В присутствии врага
Шрифт:
«Вы должны познакомиться со мной, — сказал он, — но долг платежом красен, не так ли, так что мне бы хотелось познакомиться с вами. Узнать вас по-настоящему».
— Наверное, я тогда засмеялась ему в лицо. Не думаю, что я взяла на себя труд изображать непонимание, чтобы помочь ему сохранить лицо. Предложения такого рода всегда вызывали во мне возмущение, — она отыскала то, что ей было нужно во втором блокноте, взятом из стопки. — Да, что касается тюрьмы. Вопрос об этом рассматривается вот уже два года. Это будет дорогостоящее сооружение, по последнему слову техники, рассчитанное на три тысячи заключенных.
— Который расположен? — спросил Линли.
— В Уилтшире.
Нката, согнувшись в три погибели, втиснул свое долговязое тело в «бентли», при этом одна его нога все еще оставалась снаружи. Удерживая записную книжку на колене, он продолжал писать.
— Напиши так, чтобы это было удобоваримо для Хиллера, — сказал ему Линли. — И чтобы утром это было у него. Да постарайся сам с ним не встречаться. Он будет следить за каждым нашим шагом, но нужно попытаться удержать его на расстоянии.
— Точно, — Нката поднял голову и взглянул на фасад дома Ив Боуин. — Что вы об этом думаете?
— Сначала Уилтшир.
— А этот тип, Харви?
— Это отправная точка. Я брошу на это дело Хейверс, пусть копнет на месте.
— А здесь?
— Мы будем копать, — Линли обдумал все, что рассказал ему Сент-Джеймс. — Начни с проверки двойных связей, Уинстон. Нам нужно знать, кто связан с Боуин и одновременно с Уилтширом. У нас уже есть Харви, но, на мой взгляд, все это звучит слишком складно, чтобы быть правдой, верно? Так что, проверь Лаксфорда и обоих Вудвортов. Займись учителем музыки Шарлотты, Чемберсом, поскольку он был последним, кто ее видел. Проверь экономку, Мэгваер. Проверь отчима, Александра Стоуна.
— Думаете, он не настолько вырубился, как в этом хотела убедить нас миссис Боуин?
— Я думаю, что все возможно.
— Включая и участие самой Боуин.
— Проверь и ее. Если министерство внутренних дел подыскивало место в Уилтшире для строительства тюрьмы, они, вероятно, посылали туда комиссию для изучения местных условий. И если она входила в состав этой комиссии, у нее могло быть некоторое представление о местности. И она вполне могла знать, где приказать кому-то держать ее дочь, если за похищением стоит она сама.
— Тут слишком много почему, шеф. Если она сама устроила похищение, что она от этого выигрывает?
— Она политик до мозга костей. И любой ответ на этот вопрос тоже лежит в сфере политики. Зато легко понять, что она теряет.
— Если бы Лаксфорд напечатал эту статью, она уже была бы политическим трупом.
— Предполагается, что ход наших рассуждений будет именно таким, верно? Все внимание направлено на то, что она теряет. И, по словам Сент-Джеймса, каждый из главных действующих лиц, за исключением учителя музыки, прежде всего подчеркивал как раз это. Возьмем это себе на заметку. Но обычно бывает полезно пройти и другой дорогой, не столь густо уставленной указателями. Так что давай копнем и в этом направлении — что член парламента Боуин выигрывала бы.
Нката закончил свои записи обязательной аккуратной точкой. Заметив нужную страницу тоненькой ленточкой-закладкой, он положил книжку и карандаш обратно в карман. Потом, выйдя из
Наклонившись к открытому окну машины, он сделал еще одно последнее замечание:
— Может оказаться так, что дело дрянь, инспектор?
— Оно уже дрянь, — ответил Линли.
Поездка в Гринфорд, расположенный к западу от ее жилья в Чок-фарме, привела Барбару Хейверс на шоссе М-4 много позднее часа пик. Однако вскоре она обнаружила, что ее скрупулезный выбор времени особых результатов не дал. Произошедшее почти у самого въезда в Ридинг столкновение между «рэндж-ровером» и грузовиком, перевозившим помидоры, превратило стремительный поток машин на автостраде в степенную процессию, ползущую по ярко-красной жиже. Когда она увидела бесконечную, до самого горизонта цепочку тормозных огней, Барбара переключила передачу, нажала на кнопку радиоприемника своего «мини» и поймала станцию, которая проинформировала ее, что — черт побери! — происходит впереди. После этого она расположилась поудобнее в расчете на длительное ожидание. Перед тем, как выехать из дома, она сверилась с картой и знала, что от автострады можно отказаться и, в случае необходимости, попытать счастье на дороге А-4. Но это означало бы двигаться против основного потока, что всегда малоприятно, когда хочешь наверстать потерянное время.
— Проклятье, — выругалась она. Ей и через сто лет не выбраться из этой передряги. А желудок требует немедленного к себе внимания. Конечно, перед выездом ей следовало пошарить в холодильнике и хоть что-нибудь перехватить, но в тот момент проглоченный в спешке обед ей казался куда менее важным делом, чем возможность выехать в Гринфорд, чтобы сообщить матери великую новость. «Мне поручено вести отдельный этап расследования, мама». Разве это не говорит о повышении ее профессионального мастерства? Любое более значительное задание, чем принести для Линли пару сэндвичей с пятого этажа, было существенным событием в жизни Барбары, и ей не терпелось поделиться этим с кем-нибудь.
Сначала она попыталась сообщить новость соседям. Для этого по пути к своему собственному крошечному жилищу в глубине сада на Итон-Виллас она остановилась у старинного здания в эдвардианском стиле и заглянула в квартиру на первом этаже. Но ни Хамиды Хадиях, которая в свои восемь лет чаще других была ее подружкой по пикникам на лужайке, походам в зоопарк и лодочным прогулкам в Гринвич, ни ее отца Тамуллы Азара не было дома, чтобы выразить должный восторг по поводу ее достижений. Поэтому, сложив в сумку брюки, пуловеры, белье и зубную щетку, она отправилась в Гринфорд, чтобы рассказать об этом матери.
Она застала миссис Хейверс вместе с ее компаньонками по Хоторн-Лодж в отгороженной части комнаты, служившей столовой. Они сидели вокруг стола, и их хозяйка, Флоренс Мэджентри — она же их нянечка, их наперсница, организатор их занятий и одновременно их ласковая тюремщица — помогала им собирать объемную головоломку. Судя по картинке на коробке, Барбара поняла, что в собранном виде это должно было представлять собой викторианский особняк. Но в данный момент все это выглядело как руины после бомбежки.