Тени прошлого
Шрифт:
– Нет, конечно, Мирослав. Прости за двусмысленные слова. Не подумал я, что ты их так истолкуешь. Среди лесовичей трусов отродясь не водилось!
Подтянувшиеся со всех сторон воины согласно закричали. Обиженный вождь Куниц удовлетворенно кивнул.
– Я не про то… Давайте, братья, в бою поглядим, кто ловчее с мечом танцует да стрелами врага бьет! Хватит от варгов сломя голову удирать. Встретим эту падаль тут и вышвырнем обратно в те болота, откуда они повылазили. Пора напомнить зеленомордым, кто здесь хозяин и как лесовичи встречают незваных гостей!
Разгорячившийся
– А вот и долгожданный Святомир. Поздорову ли жив, вождь Оленей? Давненько наши дорожки не пересекались, а, дружище? Даже и не упомню, когда мы с тобой виделись в последний раз. – Твердослав отстранился, обрадованно разглядывая Святомира, пытающегося понять, все ли ребра у него целы.
– Прошлой осенью. Ты тогда со своей молодежью ко мне свататься приезжал, – напомнил вождь Оленей, с трудом переводя дыхание. И открыто улыбнулся, в свою очередь сдавив крепкие плечи Твердослава. – Трех таких невест увели – до сих пор сердце кровью обливается.
– Было дело… – лукаво тряхнул головой Медведь. – Ладно, воспоминаниями о старых добрых временах займемся в другой раз, когда снова невест воровать приеду. – Здоровяк довольно хохотнул и похлопал приятеля по плечу. – Черногор твой где? Что-то я до сих пор его нигде не встретил. Раньше он первый встречать шел. Зазнался вконец?
– Нет больше Черногора, – сразу помрачнел Святомир. – Баб да ребятню прикрыл, а сам на родной поляне изрубленный остался.
– Ох ты, вот беда… – расстроенно осекся Твердослав и сокрушенно покачал головой. – Хороший был человек. И волхв что надо. Всегда нужные слова знал и совет дельный дать мог. Теперь его помощь очень бы к месту пришлась. Ну да ничего не поделаешь…
Остальные, не перебивая, следили за встречей вождей двух самых крупных племен лесовичей, про себя прикидывая, заодно будут старые приятели или нет на предстоящем совете. И тогда придется решать, кого поддержать: рассудительного и уравновешенного Святомира или более горячего и прямого Твердослава. Услышав про смерть всеми уважаемого волхва Черногора, вожди дружно выразили свои соболезнования и сожаления о постигшей племя Оленей утрате.
Скоро стало понятно, что практически все единодушно согласны с желанием Твердослава дать варгам решающий бой и устали отступать все дальше в глубину родного леса. А когда выяснилось, что осторожный Святомир сам хотел предложить устроить врагу небольшую трепку, осталось только определиться с местом, где удобнее всего встретить непрошеных гостей. Рассевшиеся вокруг центрального костра вожди замолчали, выжидающе переглядываясь между собой. Оказалось, что окрестные леса хорошо знал только хитро усмехнувшийся Твердослав, на границе чьих земель находилась эта поляна. Поэтому остальные молча признали за ним и Святомиром право выбрать место будущего боя.
Вождь Медведей решительно рубанул
– Хочу устроить этим сволочам трепку, братья. Да так, чтобы они навсегда забыли дорогу в наши леса. Дальше их пускать резона нет. Прикиньте сами: дальше дней на пять земли моего рода. А только за ними живут Рыси. Я к ним гонца, конечно, послал… Но пока он их найдет, пока они отряд соберут… Так что Рыси будут дня через три-четыре, не раньше. – Вожди закивали, соглашаясь. – За это время волчарам наверняка надоест за нами по всему лесу гоняться. Рассыплются облавой по лесу – замучаемся потом их домой выпроваживать. Надо сейчас ударить, благо они до сих пор нахрапом лезут, спешат.
– А осилим? – с сомнением спросил рассудительный Святомир, спокойно посмотрев на приятеля. – Их сотни две. Десятков восемь всадников да еще с сотню безлошадных. Те, что на варгах, уже ученые, стрелков и мечников своих больше за спиной не бросают. Так что разбить клыкастых по частям не выйдет, давить придется всех разом.
Нахмурившийся Твердослав упрямо набычился, став сразу похожим на разбуженного посреди зимы медведя:
– Так и нас вроде немало… – Он неуверенно посмотрел на вождей других племен. – Так ведь, братья?
– Да, но не так, чтобы уж очень, – нейтрально ответил, пожав плечами, Мирослав. – Сотни полторы, если с твоими Медведями считать.
– Вот видишь. – Святомир исподлобья глянул на кисло скривившегося товарища. – Можем и не справиться. А там, – нахмурившийся вождь Оленей кивнул на юг, – уходят детишки с женщинами. Порубят нас – и им конец.
– Святомир, но отходить дальше… – Твердослав красноречиво сморщился. – Да и много ли мы выиграем, если продолжим уходить дальше в лес? Еще полсотни бойцов. Самое большое – сотню! А бой рано или поздно принимать придется. Если нас прижмут к краю леса или вообще выгонят в поле – порубят в клочья и роду-племени не спросят.
– Верно Твердослав говорит! – поддержали остальные лесовичи. – Это у себя мы можем с варгами в прятки играть, а там потопчут в два счета.
– Так и я к тому! – Разошедшийся Твердослав рубанул воздух рукой и осмотрел всех заразительно горящим взглядом. – Здесь их разворачивать надо! Пока мы в родных лесах. Здесь каждое дерево – подмога, каждый куст – дружок. Выберем место поболотистее, чтобы им не развернуться, и вдарим как следует! И, даст Ярок, напихаем гостям по сопатке так, чтобы на всю жизнь запомнили. И детей своих нашими лесами пугали.
Окружившие костер вожди, не сговариваясь, выразили свое согласие одобрительными криками. Счастливый Твердослав с надеждой повернулся к задумчиво покачавшему головой вождю Оленей:
– Святомир, ты же сам не так давно говорил, что не все решает количество мечей и луков. Если удачно устроим засаду, мы этих варгов в блин раскатаем!
– Успокойся, Твердослав. Я разве ж спорю? – Святомир замолчал, взвешивая «за» и «против». – Правильно все говоришь, дельно.
Заметив мелькнувшего в свете костра Кожедуба, он махнул ему рукой: