Темные души
Шрифт:
Через несколько минут тяжёлый топот ног ворвался в её сознание. Дверь распахнулась, и на пороге появился дородный невысокий человек в плохо сшитом костюме. Его глаза – маленькие щёлочки на огромном полном лице немилосердно косили. Его сопровождала бледная нервная женщина, которая всё время что-то быстро и невнятно говорила, несколько полицейских в штатском, деревенские жители с глуповатыми физиономиями в качестве понятых. Бертран, расталкивая людей, властно вошёл в комнату первым.
– День добрый, братец, - свысока сказал он, презрительно кривя губы. На Катю он внимания не обратил или сделал вид, что не видит. – Господа полицейские хотели осмотреть
Нервная дама выскочила вперёд перед Бертраном и начала, захлёбываясь словами, что-то быстро говорить пронзительным голосом. Бертран властным взмахом руки заставил её замолчать.
– Мадам, вы давно и много уже наговорили. Из-за ваших бредней мы открыли двери своего дома, унизившись до обыска. Вы и господа полицейские побывали во всех частях нашего замка, за исключением нежилых башен и подвалов. Но и туда я согласен вас препроводить. Смотрите, ищите, вынюхивайте, раз вы так уверены. Но не заставляйте слушать ваши глупости. Вы уже и так оскорбили нас своими подозрениями.
Женщина замолчала, всем своим видом выражая возмущение, оскорблённую гордость и попранную невинность.
Один из полицейских оглядел стены и нажал на выключатель. Комната озарилась неожиданно ярким светом.
– Что за чёрт! – воскликнул Гильом, судорожно прикрывая глаза руками. – Чёртов идиот! Погаси свет! Или дай мне удалиться, чёрт бы тебя побрал!
Провинившийся полицейский удивлённо посмотрел сначала на ослеплённого Гильома, затем на своего начальника.
– Его глаза очень чувствительны к свету, - свысока пояснил Бертран. – Если вы ничего не видите при свете, привычном ему, дайте ему удалиться в коридор.
Вырвавшаяся из толпы людей Катерина подскочила к креслу и быстро покатила его к выходу. Слёзы текли по её щекам.
– Звери, вы просто звери. Его и так природа обделила, а тут вы её издеваетесь, - бормотала она, шмыгая носом.
Когда она докатила коляску почти до выхода, путь ей преградила нервная дама. Она открыла рот, чтобы что-то сказать, но Катерина опередила её:
– Уйди с дороги, лживая тварь! – Она, не снижая скорости, покатила коляску дальше, чуть не сбив отскочившую женщину. Колесо коляски проехало по её ноге, вызвав её громкий крик. – Скажи спасибо, что у тебя две ноги, - злобно бросила Катерина, оглянувшись и сверкнув глазами.
– Катерина, успокойся, - властно сказал Гильом, не отрывая рук от глаз. – Она всё равно скоро их лишится, - еле слышно добавил он. Катерина промолчала.
Когда Катерина и Гильом скрылись за дверью, комната наполнилась теми людьми, что еще оставались и ждали в коридоре. Бертран и нервная дама стояли в центре комнаты, и как противники на поединке, бросали друг на друга уничтожающие взгляды. Группа полицейских, сопровождаемая деревенскими постаками, обошла комнату, заглянула во все ниши и закоулки, включая миниатюрную спальню и уборную, блиставшую первозданной чистотой. Попутно были открыты и осмотрены все шкафы и более или менее объемные тумбы.
Обойдя комнату, полицейские, переговариваясь между собой, направились к выходу. Нервная дама поспешила за ними. Последним выходил Бертран. В дверях он огляделся и быстро посмотрел прямо на Катю. Та под его взглядом сжалась в своём кресле, прикрываясь бумагами Гильома. Бертран, нехорошо усмехнувшись, вышел, попутно
Когда его шаги затихли, в комнату вошла Катерина, катя перед собой кресло Гильома.
– Скоты, свиньи! – бормотала Катерина себе под нос.
– Что же дальше? – не слушая её, спросила Катя Гильома. – Неужели Бертран сможет скрыть родственников, камеры пыток, донжоны с алтарями, казематы? Неужели это возможно?
– Он уже это сделал, - мрачно сказал Гильом. – И зачем скрывать? Достаточно изменить угол зрения.
– То есть как?
Гильом вздохнул.
– Неужели я тебе, члену нашей семьи, должен объяснять такие простые вещи? – Он неодобрительно посмотрел на Катю. – Зачем тратить свои силы на то, чтобы что-то скрыть целиком, если можно просто предложить другой вариант увиденному?
– Как?
Бертран снова вздохнул.
– Ты в цирке давно была? – безнадёжно спросил он Катю, которая недоумевающе смотрела на него. – Иллюзионистов видела? Тебе показывают фокус с распиливанием женщины или вытаскиванием кроликов из шляпы. Здесь принцип тот же: глядя на каменные стены казематов, как ты выразилась, видишь старые каменные стены. Глядя на комнату с алтарем в донжоне – видишь запущенную старую комнату с каменным столом. Камеры пыток, - Он слегка поклонился Кате в кресле. – они и есть камеры пыток. Прошлого. А родственники? Некоторых можно представить восковыми куклами – хобби хозяина, навеянное мадам Тюссо. Некоторых вообще можно скрыть с глаз с помощью собственных сил. Одного не пойму: почему тебя это так удивляет? Твоя мать, твои братья всё это умели делать. Не в масштабе Бертрана, конечно. Но это не должно тебя поражать.
Катя уткнулась в бумаги. Катерина, задумчиво глядя на неё, переглянулась с Гильомом и пожала плечами.
Обыск в замке, благодаря усилиям Бертрана ли, глупости полицейских ли, никакого результата не принёс. Никаких насильно удерживаемых людей найдено не было. Поплутав по подвалам и башням, полицейские собрали вековую пыль и грязь на своей одежде, подивившись различным хобби различных обитателей замка, начиная от икебаны и заканчивая набиванием чучел животных. Потемневшие картины не привлекли ничьего внимания. На какое-то время заставило оживиться деревенских понятых тусклое серебро и доспехи в нижних этажах замка. Заплутав в коридоре и споткнувшись о бесчисленные порожки и ступеньки, их развеселила нервная дама, которая и заварила всю эту кашу. При чём споткнулась она так неудачно, что, падая с лестницы, не только сломала ногу, но и пропорола её о какие-то выступающие резные части отделки. Пришлось обыск заканчивать без неё, поскольку замученный врач «скорой» без лишних слов и её истерических возражений отправил её в больницу. Узнав об этом, Гильом пожал плечами. Через неделю по причине заражения крови, нервной даме отрезали обе ступни.
Глава шестнадцатая
В течение же этой недели Катя пыталась уехать из замка, беспокоясь об Агнии. Ещё её заставляло нервничать постоянно увеличивавшееся число родственников, собиравшихся в замке. А так же странное поведение големов, что-то носящих всё время. Перетаскивавших и чинящих. Чем вызвано подобное паломничество родни ей никто внятно казать не мог. Однако, вменяемые, опрошенные ею, впадали в какое-то заторможенное состояние и твердили, что должны быть здесь.