Тени прошлого

Дерелецкий Вячеслав

Твердослав нервно дернул плечами:

– Скорее бы… А то я чего-то весь извелся. Давненько так перед боем не дергался. – Вождь Медведей с сомнением посмотрел на свой колчан и пододвинул его Святомиру. – Забирай, тебе они больше пригодятся. Я-то с луком не такой мастак, сам знаешь, мне меч привычнее. Да, Свят, пока не забыл. – Он, не оборачиваясь, ткнул пальцем через плечо. – Там, за камышами, волхвы всех наших племен собрались. Ничего не объяснили, но сказали, что помогут, как жарко станет. Чего удумали, правда, не говорят, но морды у всех насмерть серьезные. Я особенно лезть не стал, сам понимаешь, колдуны. Толком ничего не поймешь. Всю ночь чего-то выли, травы какие-то вонючие жгли. Может, и получится у них что путное.

– Зря ты так, Твердослав, – неодобрительно засопел Святомир. – Черногора хотя бы вспомни. Он в одиночку отряд варгов на целый день

остановил. Если бы не он, уж и не знаю, сколько бы моих охотников полегло, чтобы волчьих всадников задержать, пока старики с бабами подальше уйдут.

Задумавшийся Твердослав согласно хмыкнул и, прищурившись, вгляделся в лес:

– Вот я и говорю, может, что стоящее удумали… К тому же, ваш Черногор всем волхвам волхв. Ты просто за спину краем глаза поглядывай. У колдунов наших своя сила. Не мечи и стрелы, но тоже польза есть! Увидишь чего – не удивляйся.

Над краем леса взвились испуганные птицы. Святомир пригнулся пониже и быстро накинул на лежащий по левую сторону лук тетиву. Твердослав на мгновение приподнялся над травяным колышущимся полем, но Святомир тут же дернул его за край потертой охотничьей куртки:

– Куда ты вылез, Тверд? Пригнись. Идут в походе. Говорил я, что с минуты на минуту появятся. Наверняка наши разведчики специально птиц вспугнули, чтобы нас предупредить. Молодцы!

Твердослав вытер неожиданно вспотевшую ладонь о штаны и схватил поблескивающий в траве меч:

– Ну, дождались… Свят, я всех предупредил, чтобы вперед нас никто в драку не лез. Дождемся, пока волчьи всадники с наскоку на колья налетят, а там навалимся все разом. А до той поры сидим тихо. Лучников я тоже предупредил, что голову оторву, если кто-нибудь высунется из кустов раньше времени.

Из-за деревьев показались посланные Святомиром на поляну земляки. На бегу оборачиваясь, они опрометью бросились вдоль берега. Едва появился последний из них, следом на прибрежный луг широкими прыжками вылетели преследующие их по пятам волчьи всадники.

– Началось, – прошептал Святомир, потянувшись за стрелой.

Ничего не ответив, Твердослав покрепче стиснул зубы. На поляну дружно повалила густая стая варгов, азартно преследующих удирающих лесовичей.

– Араг-хар!

Десяток за десятком варги появлялись из-за плотного строя берез, с корнем выворачивая сцепившиеся ветками кусты и ломая молодой подлесок.

Сидящие за спинами оскалившихся всадников орки-стрелки на ходу ловко спрыгивали на землю, срывая с плеч короткие изогнутые луки и самострелы. В воздухе засвистели первые стрелы. Бегущий последним лесович споткнулся и, взмахнув руками, исчез в высокой траве. Остальные шустро метнулись в спасительные заросли осоки дальше по берегу, почти мгновенно растворившись в зеленом волнующемся ковре лесного разнотравья.

Сгрудившиеся у кромки леса волчьи всадники ненадолго притормозили, удивленно разглядывая открывшуюся заболоченную речную пойму. Скоро из-за пятнистых берез показались последние ряды многочисленного орочьего отряда. Собравшись в кулак, они снова бросились в погоню за исчезнувшими посреди прибрежного луга лесовичами. Поджарые волки серой волной разлились по илистому берегу пересохшей лесной речушки. Разгоряченные погоней звери рванули размашистыми скачками через луг, спеша отрезать прижатую к реке добычу от спасительной дороги обратно в лес. Волки стремительно неслись через поляну, мощно отталкиваясь от земли. Воздух сразу наполнился оглушительными криками, разъяренным звериным рычанием и свистом вошедших в раж преследователей.

Не прошло и десяти секунд, прежде чем визжащая и орущая темная волна докатилась до разбросанных по лугу ловушек. Передние ряды улюлюкающих и размахивающих кривыми саблями орков даже не поняли, что произошло, с ходу налетев на прячущиеся в траве заточенные колья. Очередной рывок роняющих голодную слюну зверей, и сразу пять или шесть волков, истошно визжа, повисли на непонятно откуда взявшихся заточенных кольях. Кувыркающиеся всадники полетели через головы своих пронзенных насквозь скакунов. Несущиеся следом красиво распластались в длинных прыжках, перемахнув корчащиеся на кольях окровавленные тела, и мгновение спустя сами с разбегу ухнули в мастерски замаскированные ловушки с торчащим на дне частоколом. Азартные крики и свист сменились истошным звериным визгом и леденящим душу воем смертельно раненных животных. А сзади напирали все новые ряды рвущихся вперед варгов, сбивая с ног не успевших убраться с дороги спешенных собратьев и в свою очередь попадая на спрятанные в траве деревянные колья.

Только что безмятежный и мирный прибрежный луг заполнился жалобно скулящими и бьющимися в агонии волчьими телами. Испуганные звери в ужасе раздались в стороны, растекаясь по широкой лесной поляне и огибая коварный участок, заваленный хрипящими и корчащимися от дикой боли волками с ползающими между ними искалеченными наездниками-орками.

– Пора!

Святомир решительно выпрямился и, задержав дыхание, рванул тетиву. Коротко свистнула выпущенная стрела, и оказавшийся ближе всех сутулый орк, баюкающий сломанную руку, неуклюже осел в траву. За спиной слитно хлопнули луки полусотни сородичей. В прозрачном утреннем воздухе замелькали стремительные росчерки прошелестевших над головой стрел. Окончательно смешавшаяся под смертоносным дождем толпа волчьих всадников отшатнулась назад и панически заметалась по луговине в поисках укрытия. Передние ряды варгов дружный залп выкосил практически полностью. Орки судорожно срывали беспечно закинутые за спину круглые щиты, прячась от свистящей вокруг смерти. Лесовичи били спокойно и расчетливо, как на охоте. Выпущенные с полусотни шагов тяжелые боевые стрелы прошивали всадников насквозь, с легкостью пробивая стальные нагрудники и черненые хауберки. Сбитые меткими выстрелами всадники один за другим летели на траву, заливая изумрудную зелень багрянцем хлещущей из страшных ран крови. Под убийственно точным огнем выросших словно из-под земли лесовичей растерявшийся отряд врагов таял буквально на глазах. Деревья, неподвижные трупы, мохнатые волчьи бока и запоздало выставленные орками щиты – все быстро испятнало дрожащее белое оперение стрел.

Святомир успел выпустить почти половину колчана, прежде чем опомнившиеся орки-стрелки хлестнули ответным залпом через головы мечущихся волчьих всадников, попавших в засаду. Сердито загудели арбалетные болты и короткие черные стрелы. Стоящий рядом на колене Твердослав хищно оскалился, проводив их насмешливым взглядом. Наметанный глаз охотника подмечал все: панику не ожидавших засады варгов, слетающих с волков всадников, сплошь утыканных стрелами. Сбившиеся в кучу варги в первые же минуты боя потеряли больше четверти своего отряда. Оправившись от первого шока, они довольно шустро сообразили, что, если и дальше будут метаться из стороны в сторону, непонятно откуда взявшиеся лесовичи просто-напросто перестреляют всех издалека. Самые отчаянные тут же кинулись на врага, напарываясь на заостренные колья и проваливаясь в многочисленные ловушки. Основная часть пригнувшихся к загривкам хрипящих зверей всадников отхлынула обратно к лесу, откуда так уверенно вылетела всего пять минут назад. Умело прячась за выставленными щитами, волчьи всадники укрылись за жиденьким строем опустившихся на колено стрелков. Святомир разглядел среди рассеявшихся по северному краю лесной поляны пеших лучников знакомую фигуру здоровенного предводителя в рогатом шлеме. Остервенело крича и щедро раздавая пинки и зуботычины, он ткнул вороненым клинком в сторону продолжающих стрелять охотников. Орки-лучники слаженно вскинули свои короткие луки. Загудевший воздух потемнел из-за сотни выпущенных разом стрел. Святомир резко оттолкнул Твердослава и вовремя откатился влево. Покосившись на глубоко ушедшее во влажную землю черное древко, он выхватил из опустевшего колчана последнюю стрелу и оттянул тетиву тугого лука до самого уха. Почуявший опасность здоровяк неожиданно дернулся, сбивая прицел, но было уже поздно. Пронзительно свистнувшая стрела ударила точно в горло, уйдя в него по самое оперение. Оскалившегося предводителя волчьих всадников отбросило назад, опрокинув на спину. Уже мертвый, он судорожно скреб землю скрюченными пальцами, заливая ее хлещущей из пробитого горла кровью и выдирая клочьями траву. Святомир ногой отбросил пустой колчан. Наклонившись, одним движением вытряхнул стрелы из того, который одолжил Твердослав. И, выпрямляясь, уже снова натянул тетиву.

Под прикрытием стрелков волчьи всадники перестроились и по трое бросились в атаку по самой кромке леса, стремясь подальше обойти изрытый ловушками и утыканный кольями предательский прибрежный луг. Святомир выпустил последнюю стрелу, бережно положил на траву лук и медленно вытащил из ножен меч, несколько раз глубоко вдохнув, чтобы выровнять сбитое дыхание. Огонь лесовичей постепенно слабел по мере того, как заканчивались стрелы во вместительных колчанах. Святомир разобрал, как тихонько охнул оседающий родич, вцепившийся в пробившее грудь черное древко. Сквозь прижатые пальцы пробилась ярко-алая струйка. Застонавший лесович бессильно ткнулся лицом в примятую траву.