Темный голод

Диан Кэтрин

— Надолго ли, мастер? — спросила Селеста. Зара напряглась, словно ей не понравился тон Селесты.

— На неопределённый срок, — ответил Версали.

— Ты просто собираешься оставить её здесь? — спросила Зара. — Это отвратительно.

Голос Версали был напряжённым, когда он ответил:

— Когда она уйдёт, и уйдёт ли она вообще… Я пока не знаю. Надеюсь, тебя это не касается?

Зара пожала плечами.

— Делай, что хочешь, Версали. Хорошей вам ночи, девочки.

Когда Версали и Зара вышли из комнаты после того, как Версали на

ходу схватил с кровати чёрный халат, Селест наклонилась к Клэр и прошептала ей на ухо:

— Это значит, что он собирается убить тебя.

Да, Клэр уже знала это.

Глава 3

Мира держалась немного в стороне, пока Вэс разговаривал со своей кузиной через приоткрытую дверь её спальни. Когда её супруг пришёл к ней с этим, после того как Нокс пришёл к нему, Мира согласилась, что это неизбежное зло.

Ане следовало бы оправиться от своей травмы, а не переживать её заново при беседе, но учитывая, что ещё одна женщина пропала без вести, какой у неё был выбор? Независимо от того, насколько малы шансы на то, что эта женщина жива, они должны были попытаться.

Итак, Мира пришла сюда, чтобы вторгнуться в дом Аны (что было ужасно), в то время как на самом деле она хотела быть дома со своим супругом (что казалось таким правильным). А Кир был внизу, в большой гостиной семьи Висла, вместо того, чтобы оправляться от недавних травм, полученных как при захвате ячейки демонов, так и следующей ночью в серентери.

Ритуальный поединок, организованный (вроде как) мачехой Кира, королевой Амарадой, должен был убить его. Но, одержав победу, он получил право стать опекуном своей сводной сестры Сайрен, наследницы вампирского трона.

Итак, Сайрен теперь жила в обширном аббатстве, которое Кир, Мира и Нокс называли своим домом — что было, мягко говоря, интересно — а они втроём находились здесь, мешая восстановлению женщины.

Хотя это и необходимо, Мире это не нравилось. Ей также не нравилась одержимость Нокса. Все хотели, чтобы женщина была найдена, но с Ноксом всё зашло гораздо дальше. В этом было что-то личное.

Это не хорошо. В основном потому, что пропавшая женщина, скорее всего, была мертва. Отчасти потому, что Нокс был тем, с кем Мира никак не могла почувствовать себя комфортно.

Кир доверял ему, и это многое значило, но…

Боже, Нокс был крупным мужчиной.

И эти его тёмные, пустые глаза.

И вся эта сдерживаемая жестокость.

Он опасен.

И женщина. Когда — если — они найдут её, ей понадобится помощь. Она не захочет иметь ничего общего с таким мужчиной, как Нокс. Ведь так?

Но это проблема на потом. Сначала они должны найти женщину. И Ана была последней, кто её видел.

Когда дверь открылась, и Вэс вошёл в спальню Аны, Мира последовала за ним.

Комната Аны была типичной для женщины её возраста и социального положения: обставлена со вкусом, всё чисто. Много кремового и белого в сочетании с резной тёмной мебелью. Книжный шкаф, полный красивых

старинных томов. Венецианское зеркало. На окнах висели шторы из тяжёлого золотистого бархата. Но Ана дружила с Сайрен, тусовщицей, так что, вероятно, у неё имелись какие-то скрытые слои.

Как и у большинства людей.

Одетая в белые штаны для йоги и синюю толстовку с капюшоном, которые выглядели неуместно в этой стильной комнате, эффектная блондинка сидела на мягкой скамье в изножье кровати с балдахином. Рукава её толстовки были натянуты на ладони, скрывая их.

Вэс, выглядевший подчёркнуто официально в своём сером костюме, подошёл и сел рядом с ней.

Мира выбрала промежуточный образ — зелёную шёлковую блузку и джинсы. В офисе она одевалась скорее по-деловому, но это был визит домой. Она не хотела выглядеть слишком профессионально. Ей нужно, чтобы Ане было комфортно с ней.

Мира тихо подошла и указала на скамеечку для ног, стоящую перед французским креслом.

— Можно мне?

Ана выглядела удивлённой, но Мира ждала того или иного знака одобрения. После такого травмирующего опыта, который она недавно пережила, Ане нужно хоть как-то контролировать происходящее. А Мире нужны какие-то подсказки о душевном состоянии женщины.

Мира ожидала неуверенного кивка или чего-то в этом роде, но Ана сказала: «Да. Конечно. Чувствуй себя как дома». Вежливо. Немного официально. Да, это признак её воспитания, но также и признак стойкости.

— Спасибо, Ана. И спасибо, что согласилась поговорить со мной. Я знаю, это тяжело.

Ана нахмурила брови. Что-то в этом её расстроило.

— Вэс объяснил, почему мы здесь? — Мира знала, что он объяснил, но хотела узнать мнение Аны об этом интервью.

— Вы ищете Клэр. По крайней мере… Кажется, её зовут Клэр. Я почти уверена, что слышала это.

Клэр. Они даже не знали имени женщины.

— Верно, — подтвердила Мира. — Мы пытаемся выяснить, куда могли увезти Клэр.

— Я бы хотела помочь, но ничего не знаю. Наверное, я не уделяла достаточного внимания деталям.

— Это вполне объяснимо.

Ана нахмурилась.

— Ты просто так говоришь. Вэс бы обратил на это внимание. Но с другой стороны Вэс не был бы настолько глуп, чтобы вляпаться в…

— Ана, — Вэс потянулся к рукам своей кузины, которые всё ещё были спрятаны в рукавах её толстовки. Когда она отстранилась, Вэс позволил ей, хотя Мира видела, что ему было тяжело.

Ана хотела отстраниться, чувствовать вину за то, в чём не было её вины. Это обычное дело — пытаться таким образом найти смысл в произошедшем. К сожалению, от таких неуместных чувства вины и стыда бывает трудно избавиться.

По крайней мере, Ана говорила. Это был хороший знак.

К счастью, она провела в плену всего две ночи. К счастью, она не пострадала физически.

Всё равно потребуется время, но, скорее всего, она справится с этим. Всё, что Мира видела в Ане, было нормальным и настолько хорошим, насколько можно было ожидать.