание её выскальзывает за пределы бытия. Разрозненные части головоломки смешались в мыслях, царапая острыми гранями.
Проклятье, которое её чутьё медика восприняло, как на редкость кривое благословение плодородия.
Имперский врач, пытающийся лечить от степной магии, будто от особо тяжёлого случая насморка.
Боевики защитного ожерелья Ланки, что, не особо раздумывая, опрокинули на проблему ливень своих трансформирующих зелий.
— Ошибка… Они все ошиблись.
Чешуя, улучшенная реакция, мышцы, ставшие более эластичными и эффективными. «Табунное» надсознание там, где его быть не могло просто по определению. Картина сложилась. Все детали встали на место.
— Мэйэрана Крылатая, — прошептала, не веря, — неужели во всей этой истории не нашлось никого компетентного?
Вита сжала виски, пытаясь упорядочить причины и следствия. Что на самом деле произошло. Что это означает для них в настоящий момент. Какие последствия каждое из каскада событий будет иметь в будущем.
Краем сознания отметила, что несущий орла, глядя в её слепые глаза, вдруг оскалился: бешено и торжествующе.
— Трибу… Я хотел сказать, медик! Вы что-то поняли. Да не молчите же!
— Боги, столько смертей. Так глупо.
Баяр схватил её свободной рукой за плечо, хорошенько встряхнул. Вита смотрела сквозь него. Мысли неслись, точно воды лавирующей меж порогов реки. Река. Воронка. Водопад. Как вырваться из потока, набравшего такую чудовищную инерцию?
Заставив тех, кто пока ещё на берегу, протянуть тебе руку. Как ещё?
Вита со свистом втянула воздух. Змеёй вывернулась из хватки мага. Метнулась к выходу из башни.
Она едва вписалась в дверной проём. Почти не ощущая боли в ушибленном плече, бросилась вперёд. По лестницам разменявшая шестой десяток матрона неслась, аки газель горная. Усталость её смыло потоком открывшихся вдруг путей.
— Спорить готов, вы — рыжая. Ещё одна на мою голову. — Баяр схватил её за руку, не давая упасть.