Троецарствие
Шрифт:
Гуань Син тут же вскочил на коня, выхватил меч и двинулся навстречу Чжан Бао.
— Ты умеешь владеть копьем и думаешь, что я не умею обращаться с мечом!
— Немедленно прекратите это безобразие! — прикрикнул Сянь-чжу на молодых воинов, готовых скрестить оружие.
Гуань Син и Чжан Бао, спрыгнув с коней, упали на колени и стали просить прощения.
— Мы с вашими отцами носили разные фамилии, но были назваными братьями, — сказал Сянь-чжу. — И жили мы дружнее, чем родные. Вы — двоюродные братья, ваш долг отомстить за своих отцов, а не соперничать между собой!
Гуань Син и Чжан Бао снова стали просить
— Кто из вас старший? — спросил Сянь-чжу.
— Я старше Гуань Сина на год, — отвечал Чжан Бао.
Тогда Сянь-чжу приказал Гуань Сину поклониться Чжан Бао как старшему брату. Молодые воины тут же у шатра на сломанной стреле дали клятву всю жизнь помогать друг другу.
После этого Сянь-чжу поставил во главе передового отряда У Баня, а Гуань Сину и Чжан Бао велел находиться при нем.
Войско выступило в поход.
А тем временем Фань Цзян и Чжан Да с отрубленной головой Чжан Фэя приехали к Сунь Цюаню. Он выслушал все, что они рассказали, и оставил обоих у себя. Созвав на совет военачальников и чиновников, Сунь Цюань произнес:
— Лю Бэй вступил на императорский трон и сам ведет на нас более семисот тысяч войска. Подумайте, как нам быть?
Побледневшие чиновники только переглядывались. Тогда Чжугэ Цзинь вышел вперед и сказал:
— Я давно уже ем ваш хлеб и хотел бы отблагодарить вас за милость. Ценой своей жизни готов я добиваться встречи с Лю Бэем для того, чтобы склонить его к миру и уговорить вместе с вами покарать Цао Пэя за все его преступления.
Сунь Цюань обрадовался и разрешил Чжугэ Цзиню ехать в царство Шу просить мира.
Поистине:
Бывает, что тщетно два царства послов отправляют друг другу,Но им помогает прохожий, свою предложивший услугу.К чему привела поездка Чжугэ Цзиня, вы узнаете в следующей главе.
Глава восемьдесят вторая
в которой идет речь о том, как Сунь Цюань покорился царству Вэй и получил девять даров, и как Сянь-чжу, выступая в поход, наградил войско
Осенью, в восьмом месяце первого года периода Чжан-у [221 г.] Сянь-чжу с огромным войском подошел к заставе Куйгуань.
Еще когда передовые отряды покидали пределы Сычуани, приближенный сановник доложил Сянь-чжу, что из княжества У приехал посол Чжугэ Цзинь. Сянь-чжу отказался принять его. Тогда Хуан Цюань напомнил:
— Чжугэ Цзинь — старший брат вашего чэн-сяна. Если он приехал — значит дело важное. Почему вы, государь, не желаете с ним поговорить? Я думаю, что следует принять его и выслушать. Может быть, это принесет нам пользу, а если нет — тогда передадите через него Сунь Цюаню, за что мы требуем его к ответу.
Сянь-чжу, послушавшись совета Хуан Цюаня, принял посла. Представ перед ним, Чжугэ Цзинь низко поклонился.
— Зачем вы приехали? — спросил Сянь-чжу.
— Мой брат Чжугэ Лян давно служит вам, государь, — отвечал Чжугэ Цзинь, — и потому я, невзирая на опасности, приехал к вам поговорить о событиях, происшедших в Цзинчжоу. Когда Гуань Юй находился там, Сунь Цюань несколько раз предлагал ему породниться, но Гуань Юй не соглашался. А когда он захватил Сянъян, Цао Цао прислал
— Сунь Цюань убил моего брата, а теперь осмеливается льстить мне, — возмутился Сянь-чжу.
— Прежде чем вы, государь, скажете последнее слово, я просил бы взвесить все обстоятельства, — произнес Чжугэ Цзинь. — Ведь вы потомок ханьского императора, власть которого силой захватил Цао Пэй! Ради мести за названого брата забыть об искоренении главного зла, пренебречь интересами Поднебесной — значит пожертвовать великим ради малого! Чжунъюань, как остров среди моря, и две столицы — основа великой Ханьской династии — покинуты на произвол судьбы! Вся Поднебесная надеялась, что вы, государь, вступив на трон, возродите Ханьскую династию и восстановите ее прежние владения. Но вы, вопреки ожиданиям, оставляете в стороне царство Вэй и идете войной против княжества У. Будь я на вашем месте, я поступил бы не так!
— Убийство брата — самая тягчайшая обида, какую можно было мне нанести! — закричал Сянь-чжу. — А вы хотите, чтобы я прекратил войну! Так знайте же, я перестану думать о мести лишь когда умру! Уезжайте и передайте Сунь Цюаню, чтобы он почище вымыл шею и был готов к казни! Ради этого я вас отпускаю. А то я не посмотрел бы, что разговариваю с братом моего чэн-сяна, и отрубил бы вам голову!
Чжугэ Цзинь понял, что переубедить Сянь-чжу невозможно, и отправился в обратный путь.
А в это время между Чжан Чжао и Сунь Цюанем происходил такой разговор:
— Чжугэ Цзинь не вернется, — утверждал Чжан Чжао. — Он узнал о могуществе царства Шу и придумал эту поездку, чтобы сбежать от нас.
— Нет, у нас с Чжугэ Цзинем нерушимый союз на жизнь и на смерть, — возражал Сунь Цюань. — Я не обманывал Чжугэ Цзиня, и он не обманет меня. Еще в то время, когда к нам в Чайсан приезжал Чжугэ Лян, я просил Чжугэ Цзиня уговорить брата остаться у меня. И он тогда мне ответил: «Мой младший брат служит Лю Бэю и не уйдет от него. Это так же верно, как то, что я не уйду от вас!» Сказано это было от души. Никогда он не останется в царстве Шу! У нас с Чжугэ Цзинем дружба крепкая, никакие наговоры не нарушат ее!
И как раз в этот момент доложили о возвращении Чжугэ Цзиня.
— Что я говорил? — воскликнул Сунь Цюань.
Смущенный и пристыженный Чжан Чжао удалился. Вошел Чжугэ Цзинь и рассказал, что Сянь-чжу отказался заключить мир.
— Значит, наше княжество в опасности! — встревожился Сунь Цюань.
— Я могу дать совет, как устранить эту опасность! — произнес один из присутствующих чиновников, подходя к ступеням возвышения, где сидел Сунь Цюань.
Все взоры обратились к нему — это был дай-фу Чжао Цзы.