Узурпатор

Уэллс Энгус

— Да! — Ярл выхватил саблю, и гладкая сталь сверкнула, как язык пламени. — Кто за нас? Во имя Госпожи и Королевств!

Гул голосов эхом прокатился по залу. Коррадон скомандовал гвардейцам построиться. Бедир взобрался на ступени возвышения, к подножью трона, и крикнул, перекрывая шум:

— Подождите! Нас не так много… и во дворце невинные люди… Вложите клинки в ножны и не применяйте силу без крайней необходимости. Мы выйдем отсюда как воины Королевств, которые вправе идти куда угодно, по собственной воле. Пока нас не пытаются остановить — не нападайте!

— А если попытаются? — откликнулся

Ярл.

— Тогда, — мрачная улыбка заиграла на губах Бедира, — будем сражаться.

— Ну что же… — усмехнулся правитель Кеша. — Пусть Хаттим только покажется — и он мертвец.

— Правитель Бедир… — Коррадон понизил голос. — Куда мы идем? И что будет с Сестрами?

— Не думаю, что Хаттим осмелится открыто святотатствовать или причинит какой-то вред Училищу. Сейчас мы им ничем не поможем. Главное — добраться до гавани, там нас ждет «Вашти».

Коррадон кивнул, убрал меч в ножны и распахнул двери.

Их встретили удивленные и настороженные взгляды. Бедир и Ярл встали рядом с Коррадоном, Ирла и Арлинна за ними. Сзади и по бокам выстроились гвардейцы и кешские воины. Толпа невольно расступилась. Они проследовали по коридору, ведущему в трапезную, и тут увидели галичан — кордор и двадцать пять воинов в полном вооружении, с мечами наголо.

— Стой! — крикнул военачальник. — Куда идете?

— Ты что, не узнаешь правителей Тамура и Кеша? — Бедир отодвинул капитана и шагнул вперед. — Кто дал тебе право нас задерживать?

Кордор не отступал:

— У меня приказ Государя. Я должен доставить вас к нему.

— Государя? — взревел Ярл. — Государь мертв! Хаттим Сетийян — отступник, слуга Посланца!

— У меня приказ, — упрямо повторил кордор. — Следуйте со мной.

— Ты смеешь нам приказывать? — Острие кешской сабли сверкнуло в пяди от груди галичанина. — С дороги!

— Правитель Ярл, — тихо проговорил тот. — Я не могу.

— Пропусти нас. Это приказ!

— Мне приказано отвести вас к Государю, — снова повторил кордор. — Любым способом. Опустите клинки.

Ярл не выдержал. Казалось, его сабля лишь дрогнула. Но ее кончик окрасился красным, а на горле галичанина, между подбородком и стальным нагрудником, раскрылась алая щель. Кордор выдохнул, потом сделал нетвердый шаг назад и уронил меч. Руки нерешительно потянулись к ране. Стало очень тихо. Все взгляды устремились на галичанина. Потом между пальцев кордора хлынула кровь. Он упал на колени, закатив глаза, словно моля о пощаде, и, все еще зажимая горло, рухнул на пол.

Как по сигналу, все пришло в движение. Галичане, подняв мечи, шагнули вперед. В тесноте коридора численное преимущество ничего не значило: большей части гвардейцев было бы не развернуться.

Бедир выхватил меч и атаковал ближайшего воина, заставив того отступить. Рядом сверкнул меч Коррадона. Гвардейцы ворвались в прихожую, и после короткой стычки, которая стоила нескольким жизни, галичане отступили.

— Вперед! — скомандовал Бедир, распахивая дверь в трапезную, где со столов еще не убрали остатки свадебного пира.

В просторном покое за трапезной их встретил еще один отряд галичан: похоже, уцелевшие воины подняли тревогу. Однако здесь каждый из гвардейцев мог пустить в ход оружие, не рискуя задеть своих.

Галичане подтягивали силы, и вскоре превосходство

было на их стороне. Ударом меча Бедир повалил одного, рассек лицо другому, потом отскочил, и его клинок почти по рукоять ушел в живот противнику. Оглядываться было некогда. Оставалось только надеяться, что Ирлу по-прежнему плотно окружают воины Ярла, и она невредима. Ну что же… Он отбил выпад короткого галичского меча и ударом в челюсть отбросил южанина в сторону. Еще недавно эти люди сражались с ним плечом к плечу… но он не думал об этом, чувствуя, как просыпается забытый боевой задор. Еще удар… кончик клинка рассек бедро противника, тупо проскрипел о кость. И тут острая боль хлестнула по плечу. Бедир успел развернуться, но на рассеченных краях его кожаной куртки выступила кровь. Продолжая разворот, он отбил еще один удар, потом его клинок описал широкую дугу и рассек горло стоявшему сзади воину. Рядом волчком крутился Ярл. Коренастое тело пожилого кешита неожиданно оказалось гибким, как лоза. Сабля в его руке то и дело превращалась в огромный серебряный веер, который на миг складывался, столкнувшись с преградой. Возраст не был помехой правителю Кеша — равно как Коррадону не мешала молодость. Защищенный лучше своих старших товарищей, он с ревом ломился вперед, прорубаясь сквозь толпу южан.

Гнев и уверенность в правоте придавали сил. Однако когда беглецы собрались в соседнем помещении, заперев за собой дверь, стало ясно, что каждый шаг давался дорогой ценой. Численное преимущество галичан было очевидно, к тому же они оказались превосходно вооружены. Однако Ирла и Арлинне были невредимы, и Бедир вздохнул с облегчением. Впрочем, вряд ли какая-нибудь сила могла пробиться сквозь кольцо кешских воинов. Только сейчас правитель Тамура почувствовал, что рана на плече пульсирует, рукав напитался кровью и потемнел. У Ярла была лишь оцарапана щека, но на правую ногу ему приходилось наступать с осторожностью. Броня Коррадона словно побывала под молотом, но все еще надежно защищала капитана. Большинство уцелевших воинов получили в этом бою отметины. Следующая дверь вела во двор. Бедир окинул взглядом оставшихся. Хватит ли бойцов, чтобы пробиться к гавани? Неважно. Другого выбора нет.

Передышка оказалась короткой. Со двора ворвались галичане. Бедир крикнул своим воинам держаться плотнее и прорываться наружу.

И тут ряды южан расступились, и появился Хаттим Сетийян, а рядом с ним — Эшривель. Узурпатор был облачен в парадное королевское одеяние, пурпурное с золотом, на груди сверкал медальон с трехзубой короной Андурела. Темно-синее траурное платье принцессы делало ее лицо еще более бледным, под глазами залегли тени, ресницы слиплись от слез. Плотная вуаль полностью скрывала волосы. Она вцепилась в плечо Хаттима, словно была готова вот-вот упасть.

— Бросьте оружие! — крикнул Хаттим. — Вы осмелились выступать против своего Государя?

— Отступник! — выплюнул Ярл.

— Ты обманываешь себя и других! — Бедир повысил голос, чтобы слышали все. — Государь Дарр убит при помощи колдовства, и ты не имеешь права на корону. Ты не государь, Хаттим!

— Предатели!

Хаттим не сомневался: для всех королевский медальон и корона Андурела были священны. И многих, если не всех, эти знаки заставляли подчиняться искренне и не задумываясь.