Тени прошлого
Шрифт:
Святомир притаился у могучего дуба, буквально слившись с его темно-коричневой корой. Прижавшись к лесному исполину, вождь обшаривал глазами каждый метр покачивающегося на легком ветерке густого подлеска. Рядом замерли распластавшиеся по земле Кожедуб и Остроглаз. До рези в глазах вглядываясь в листву, вышедшие в дозор лесовичи терпеливо дожидались, когда же среди веток мелькнет серая поджарая тень с пригнувшимся к мохнатой холке зеленокожим всадником на спине. После задержавшего их почти на сутки кошмарного ночного боя в становище Оленей варги перестали сломя голову лезть на рожон, осторожно двигаясь по незнакомой им местности в глубь леса. Напуганные нападением ужасного медведя-оборотня, враги собрались в кулак и не растягивали свои силы, благоразумно дожидаясь отстающих на переходах
Святомир вздрогнул от неожиданности, когда заметил краем глаза метнувшуюся по верхним веткам прижавшихся друг к другу деревьев белку. «Дождались… Вот и дорогие гости пожаловали…» Вождь неслышно опустился на колено и, положив Остроглазу руку на плечо, показал глазами на мелькнувшую среди листвы рыжую молнию. Охотник спокойно кивнул и отполз чуть назад. Устроившись поудобнее между корней, он потянул из тула боевую стрелу с тяжелым трехгранным наконечником. Как и договаривались, Кожедуб скользнул куда-то за спину и без звука растворился в низких зарослях ярко-зеленой жимолости, поспешив в лагерь с известием о появлении варгов. Несмотря на то что пока не появилось ни одного волчьего всадника, обостренное опасностью чутье охотников вовсю надрывалось тревожными колокольчиками. За прозрачным березняком едва слышно треснула ветка. «На ладонь левее нас, вон там, возле раскидистой черемухи у оврага» – тут же определил Святомир, чуть приподнявшись на локте и прижавшись щекой к шершавой коре. Подтверждая его догадку, мгновенно насторожившийся Остроглаз сдвинулся в сторону, ищуще вглядываясь в шумящие листьями заросли слева.
Неслышно, как во сне, раздвинулись свесившиеся на лесную тропинку тонкие ветки, пропустив в березняк пробирающегося среди кустов волчьего всадника. Приземистый силуэт стремительно промелькнул за листвою, быстро нырнув в заросший папоротником сырой овражек. Остроглаз приладил стрелу и стал медленно выпрямляться, одновременно натягивая тугой лук. Подавшись к нему, Святомир мягко положил ладонь на тетиву. А когда тут же присевший следопыт удивленно обернулся, отрицательно покачал головой и приложил палец к губам.
Притаившийся в неглубоком овражке разведчик переждал еще пару минут и осторожно высунулся из-за метровых широких листьев папоротника. Глубоко утопленные глазки встревоженно обшарили окрестности в поисках угрозы. Он как раз собрался осмотреться пообстоятельней, когда высунувшийся рядом лобастый волк принюхался к поросшей мелкими беленькими цветочками кочке и неожиданно громко чихнул. Скривившийся всадник с досадой хватанул своего припавшего к самой земле зубастого скакуна промеж виновато прижатых ушей. Потом с недовольным ворчанием выбрался из доходящего до пояса оврага и, обернувшись назад, призывно махнул рукой. Из кустов на тропинку так же беззвучно выбрались еще четверо верховых орков. Лениво зыркая по сторонам, они приблизились к посланному вперед товарищу и сноровисто рассыпались по кустам, неторопливо двинувшись вдоль едва различимой лесной тропинки.
Снова припавший было к изрезанной трещинами коре Святомир тихо попятился и ужом отполз в поросший крапивой распадок позади себя. Будь дозорный один или хотя бы с напарником, разговор вышел бы короткий – стрела в горло, и вся недолга. Но свалить сразу пятерых навряд ли получится. Рванут в разные стороны, подняв тревогу, сядут на хвост и зажмут где-нибудь через пару верст, умело взяв в кольцо. Как ни крути, но в лесной войне волчьи всадники толк знали. Еще на второй
Облюбованный заранее распадок превратился сначала в узкую ложбину, а потом в глубокий овраг с обрывистыми краями, по дну которого пригнувшиеся лесовичи рванули подальше от передового дозора приближающихся волчьих всадников. Остроглаз расстроенно убрал непригодившуюся стрелу обратно в колчан и закинул лук за спину. Через несколько минут охотники выскочили к узенькой заболоченной речке, затейливо петляющей между слегка расступившимися деревьями. Проскочив по лежащему поперед воды поваленному стволу, они ловко вскарабкались на сыпучий земляной склон и двинулись вдоль заросшего осокой берега, временами переходя с размашистого лесного шага на легкий бег.
Прибавив шагу, Остроглаз поравнялся с вождем. Святомир вопросительно поднял брови.
– Дозорный, – скупо бросил берегущий дыхание следопыт и без лишних слов показал на высокую раздвоенную сосну правее тропинки, по которой они сейчас бежали.
Святомир чуть свернул, рассчитывая оказаться прямо под деревом, на котором притаился дозорный. На бегу присмотревшись, он заметил светлое пятно едва заметного на песочной коре лица, на мгновение показавшегося из-за ствола. Увидев, что охотники поменяли направление и приближаются к нему, он тут же спрятался обратно. Выглянув через несколько секунд еще раз, он помахал заметившим его сородичам.
– Зовет… – неуверенно предположил удивленный Остроглаз.
– Похоже, – согласился вождь и вытер тыльной стороной ладони вспотевший лоб. – Не отставай.
Ускорившийся Святомир ветром пролетел оставшееся до раздвоенной сосны расстояние, притормозив у самого подножия мощного дерева. Отдышавшись, вождь задрал голову и сразу встретился с веселым взглядом голубоглазого паренька.
– Здорово, стража. Звал или просто заскучал, сидя на дереве?
– Звал, – покладисто кивнул подвижный, как белка, любитель древесных крон. Потом взялся за шапку и мягко спрыгнул на землю. – И тебе доброго здоровьечка, вождь Оленей.
Дозорный торопливо отряхнул со штанов сухие иголки и только после этого поклонился. Святомир про себя усмехнулся, угадав по суетливости и свисающему на левое ухо пушистому хвосту родное племя сторожевика:
– Бельчонок, успеешь еще штаны подтянуть. Чего махал?
– Я из-за вас уже битый час на этой сосне, как филин, торчу. – Лесович сверкнул белозубой улыбкой и несколько присел, разминая затекшие ноги. – Как охота?
– Сильно и по-разному нам охота, – отшутился развеселившийся Святомир и нетерпеливо переступил с ноги на ногу. – Ты ближе к делу давай. И сам лучше обратно в свое гнездо не карабкайся. Варги отсюда часах в трех-четырех ходу. Так что глазом моргнуть не успеешь – здесь будут. Нужно к ночи сниматься и двигать дальше на юг. Давай с нами.
– Не, я лучше сам, – отрицательно покачал головой невысокий сородич из рода Белок, – а то за вами, Оленями, хрен угонишься. А по поводу «дальше на юг» – это еще бабка надвое сказала. – Дозорный снова сверкнул заразительной улыбкой. – Может, да, а может, и в обратную сторону лыжи навострим.
– Чего это вдруг? – тут же переспросил заинтересовавшийся вождь. – Неужто наши колдуны на варгов понос и слабость напустили?
– Ну, за колдунов ничего не скажу, – хитро прищурился недавний Бельчонок. – Только тебя второй час в лагере остальные вожди дожидаются. Твердослав со своими Медведями пришел.