Тело и душа
Шрифт:
— Чего ты хочешь? — спросил я.
Эрин засмеялась, и я содрогнулся.
— Чего я хочу? — переспросила она. — Ничего, кроме того, что я имею прямо сейчас, малыш, — сказала она, похлопывая себя по бедрам. — Еще есть над чем поработать, но ничего, с чем я бы не справилась, — ее голос был радостным. — Я собираюсь жить в ней.
Она подмигнула, словно все было так просто. Будто она потенциально не отправляла Алону к более постоянной форме смерти.
— А сейчас, мы собираемся покупать бургеры или как? — потребовала она.
Я ехал на автопилоте, направляя машину к "У Крекеля", где продавались
Запереть Эрин, пока я не придумаю лучшее решение, выглядело единственным логичным вариантом, но я ненавидел эту идею. И где? Может быть, Эдмунд/Малахай сможет предложить что—то получше.
Я посмотрел Эрин, ее рука лежала на краю между нами.
Она была истощена после перемещения в тело Лили. Я мог, вероятно, с легкостью запереть ее. Но что—то в том, как я смотрел, должно быть, отразилось на моем лице.
— О, нет. — Она резко убрала руку назад и отодвинулась от меня. — Я уже потратила впустую слишком много лет, наблюдая и не живя. Ты не заставишь меня делать это снова. Попробуй запереть меня где—нибудь, и я буду кричать, пока кто—нибудь не вызовет копов. — В подтверждение этого ее подбородок вздернулся вверх, отметая все сомнения в том, что она сделает меньше, чем обещала. И Тернеры, когда это дойдет до них, конечно же примут меры против меня, что избавит меня от шансов исправить это недоразумение.
— Вообще—то, — сказала она, — я думаю, что ты можешь выпустить меня отсюда.
Она кивнула на красный сигнал светофора, до которого мы доехали.
— Здесь? — с недоверием спросил я. — Тут нет ничего, и она не может... ты не можешь просто уйти.
— Мы разберемся, — сказала она, уже отстегивая ремень безопасности.
— Эрин, подожди, — произнес я, сражаясь с отчаянием. — Что насчет Эдмунда? Я знаю, что он захочет увидеть тебя и ...
— Конечно, — глумливо ответила она. — Как будто я собираюсь потратить еще часть своего времени на него.
— Он твой брат, — настаивал я.
— Мы оба сделали друг для друга достаточно, — пробормотала она. Она дернула за ручку и распахнула дверь, едва мы сделали остановку.
Я нагнулся, чтобы схватить ее, но она ускользнула. Затем она удивила меня тем, что просунула голову назад и потерлась своими губами о мои в грубой пародии на поцелуй.
Я дернулся так сильно, что мой локоть ударился об руль.
— Я ожидала от тебя большего, — сказала она, притворяясь раздраженной, перед тем, как захлопнуть дверь.
Сигнал стал зеленым, и кто—то позади меня нажал на клаксон, удерживая его, это было громко и противно. Но я отказывался двигаться.
— Вернись в машину, Эрин, — закричал я.
Мое лицо горело, я представлял, как это должно быть выглядит для других
— Преследование незаконно, Уилл, — предупредила она громко, и ее голос приглушала закрытая дверь, но для других водителей, чьи окна были опущены, все было ясно слышно. Она метнула взгляд на машины позади меня, и крошечная ухмылка играла на ее губах, будто кто—то еще внес в это свою лепту.
— Эрин! — закричал я снова, а пробка откуда—то из—за моей спины растянулась во всю улицу и расширялась вокруг меня. Патрульная машина, ехавшая с другой стороны, замедлилась, офицер уставился на меня через окно.
Дерьмо.
— Вернись в машину. Пожалуйста! — попытался я еще раз.
Смотря на меня с увеличивающимися глазами, Эрин сделала глубокий вдох и начала кричать.
Не имея другого выбора и ожидая звук сирен в любую секунду, я выкрутил руль и ударил по газам.
Ненавидя себя и Эрин, я наблюдал, как она становится стремительно уменьшаюшейся фигурой в зеркале заднего вида, будто я никогда больше не увижу ее, и я чувствовал себя наполовину облегченно, наполовину взбудораженно из—за этой мысли.
Я сделал один круг вокруг квартала так быстро, как мог, но соседний имел странно извивающиеся улицы и неожиданные тупики.
К моменту, как я добрался обратно, она, естественно, уже ушла. Или она пряталась где—то, или села в машину к незнакомцу.
Господи, она собирается закончить, валяясь мертвой в какой—нибудь канаве, а виноват буду я.
Сигнал был красным (снова), и пока я ждал его смены, я положил голову на рулевое колесо, желая, чтобы все было по—другому, чтобы Алона была жива, желая вернуться назад в то время, когда моими самыми большими проблемами был директор Брюстер и проникновение в класс без призраков, замечающих меня. По сравнению с этим, то были каникулы. Реально, реально отстойные, но все же каникулы. Я не нуждался в Алоне, говорящей мне, что я не в своем уме. Но я хотел ее здесь больше, чем что—то еще.
Я стряхнул головой. Я должен вернуть ее назад. У меня была идея, как сделать это, спасибо Эрин, сказавшей кое—что. Но только одна. И если она не сработает...
Я сжал руль. Нет, это сработает. Этого достаточно. Потому что я не знаю, как буду жить при другом исходе. И если это не сработает, Алоны больше не будет.
Глава 11
Уилл
Превышая ограничения по скорости, я проезжал знакомые улицы и пролетающие мимо меня достопримечательности на своем пути к Граундсборо Хайд.
У меня было лишь единственное верное предположение: если Алона все еще была моим духом—проводником, как сказала Эрин, и она вернулась в форме духа, то я мог бы "призвать" ее к себе. Теоретически, я мог бы призвать ее в любое место, но мертвые, которые отвечают, в конечном итоге неистово / против своей воли всегда затягиваются в места своей смерти. Вызвав ее от туда, могло бы обеспечить достаточно напряжения, чтобы вытянуть ее назад из того места, где она исчезла. Возможно, можно было бы попробовать вызвать ее во время ее смерти, но не было никакого способа, которым я мог бы заставить себя ждать почти целый день до 7:03.