В объятиях прошлого
Шрифт:
— У нас есть еще в машине, — отмахнулась Констанция, прилагая неимоверные усилия, чтобы звучать небрежно и безразлично.
Внутри все кричало от боли, обиды, злости. И немного — от страха быть разоблаченной. Прямо сейчас она хотела сохранить все свои открытия в тайне от Ю. В такой ситуации не стоило принимать поспешных решений.
— Давайте-ка лучше вы войдете в этот дом и попытаетесь выяснить, здесь ли ваш сбежавший персонаж.
Его поведение все еще ничего не доказывало, но в то же время эти маленькие нюансы, едва
Констанция решила попробовать последний способ доказать себе, что перед ней был сбежавший книжный герой.
— Евгений Онегин, — произнесла она, внимательно следя за реакцией, — моя любимая книга из русской классики. Интересно будет встретить Татьяну.
Пауза в ее речи была достаточно незначительной, чтобы Ю ничего не заподозрил, и все же достаточно длинной, чтобы заметить, как он сжал челюсти, как шея под шарфом заметно напряглась, будто сведенная судорогой. Персонаж не мог не отреагировать на свое настоящее имя.
— Разумеется, — улыбнулся Юджин, но вышло натянуто. — Ступайте, ступайте, работайте. Кажется, у тебя последний шанс догнать Артура.
Аврелий весь разговор напряженно молчал, и Ю это, кажется, заметил и чуть сощурился.
Чтобы отвлечь внимание от непривычно притихшего стажера, Констанция бодро — излишне бодро — сказала:
— Да, вот только поймать мне нужно не одного персонажа, а хотя бы двух… — на это Ю отреагировал почти безразлично, кажется, не уловив намека, и Констанция наигранно вздохнула. — Я за этот месяц так привыкла думать о нашем соперничестве, что не представляю, как буду работать в следующем. Как говорится, привычка свыше нам дана…
Это был еще один крючок. Персонажи часто включают в речь фразы из тех произведений, из которых они сбежали. Особенно, разумеется, любят собственные реплики, но и в целом цитаты из своих текстов повторяют и ни в коем случае не могут оставить без внимания.
Юджин снял кепи и провел рукой по лысой голове.
— Замена счастию она, — выдохнул он горько и как будто против воли.
Констанция ощутила ком в горле и поняла, что стоило заканчивать следственный эксперимент.
— Ладно, мы пойдем, — проговорила она хрипло, слова дались с трудом.
Ю кивнул и оглядел дом, в котором, согласно карте, была какая-то книжная активность.
— Вы проверяйте, а я на всякий случай пойду к следующей точке, — сказал он как-то напряженно, а затем с более привычными интонациями добавил. — И ни в коем случае не говорите Артуру, что я вам помогаю! Он сочтет это чистой воды мошенничеством.
Констанция рассмеялась, а затем, схватив Аврелия, потащила его ко входу в жилой дом. На их удачу оттуда как раз вышел мужчина, позволив им нырнуть в темноту подъезда. Там она прижалась спиной к
Впервые за долгое время Констанция позволила себе заплакать.
Аврелий, который продолжал молча наблюдать за происходящим, привлек ее к себе, обнял, погладил волосы, и она не стала отталкивать.
Ю был мудрым наставником, готовым по-отечески и поддержать, и пожурить. Прекрасным руководителем. Мягко, ненавязчиво, но когда нужно — настойчиво и непреклонно — приводил все к порядку. Не считая ситуации с программой, но, видимо, этому персонажу даже за более чем двадцатилетнюю жизнь в реальном мире оказалось трудно угнаться за постоянно меняющимися и совершенствующимися технологиями.
Он был другом каждому в петербургском департаменте. И он был персонажем. Его присутствие в этом мире теперь стало недопустимо.
Она потеряла Ю.
Наконец, Констанция отпустила Аврелия, отошла на несколько шагов и попыталась без зеркала привести себя в порядок.
«Тушь, наверное, размазалась, о помаде и говорить нечего».
Уже в автомобиле она смогла оценить отражение в зеркальце над пассажирским сиденьем. Лишь убедившись, что выглядит не слишком устрашающе, Констанция сказала:
— К Библиотеке, Аврелий. Придется подключить к этому делу коллег.
И достала мобильный.
— Констанция? — раздался удивленный мужской голос на том конце провода. — Второй телефонный звонок за час. Вы меня беспокоите.
— Артур, мы через пять минут будем на парковке у Библиотеки. Выйдите к нам. Возьмите с собой своего «почти-как-отца». И никому не говорите, куда идете.
На том конце провода повисла пауза.
— Констанция, скажите «конечно», если кто-то держит вас в заложниках.
— Не говорите ерунды и не задавайте лишних вопросов, сделайте, как я сказала, потом объясню.
— Вы не думаете, что…
— Это лишний вопрос! — бросила она и завершила звонок.
Кинг и Илья вышли как раз в тот момент, когда машина Констанции и Аврелия подъехала к Библиотеке.
Когда новые пассажиры оказались на заднем сиденье, Констанция повернулась к стажеру.
— Едем ко мне, — велела она.
— Когда я сказал про унижать и доминировать, то не имел в виду, что вам нужно всерьез браться за это, — заметил Кинг. — В любом случае, я пас.
Констанция обернулась и мрачно взглянула на него.
— В этом и смысл, Артур. Я не стану вас спрашивать.
— Для этой культуры принципиально согласие обоих участников, — покачал головой он.
— Вы удивительно много об этом знаете, — подняла она бровь.
— Исключительно в теории.
— Илья Петрович не вкурил, что вы шутите, — заметил Аврелий, глянув в зеркало заднего вида.
Констанция повернулась чуть сильнее, чтобы увидеть удивленное лицо Ильи.
— Есть важное дело, которое нужно обсудить. Но для этого нужна приватность, а моя квартира поблизости.