Тенебрариум

Raptor

Наши взгляды встретились. Пару раз Райли шевельнула губами, словно пыталась что-то сказать, но слова у неё так и не вырвались. Наконец, она просто положила голову мне на плечо. А я взял её за руку. Так мы и сидели вдвоём, на скамеечке. Парочка несчастных изгоев, нашедших друг друга посреди сумасшедшего декаданса. Над нашими головами быстро проносились облака. Было тихо. Очень тихо.

Глубоко вдохнув аромат её волос, я зажмурился. Необычный, гербариевый запах, который раньше казался мне чуждым и непривычным, теперь воспринимался

совершенно иначе, став самым родным на Земле.

— Не надо, милый, — прошептала Райли. — Мы с тобой совершаем ошибку.

— Какую? — я с тревогой открыл глаза.

— Мы не должны привыкать друг к другу. Ведь скоро нам придётся расстаться.

— Да, я знаю. Но что я могу поделать? Я к тебе уже привык.

— Я тоже. И с каждым днём привыкаю всё сильнее. Прости.

— За что ты просишь прощения?

— За то, что тянула время.

— Но ты же делала это по другой причине. Нам действительно нужно хорошенько подготовиться перед походом…

— Писатель, мы могли отправиться в Апологетику гораздо раньше. Мы могли отправиться туда в любой момент. Но я не хотела этого. Я хотела, чтобы ты ещё немного побыл здесь, со мной. Пожалуйста, прости меня.

— Значит, в Апологетику мы можем уйти хоть сейчас?

Райли кивнула.

— Ну раз так… Тогда, отправляемся… Дня через два. Или три, — обняв подругу, я весело рассмеялся.

Она тоже начала смеяться. Мы хохотали, словно два дурачка, хотя к горлу у обоих подкатывали слёзы.

— Я благодарен тебе, Райли. Как говорил один мой знакомый, 'Можно долго умирать, а можно быстро жить'. Здесь я узнал, что такое настоящая жизнь. Быстрая, опасная, но именно настоящая. Мне будет не хватать этой жизни, когда я вернусь в своё домашнее 'болото'. И будет не хватать тебя.

— Вот поэтому нам и не нужно дальше привыкать друг к другу. Хоть я и тянула время, но мне всегда было понятно, что вечно его растягивать не получится. Когда-нибудь тебе придётся уйти. И желательно, до наступления холодов. А они уже скоро. В Апологетике наши пути разойдутся. Удостоверившись, что ты покинул город, я примкну к касте апологетов-акилантов. Буду дожидаться Исхода.

— Так это же здорово, дорогая! Ты же с рождения к этому стремилась. Наконец-то ты перестанешь быть изгнанницей, и превратишься в представительницу полноценной, высокоразвитой цивилизации. По-моему, перспектива хоть куда.

— Угу. Согласна. Только вот мне почему-то всё равно не весело.

— Да брось. Выше нос. Хотя, кого я убеждаю? У самого на душе кошки скребутся. Я так долго мечтал выбраться отсюда и вернуться домой, что сейчас перестал понимать самого себя. Нет, желание-то у меня осталось. Но вот мысль, как же я буду без тебя, гложет всё сильнее. Разумом понимаю, что выбора у меня нет. Но душой… Сердцем, не могу пока свыкнуться с мыслью, что нам с тобой суждено расстаться навсегда.

— Это плохо. Мы не должны так сближаться. С этого дня будем вести себя сдержанно по отношению друг к другу.

Нужно отвыкать. Ведь так?

— Так.

— Вот прямо сейчас и начнём, да? Больше никаких лишних разговоров и никаких телячьих нежностей. Общаемся только по делу. И без обид?

— Без обид.

— Ну… Тогда так и поступим.

Тянулись минуты, но Райли продолжала сидеть рядом, в обнимку со мной, и голова её всё так же лежала у меня на плече.

— Не могу, — в итоге констатировала она. — Это ж надо. Не могу от тебя оторваться. Понимаю, что это необходимо, но есть что-то сильнее меня. От этого мне очень страшно, и, вместе с этим, очень хорошо. Что мне делать?

— Я не знаю. Меня мучает тот же самый вопрос, и ответа я не вижу. Я пытался, искал его, перебрал самые безумные варианты, но так и не сумел в себе разобраться. Шаман сказал, что я должен доверять своему сердцу, но я боюсь того, что оно мне подсказывает. Ведь если послушаться сердца, то мне суждено остаться в Иликтинске навсегда.

— Ради меня? — Райли подняла на меня глаза. — Ты готов расстаться со своим миром, с родными, с друзьями, со своей привычной жизнью? И всё ради меня одной?

— Да. Это тяжёлый выбор. Но я уже не могу представить как буду жить без тебя там, в своём мире.

— Выкинь это из головы, слышишь? Пока не поздно, выкинь. Ничто не должно менять твоих планов. Даже я. Ты так долго боролся за своё спасение. Я не допущу, чтобы ты отказался от борьбы из-за меня. В Иликтинске тебя ждёт только смерть. А я не хочу, чтобы ты погиб. И вовсе не потому что ты — мой суфир-акиль. Я просто этого не хочу. Да и ты этого наверняка не хочешь. Поэтому возьмись за ум, и продолжай бороться. Не заставляй меня чувствовать себя виноватой. Я уже извинилась перед тобой за то, что задержала тебя. В чём я ещё виновата?

— Ни в чём.

— Тогда почему я продолжаю тебя удерживать?

— Хм… Наверное потому, что я тебя люблю?

— Что? — она задрожала, словно от холода. — Ты шутишь, да? Я не понимаю это определение…

— Да всё ты прекрасно понимаешь. Более того, сама испытываешь нечто подобное. Поэтому и мучишься.

— Но, это неразумно и нерационально. Мы принадлежим к разным жизненным формам…

— Мы оба — разумные существа, прекрасно отдающие себе отчёт. И мы похожи друг на друга больше, чем нам обоим кажется.

— Писатель, ты обманываешь себя. Я уже говорила тебе и скажу опять. То, что ты видишь, эта внешность, это тело — это всё не моё. Я выгляжу не так…

— Я знаю как ты выглядишь, Райли. Поверь мне, я научился видеть тебя сквозь твою внешнюю оболочку. И мне дорога вовсе не та суть, что открыта взору, а та, что прячется внутри.

— Милый. Это прекрасно, что ты говоришь. Но у нас с тобой нет будущего.

— Ты права.

— Тогда зачем? Зачем ты мучаешь меня и себя? Нам же будет больнее расставаться. Почему ты продолжаешь меня любить? И почему я продолжаю любить тебя?