В присутствии врага
Шрифт:
Лаксфорд медленно положил на стол график, который все это время держал в руке. Он встретил заявление Линли полнейшим молчанием. На улице, одиннадцатью этажами ниже, «скорая помощь» потребовала своим мелодичным сигналом очистить перед ней дорогу.
— Вы, конечно, скажете, это чистое совпадение? — спросил Линли.
— Так оно и есть, вы это сами знаете, инспектор.
— Я не убежден в этом.
— Но вы же не можете всерьез полагать, что я имею какое-то отношение к случившемуся с Шарлоттой. Это совершенно безумная идея.
— А что именно в этой
— И то и другое. Кем вы меня считаете?
— Человеком, озабоченным тиражами своей газеты. И, следовательно, человеком, которому нужна такая история, какой ни у кого нет.
Лаксфорд протестовал. А, может быть, пытался что-то скрыть от Линли. Но, несмотря на это, его взгляд на секунду упал на лежащие на столе графики и схемы. И этот единственный взгляд вместил в себя больше информации, чем все то, что он бы мог сказать.
— На каком-то этапе, — продолжал Линли, — Шарлотта должна была быть вывезена из Лондона на машине.
— Я к этому не имел отношения.
— И, тем не менее, я бы хотел взглянуть на вашу машину. Вы ее оставили где-то поблизости?
— Я требую адвоката.
— Разумеется.
Лаксфорд прошел к своему столу. Порылся в бумагах и извлек телефонную книгу в кожаном переплете. Одной рукой открыл ее, другой схватил телефонную трубку. Он успел нажать две кнопки, когда Линли снова заговорил:
— Констебль Нката и я, конечно, должны будем дождаться адвоката. А это, вероятно, займет время. Поэтому, если вас беспокоит, как сотрудники отдела будут интерпретировать наш визит, вы, возможно, подумаете и о том, как они истолкуют наше бездельничанье под дверями вашего кабинета, пока вы ждете адвоката.
Редактор нажал еще четыре кнопки. Потом его рука повисла в воздухе, прежде чем он нажал седьмую. Линли ждал его решения. Он видел, как вена бьется на виске Лаксфорда.
Лаксфорд бросил трубку на рычаг.
— Хорошо, — согласился он, — я отведу вас к машине.
Это был «порше». Он стоял менее чем в пяти минутах ходьбы от здания «Сорс» на закрытой автостоянке, пропахшей мочой и бензином. Они шли туда молча, Лаксфорд на несколько шагов впереди. В кабинете он остановился только, чтобы надеть пиджак и сказать мисс Уоллес, что его не будет минут пятнадцать. Идя с ними к лифту, он не смотрел ни направо, ни налево, и когда бородатый мужчина в куртке сафари окликнул его из дверей кабинета в дальнем конце отдела: «Дэн, можно тебя на два слова?», Лаксфорд не удостоил его внимания. Как, впрочем, и всех остальных.
Машина стояла на пятом уровне гаража, зажатая между грязным «рендж ровером» и белым фургоном с надписью «Гурман на ходу». Когда они подошли, Лаксфорд вынул из кармана маленький пульт дистанционного управления. Это нужно было, чтобы отключить противоугонную систему «порше». Резкий икающий гудок эхом отозвался в бетонном строении.
Констебль Нката не ждал особого приглашения. Надев перчатки, он открыл дверь автомобиля и скользнул в кабину. Он исследовал содержимое перчаточника и содержимое консоли между
Не говоря ни слова, Лаксфорд наблюдал за этой процедурой. Где-то поблизости послышались чьи-то четкие шаги, но он не обернулся, чтобы проверить, не следит ли кто-то за поисками Нкаты. Его лицо оставалось бесстрастным. Невозможно было сказать, что происходит под этой флегматичной внешней оболочкой.
Подошвы туфель Нкаты скребли по бетону, когда он втискивал свое долговязое тело в машину. Он удовлетворенно крякнул, на что Лаксфорд ответил:
— Вряд ли вы можете рассчитывать найти в моей машине что-либо имеющее отношение, хотя бы отдаленное, к вашему расследованию. Если бы я собирался перевозить десятилетнего ребенка из города, я бы не стал использовать собственную машину, верно? Я же не идиот. И сама мысль прятать Шарлотту в «порше» абсурдна. В «порше» — вы подумайте сами. В нем не хватит места даже для…
— Инспектор, — перебил Нката. — Кое-что нашел. Под сиденьем.
Пятясь, он вылез из машины. В его зажатом кулаке был какой-то предмет…
— Это не может иметь отношения к Шарлотте, — произнес Лаксфорд.
Но он ошибался. Выпрямившись, Нката показал Линли то, что нашел. Это были очки. Круглые, в черепаховой оправе, они были почти точной копией тех, что носила Ив Боуин. С той единственной разницей, что эти были детского размера.
— О, Господи, что это? — в голосе Лаксфорда звучало удивление. — Чьи они? Как они попали в мою машину?
Нката положил очки в платок, протянутый ему Линли на ладони.
— Смею предположить, что это очки Шарлотты Боуин, и мы получим этому подтверждение, — сказал Линли. Он кивнул Нкате и добавил: — Констебль. Будьте любезны…
Нката прочел текст «предостережения при аресте» [20] . В отличие от Хейверс, которая всегда наслаждалась драматизмом ситуации, с выражением читая это с обложки своей записной книжки, Нката просто монотонно повторил слова на память.
20
О том, что подвергающееся аресту лицо вправе говорить все, что ему угодно, но все, что оно скажет, может быть использовано против него в качестве доказательства по делу.
— Вы что, совсем рехнулись? — возмутился Лаксфорд. — Вы же знаете, я к этому не причастен.
— Возможно, теперь вы захотите позвонить своему адвокату, — проговорил Линли. — Он может встретить нас в Скотланд-Ярде.
— Кто-то подложил мне очки в машину, — настаивал Лаксфорд. — Вы же знаете, все получилось именно так. Кто-то, кому нужно, чтобы все это выглядело так, будто…
— Распорядись, чтобы изъяли машину, — приказал Линли Нкате. — Позвони в лабораторию, пусть они подготовят все необходимое, чтобы ею заняться.