Темная душа
Шрифт:
— Возможно, ты хотел бы исправить моё понимание организации серафимов? — он бросает вызов, и в его древних глазах вспыхивает огонёк.
— С удовольствием, — отвечаю я, усаживаясь на своё место. — Хотя я должен предупредить вас, что я никогда не был посвящён в высшие эшелоны власти. Моё падение не было полностью случайным.
Это вызывает ропот в классе. Брови профессора приподнимаются с неподдельным интересом.
— Пожалуйста, поподробнее, мистер Кассиэль.
— Вопросы не поощрялись, — объясняю я, чувствуя на себе взгляды всех присутствующих. — Любопытство считалось опасно
Профессор Лахлан задумчиво поглаживает подбородок.
— Значит, небесная бюрократия ценит порядок выше прогресса?
— Они превыше всего ценят соответствие, — поправляю я. — Серафимы организованы не силой, а следованием божественной воле. Чем ближе ты к цели, тем выше поднимаешься.
— И вам не удалось соответствовать ситуации, — заключает он.
— Полностью, — подтверждаю я с лёгкой улыбкой.
Класс нервно смеётся, и я испытываю странное удовлетворение по этому поводу, каким бы незначительным оно ни было. Профессор возвращается к своей лекции, время от времени поглядывая в мою сторону, когда обсуждает особенно спорные моменты небесной доктрины.
По ходу урока мои мысли возвращаются к Изольде. Почему она здесь новенькая, если её брат учится здесь уже несколько лет? Почему сейчас? Что случилось? Кто она? Все эти вопросы вертятся у меня в голове, но у меня нет на них ответов. Ответы на эти вопросы можно получить, только поговорив с источником. Но для этого мне придётся подождать, пока она останется одна. Си-Джею не понравится, что я вторгаюсь на его территорию, как он считает.
Когда лекция заканчивается, я выхожу из аудитории, чувствуя на себе пристальные взгляды одноклассников, словно булавочные уколы на коже. Их любопытство — бледная имитация моего собственного. Мне нужно нечто большее, чем теории небес; мне нужны эмпирические данные. Изольда Морворен быстро становится самой важной переменной в этом хаотическом уравнении.
Её аромат — маяк, к которому меня тянет.
Пробираясь по коридорам, я позволяю своим обостренным чувствам направлять меня. Воздух всё ещё гудит от остаточной энергии бесчисленных сверхъестественных существ — какофония по сравнению с безмятежными, упорядоченными вибрациями небес. Здесь каждое взаимодействие, каждая эмоция усилены и ничем не сдерживаются.
Она была на уроке Магии крови, прижимая к груди учебник, когда я увидел её снова. Она выглядела озабоченной, на её лбу залегли морщинки.
Она поднимает голову, когда чувствует на себе мой взгляд, и неуверенно улыбается.
— Привет.
Это простое слово оказывает на моё тело такое воздействие, какого я никогда раньше не испытывал. Я изучаю её глаза, прежде чем мой взгляд опускается ниже, вбирая в себя каждый дюйм её тела, в то время как мой член становится твёрже.
— Что? — спрашивает она смущённо.
— Ничего, просто наблюдаю.
Изольда наклоняет голову, в уголках её рта играет лёгкая улыбка.
— За чем именно наблюдаешь? — в её голосе слышится намек на вызов, едва уловимый вызов, который меня интригует.
— За тобой, —
Румянец заливает её щеки, и она на мгновение отводит взгляд, прежде чем снова встретиться со мной взглядом.
— Не твоё дело.
— Возможно, и нет, — соглашаюсь я, — но то, как проявляются сверхъестественные связи, их сила не похожа ни на что, что я видел сверху. Ты — загадка, и я всё сильнее ощущаю необходимость разгадать тебя.
У неё перехватывает дыхание, и какое-то мгновение мы просто смотрим друг на друга, воздух между нами наполнен чем-то невысказанным. Её аромат, воспоминание о её клыках в моей плоти, жар, который разливается внутри меня, — всё это так ново, так чувственно.
— Мне нужно идти на урок, — резко говорит она, разрушая чары.
Я отступаю в сторону, позволяя ей пройти, но желание последовать за ней очень сильно.
— Конечно, — бормочу я. — Но, Изольда, если тебе когда-нибудь понадобится помощь с твоим призраком или с какой-нибудь другой загадкой, ты знаешь, где меня найти.
Она замолкает, оглядываясь на меня через плечо.
— Буду иметь в виду.
Когда она уходит, я смотрю, как покачиваются её бёдра, как падают на спину тёмные волосы. Каждое движение — образец элегантности и едва сдерживаемой силы.
Отворачиваясь, я направляюсь на следующий урок, а в голове у меня роятся вопросы.
Я проскальзываю на своё место как раз в тот момент, когда профессор начинает свою лекцию об истории призыва демонов. Тема — приятное развлечение от странных ощущений, пробегающих по моему телу, от призрачного ощущения присутствия Изольды, которое ощущается как ласка.
Слушая, как профессор рассказывает о кругах призыва и обязывающих ритуалах, я невольно провожу параллели со своей собственной ситуацией. Разве я, в некотором смысле, не был призван в это королевство? Низвергнутый с небес, я мог приземлиться где угодно. И всё же я здесь, в центре этой сложной ситуации между Изольдой и Си-Джеем.
Что привело меня в Серебряные Врата, к Изольде, — случай или преднамеренность? Эта мысль не дает мне покоя, даже когда я делаю скрупулёзные заметки о правильном размещении символов для сдерживания демонов.
Когда урок заканчивается, я медленно собираю свои вещи, всё ещё размышляя над этими вопросами. Выходя из лекционного зала, я направляюсь прямиком в свою спальню.
Это место уединения — то, чего у меня раньше не было. Я раздеваюсь и рассматриваю своё тело в зеркале в полный рост. Я распускаю крылья и смотрю на чёрные перья, когда-то такие чистые, а теперь такие испорченные. Я провожу рукой по своей рельефной груди, задевая отметины на левом плече и руке. Они новые. На небесах у меня их не было. Я получил их во время падения или после? Моя рука опускается ниже и обхватывает член. Он полутвёрдый, но сохраняющееся ощущение, что Изольда пьёт мою кровь, поддерживает его в таком состоянии. Я провожу по нему рукой, испытывая определённое удовольствие от этого действия.