Тени тебя

Кэтрин Коулс

Меня охватило странное чувство — смесь жара и раздражения, очень похожая на ревность. Я отмахнулся от этой нелепой мысли.

— Она ест? — спросил я.

Пронзительный зелёный взгляд Аспен снова нашёл меня. На ней был изумрудный свитер, мягко обрисовывающий её фигуру и заставляющий глаза сиять ещё ярче, а рыжие волосы казаться глубже по цвету. Я заставил себя сосредоточиться на нелепой блестящей золотой повязке в её волосах. Сколько ей лет, пять?

— Похоже, ест и пьёт нормально, — уголки её блестящих

губ тронула улыбка. — Особенно любит лакомства, в которых спрятано лекарство.

Я хмыкнул:

— Ты не заходишь к ней в стойло слишком часто?

Улыбка тут же исчезла, и мне захотелось врезать себе по голове.

Грей метнула в меня взгляд:

— Аспен знает, что делает. Она уже много лет помогает раненым животным.

Я промолчал.

Грей фыркнула и повернулась к Аспен:

— Пошли, я покажу тебе дом. А мистер Гриз пусть сидит и хмурится.

Я злобно посмотрел на сестру. Последнее, что мне было нужно, — это чтобы вся семья подхватила нелепое прозвище Кэйди.

— Я с вами, — сказала Рен, с трудом поднимаясь на ноги.

— И я, — добавила Мэдди, выпутавшись из объятий Нэша.

Эспен наклонилась к Кэйди:

— Ты в порядке с Чарли?

Девочка кивнула, едва слушая мать.

Мама из кухни послала Эспен ободряющую улыбку:

— Я присмотрю за ними.

— Спасибо, — сказала Эспен, но Грей уже тянула её прочь.

Когда они скрылись, Нэш снова переключил внимание на меня:

— Мистер Гриз, да?

— Отвали, — буркнул я.

— Знаешь, мы это никогда не забудем, — подал голос Холт.

Мой тринадцатилетний племянник Дрю плюхнулся в кресло рядом со мной:

— Решил приударить за мисс Барлоу, да? Респект. Она отпад. — Он протянул кулак, предлагая «стукнуться».

Я просто уставился на него.

— Дрю… — предостерегающе сказал Лоусон. — Так о женщинах не говорят.

— Да ладно, пап, без неуважения. Я просто правду говорю, бро.

— Ну так давай эту «правду» чуть приглушим, бро.

Нэш рассмеялся:

— Не знаю, я рад, что пацан наконец-то хочет клеить кого-то, кроме Мэдди.

Дрю ухмыльнулся:

— Не, Мэдс всегда будет моей девчонкой.

С лица Нэша мгновенно сползло веселье:

— Даже не смей красть моё прозвище.

Улыбка Дрю стала ещё шире:

— Ну же, дядя Нэш. Боишься конкуренции?

Нэш вскочил с дивана, а Дрю перекатился через спинку кресла и бросился наутёк, хохоча, пока увертывался от дяди.

Лоусон лишь покачал головой:

— Клянусь, им обоим по тринадцать.

Холт перевёл взгляд на меня:

— Что вчера произошло?

Я сдержал порыв поерзать на месте:

— Ничего. Обычный выезд.

Это было далеко не так. Ничего в том вечере не казалось обычным. И зелёные глаза, что преследовали меня во сне, тоже. Но не в первый раз я солгал своей

семье. И, пожалуй, не в последний.

Пока все собрались в гостиной за закусками, я распахнул дверь на заднюю террасу. Грей тут же отлипла от своего жениха. Кейден пробормотал что-то про то, что я им всё испортил.

— Будто вы не виделись сто лет, — проворчал я. — Вы же вместе живете и работаете.

Грей показала мне язык:

— Не завидуй. Придет день и у тебя появится та, без кого ты и пары часов не выдержишь.

Мало верится. Но я не стал этого говорить — только хмыкнул.

Кейден усмехнулся:

— Это по-роановски значит «пошел ты».

Грей закатила глаза:

— Не дождусь, когда он влюбится.

— Будет любопытно на это посмотреть, — согласился Кейден, обнимая ее за талию.

Солнце уже скрылось за горизонтом, и стало по-настоящему холодно. Но этот укус мороза был как спасение. С тех пор как Эспен переступила порог нашего дома, я чувствовал себя на взводе. И даже малейший дискомфорт от холода отвлекал от этого состояния.

— Как дела в службе охраны дикой природы? — спросил Кейден.

— Нормально.

Он некоторое время просто смотрел на меня:

— Может, всё-таки расскажешь подробнее?

Я сдержал порыв переступить с ноги на ногу. Болтовня — не моя сильная сторона. «Нормальность» — тоже. Поэтому, вместо того чтобы пытаться, я повернулся к Грей:

— Откуда Аспен?

Брови сестры взметнулись вверх:

— Она живет здесь. Ты же это знаешь.

— До этого, — не отступал я. Я не знал точно, когда Аспен и Кэйди переехали в Сидар-Ридж, но ясно было одно — всю жизнь они тут не жили. Последние годы я держался в тени, избегая людных туристических мест вроде The Brew. Всё, что я знал об Аспен, — обрывки, которые слышал от Грей, Рен и Мэдди.

— Не уверена. Где-то на юге. А что?

Что-то в ее реакции на толпу и в том, как она напряглась, когда мы остались вдвоем в сарае, не давало мне покоя — тревожило интуицию, потому что я это узнавал. Я знал, что это такое — постоянно оглядываться через плечо. Это создаёт фантомную тревогу, от которой невозможно отключиться. Потому что ты знаешь: тени вокруг всегда есть.

Я сжал зубы:

— Тебе не кажется странным, что ты не знаешь, откуда она? А семья? Другие друзья?

Внутри поселилось настойчивое чувство. Навязчивая потребность понять, что происходит с этой рыжеволосой красавицей. Я убеждал себя, что дело только в том, что она — подруга моей сестры, и последнее, что нам нужно, — это опасность для Грей, особенно после того, как мы едва не потеряли её месяц назад. Но рациональная часть меня называла это враньем.

— Ты там как Инквизиция, — отрезала Грей.