Вернись и полюби меня
Шрифт:
Нет. Северус – он понимает.
Лили широко распахнула глаза. Она же собиралась идти искать Сева! Вот дерьмо!
Джеймс схватил ее за руку – и отпустил так поспешно, будто его ударило током.
– Извини – просто я… Слушай, Эванс, повернись ко мне? Пожалуйста?
Несколько вдохов, сделать бесстрастное лицо – и только тогда Лили обернулась. И тут же едва не заплакала снова: его волосы – этот вихор справа, что постоянно не слушался и лез в глаза… На слипшиеся ресницы набежали слезинки; как же хорошо, что она сегодня не стала краситься…
– Извини, -
Да какого черта – что она, директор какой-нибудь?..
– С кем?
– немедленно переспросил Джеймс.
– Можно, я тебя провожу? Короткой дорогой – я их массу знаю, а заодно бы мы поговорили…
– Н-нет.
– Ой, нет, нет, только не это! Идти искать Северуса с Джеймсом на хвосте… это казалось ужасной идеей – по целой тысяче причин.
– Спасибо, но я… Мне надо одной, понимаешь? На завтрак я, скорее всего, не попаду, так что…
– Хочешь, покажу, как пробраться на кухню?
– в нем вспыхнула надежда, он уже явно строил какие-то планы…
– Я и так знаю, - хрипло сказала она.
– Большой натюрморт с фруктами – нужно пощекотать грушу.
На несколько мгновений Джеймс оторопел, но потом в его глазах зажегся странный огонек. Похоже, он был и впрямь впечатлен – и почему-то это только пугало…
– Да, именно так. Не знал, что ты тоже туда пробираешься. Мне казалось, мы бы тебя заметили…
На допрос это не походило, но Лили все равно сказала:
– Нет, я там ни разу не была – просто случайно услышала ваш разговор, - и, сделав вид, что взглянула на часы, добавила: - Слушай, извини, но мне и в самом деле пора…
– Да, конечно, - и с этими словами Джеймс забрал у нее сумку – она даже не успела возразить, только вздрогнула всем телом.
– Нечего тебе всякую ерунду таскать. Итак, куда мы направляемся? К Макгонагалл? К Помфри? Ты уже выглядишь гораздо лучше, Эванс, но я не уверен, что тебе и правда лучше. Ты бы лучше…
– Перестань повторять “лучше”, - обреченно попросила Лили.
– Джеймс, мне и впрямь надо туда одной, так что будь так добр, верни мою сумку, пожалуйста…
Она потянулась вперед – рука задрожала. Джеймс и не подумал ей что-то отдавать.
– А почему одной?
– с искренним любопытством поинтересовался он – а затем прищурился: - Погоди-ка – одной… Это все Снейп, да? Его рук дело?
– Что именно?
– подбородок вздернулся вверх словно сам по себе.
– Например, то проклятие, от которого ты пострадала, - без запинки отозвался он.
Лили так и застыла – будто от заклинания, превращающего в камень; сузив глаза, уставилась на Джеймса – тот моргнул, но и не подумал отступать.
– Джеймс, давай-ка кое-что проясним, - решительно заявила она.
– Да, проклятие на мне было, но его наложил вовсе не Северус. И сейчас я уже здорова, и если ты… вздумаешь ему мстить за то, что он меня якобы проклял, то даже не успеешь договорить “шалость удалась”, как загремишь на отработку до конца семестра. Я доступно изъясняюсь?
Но он только сильнее сощурился и спросил воинственно:
–
– Я бы поставила на Люциуса Малфоя, - дернув за лямку, она забрала у Джеймса свою сумку и надела ее через плечо, не зная, стоило ли вообще ему что-то рассказывать… сомнения кольнули снова – у него округлились глаза, от лица отхлынула кровь… - Извини, но я правда очень спешу, так что…
– С чего это ты с ним вообще встретилась?
– требовательно спросил он.
– Наверняка это все Снейповы происки!
– Ради всего святого!
– она едва не треснула его сумкой по башке, но удержалась и лишь топнула ногой – как самый распоследний подросток.
– На Северусе свет клином не сошелся! Существуют и другие люди, знаешь ли! Которые тоже способны на дурные поступки!
– А, значит, ты признаешь, что он дурно поступает!
– перебил ее Джеймс; он вел себя, словно Налево или Направо, когда им попадалась мышь. Или как Филч, сцапавший нашалившего студента.
– Да ты и сам ничуть не лучше, - холодно сообщила она.
– Может, ты и не в курсе, но мальчишки в шестнадцать – те еще хулиганы.
– Но я же не занимаюсь темной магией!
– с жаром возразил он.
– И никогда тебя не называл… тем словом. Как ты можешь его защищать, когда он…
– Мы с Северусом смогли договориться, - сквозь зубы процедила Лили.
– Ну все, мне уже…
– Как это – договориться? О чем?
– настойчиво переспросил Джеймс.
– А вот это тебя не касается! Ни тебя, ни Сириуса Блэка, ни, представь себе, всех остальных! Только Северуса и меня! И не лезь не в свое дело, Джеймс, по-хорошему тебя предупреждаю!
И с этими словами она проскользнула мимо него и помчалась вниз по ступенькам. И снова вспыхнуло воспоминание – вчерашний день, и тот прыжок с лестницы, прямо в объятия Северуса… но на сей раз Джеймс за ней гнаться не стал. Спасибо, Господи, за маленькие чудеса… И ей снова захотелось плакать.
Надо найти Сева – рядом с ним мне сразу полегчает…
Она остановилась на лестничной площадке, но потом заставила себя идти дальше, на случай, если Джеймс все еще на нее смотрел – или даже хуже, решил за ней проследить… Его карта! И плащ-невидимка. Да, ему это раз плюнуть; так же легко, как сказать Северусу гадость – или даже не сказать, а подстроить… странно, кстати, что прошлым вечером Джеймс за ними не увязался – разве что Сев и об этом позаботился…
Сев. Лили брела по коридору, не замечая ничего вокруг, прижимая к сердцу сжатую в кулак руку… Теперь проклятие снято, так ведь? Но ее по-прежнему тянуло к Севу – в полной уверенности, что стоит только его найти, как и все остальное тоже наладится и станет… более сносным.
Но ведь то же самое было с тобой и до проклятия – помнишь?.. Ты цеплялась за него с того самого момента, как узнала, кто он такой.
Да, именно так. А когда она лежала больная, то даже думала, что подождет с поисками нынешнего Джеймса, потому что не сможет без Северуса, просто сойдет без него с ума. И сошла бы – она сама так ему и сказала. В разлуке с Джеймсом и Гарри…