Виртуоз
Шрифт:
Драко тоскливо смотрел мимо Поттера на стеллаж с папками.
– Как у тебя все просто… Сегодня здесь, завтра там, без сомнений, дай ответ! Ты знаешь, что мне родители устроили? Отец без конца на меня давил, маме стало плохо, как только я собирался уйти, она начинала умирать. Я весь день у ее кровати просидел! И, между прочим, отец ни на секунду не прекращал промывать мне мозги! А когда я пришел к тебе, чтобы поговорить, у тебя уже сидели эти чертовы Уизли!!!
С каждым словом Драко злился все больше: ну почему нельзя подождать, понять, стоит ли всё такого
Как ни странно, чем сильнее заводился Драко, тем спокойнее становился Поттер: он смотрел на любовника холодным внимательным взглядом, как на какое-то насекомое. И голос его, когда он заговорил, был тихим и презрительным:
– Ах, бедный Драко. Бедный папочкин и мамочкин Драко. Ну ты скажи мне: чего ты ожидал? Что твои папа и мама воскликнут: ах, сынок, какую отличную пару ты себе подобрал! Женись на нем вместо Панси, мы тебя благословим! Или ты ждал, что Рон и Гермиона будут счастливы назвать тебя другом? Ты думал, что журналисты не залезут к нам в постель? Или что моя личная жизнь никого в мире не интересует? Это же все просчитывается на раз! Я ожидал большего от слизеринца. Ну, храбрости, конечно, нет, но вот что в тебе не окажется ума…
Не окончив, Поттер схватил с кресла мантию, перекинул ее через руку и направился к двери.
Драко стоял с закушенной губой, но руки у него - хвала Мерлину - не тряслись.
– Поттер!
– окликнул он.
Гарри у двери обернулся.
– Ты ведь забрался сюда через окно?
Это был единственный путь. Мантия-невидимка мантией-невидимкой, но охранные заклинания на пропускном пункте еще и не на такое были рассчитаны.
Забраться сюда можно было только примитивным маггловским способом, метлу бы не пустили полетоотталкивающие чары.
Поттер кивнул настороженно:
– Ну.
Он смотрел на Драко блестящими глазами, гадая, зачем Малфой об этом спрашивает.
– Ну и убирайся отсюда также. Мне не нужны лишние неприятности.
Поттер раскрыл рот, несколько раз вдохнул и выдохнул, словно желая что-то сказать, затем зло рассмеялся, кинул:
– Пош-шел ты!!!
– и рванул на себя ручку двери.
Удаляющихся шагов не было слышно. Дверь была слишком массивной - из дуба, правильного дерева, и ковер в коридоре был слишком пушистым и мягким. Ноги в нем утопали по щиколотку.
Глава 6
– Протего! …!
Колдунья в сиреневой остроконечной шляпе взорвалась и расползлась клочьями серого дыма.
Гарри крутнулся, отбил летящий в него огненный шар и проорал про себя ответное заклинание. Мужчина в черном плаще и маске Упивающегося издал тихое «пыффф», вслед за женщиной обращаясь в дым.
Слева послышался скрип; аврор пригнулся, отпрыгивая в сторону, молча послал «Explodo»…
– Протего! Поттер, своих не бей!
На пороге тренинг-комнаты стоял шатен в синей аврорской мантии - Ральф Рубестус из отдела по борьбе с темной магией.
Гарри резко опустил руку с палочкой, сделал несколько шагов, описывая маленький круг, и вновь развернулся к незваному
В помещении стало значительно светлей: открытие комнаты автоматически прервало тренировку, и дым понемногу расползался, открывая взгляду голые, выкрашенные синей краской стены. Исчезли дома с распахивающимися окнами, исчез фонарь в дальнем конце улицы, дававший бледный призрачный свет, исчезли тренинг-мороки, мужчины и женщины, оборотни и тролли, великаны и животные…
– Альфа-режим… - Рубестус оглядывал тренинг-комнату с интересом.
– Поттер, ты крут.
– Знаю, - коротко отозвался Гарри, с досадой откидывая волосы со вспотевшего лба.
– Хочешь заниматься?
– Ну да, извини, что прервал: ты здесь уже полтора часа торчишь…
– Все, я ухожу. Извини, что задержал. Время пролетело… слишком быстро, - аврор криво улыбнулся, подумав: как хорошо, что любой негатив в аврорской работе можно списать на специфику профессии.
– Удачи, - пожелал он, проходя к выходу.
Рубестус поворачивался вслед за ним, как подсолнух за солнцем.
– Ты размажешь этого вампира по стенкам, - громко сказал он в спину Гарри.
Аврор замер на мгновение, затем развернулся к коллеге.
– В этом здании возможно сохранить что-то в секрете?
– резко спросил он.
– Только не когда это касается Гарри Поттера. Герой Британии слишком… любопытная личность. Все тобой интересуются, Гарри. Ты не замечал?
Гарри смерил взглядом стоявшего перед ним аврора. С Рубестусом он сталкивался редко (если не считать случайных встреч в министерском лифте); только на общих аврорских собраниях, проходивших раз в месяц, да еще пару раз на Диагон-аллее, где коллега-мракоборец ходил по магазинам вместе с сестрой. Сестра занимала должность секретаря при Главном Авроре, Милтоне Фризе. Каждый раз, когда Гарри видел сестру и брата вместе, он удивлялся их вопиющей несхожести.
Они оба были кареглазыми шатенами; оба по-своему привлекательны, с первого взгляда было ясно, что они приходятся друг другу очень близкими родственниками, и в то же время назвать их похожими язык бы ни у кого не повернулся. Ральф с его круглыми, широко раскрытыми глазами и глубоко запавшими щеками был похож на зверя, быстрого и злого. Руфь казалась вечно сонной из-за постоянно приспущенных век, а рот у нее был отвратительно мягким, стекая вниз уголком губ в инфантильной гримасе полного безразличия.
– Да, Ральф, замечал, - сдержанно ответил Гарри, гадая, к чему клонит мракоборец. Тон у того был вызывающе-нахальным, словно аврор собирался с духом, прежде чем сказать что-то действительно важное.
– Трудно было не заметить.
Рубестус вздохнул, обошел Гарри и, закрыв дверь, оперся об нее рукой.
– Эпсилон-режим, - небрежно сказал он.
Тренинг-комната включилась в простом режиме тренировки для начинающих: неподвижные мишени у дальней стены, много времени на прицелку, громко и четко произносимые мороками заклятия, в отличие от невербальной магии режима «альфа» - Рубестус легко отбивал заклинания, не произнося «Протего» вслух.