Тараканьими тропами
Шрифт:
— Стрекозёл ползучий! — прокомментировала полёт Нари, и принялась осторожно вытаскивать Мупа из соплей. Слишком они липкие, не хотелось ещё сильнее запачкаться, очень уж долго скафандр отчищается от этой гадости. Впрочем, вскоре Муп был освобождён. Нападать на них больше не пытались. Кэт видела, как обитатели общественного дома сначала дрались за трупы товарищей, потом, закончив делёжку, принялись их есть.
— Их тут, похоже, не кормят, — прокомментировал робот. — А поскольку что бы ни говорил Грегор, в их культуре каннибализм не имеет такой однозначной негативной окраски, как в человеческой, для местных
— Вот если ты такой умный, то почему это я тебя отчищала от соплей, а не ты меня? — Нари всё ещё злилась на Мупа.
— Я по-прежнему считаю, что ты должна была потерпеть. Они ведь всё равно не могли нам всерьёз навредить. Твой скафандр защитил бы тебя от их жвал, и материал моего корпуса для них тоже слишком крепок. А теперь мы не знаем, как отреагируют местные жители, когда поймут, что количество гостей города уменьшилось!
— Ага, — хмыкнула Кэт. — То есть, по-твоему, я должна была спокойно наблюдать, когда от меня пытались бы откусить кусочек, так, на пробу? Что касается местных жителей — им абсолютно наплевать на обитателей этого СИЗО, КПЗ, или как там оно называется. Думаю, они и не заметят недостачи…
Что хорошо было в подземельях — так это отсутствие вездесущих спор, пыльцы и прочей дряни, так что Нари сочла возможным перекусить без установки палатки. Пришлось, правда, делиться. Нет, местные больше не доставали, однако, когда по пещере разнеслись запахи, в проёмах камер на противоположной стене появились глаза. Голодные, блестящие, и очень, очень внимательные. Долго выдерживать это вожделеющее наблюдение не смог бы никто.
— Вот прежде, чем нападать, можно было нормально, по-человечески попросить, — буркнула Нари, и швырнула в наблюдателей несколькими кусочками сырого мяса килограмма по полтора. Даже похитителю Мупа досталось, и вскоре до ушей девушки донеслось довольное чавканье.
Перекус надолго не затянулся, а потом выяснилось, что делать в общинном доме больше решительно нечего. Нари спустилась вниз, внимательно обошла по периметру, заглядывая в пустующие комнаты. Остальные местные жители тщательно следили за перемещениями девушки и всё время оказывались на противоположной стороне пещеры. Поначалу Нари это устраивало, а потом стало скучно. Минута шла за минутой, а никакого движения снаружи не наблюдалось. Грегор, судя по маячку, всё это время находился где-то в километре на север, но что он там делал было непонятно.
— Да плевать. Муп, мне это надоело. Ты оставайся тут, на случай если за нами всё-таки придут. Скажешь тогда, а я пойду прогуляюсь.
— Нари, это неразумно и опасно! Что, если местные жители воспримут это как нарушение правил и угрозу? И я не могу отпустить тебя одну! Вдруг с тобой что-то случится, как тогда я буду тебя спасать?!
— Пока что на этой планете спасаю тебя только я, — напомнила Нари, и двинулась к решётке. Муп двинулся следом, продолжая очень нудно и раздражающе причитать, что так делать ни в коем случае нельзя, но девушка на нотации внимания не обращала. Её окончательно достало гостеприимство насекомых, и она не собиралась соблюдать их дурацкие правила.
Решётка особой сложности не представляла. Можно было разрезать её светошашкой, но достаточно оказалось ткнуть
— Катерина, всё! — радостно воскликнул Муп. — Грегор уже сдвинулся и идёт сюда! Скоро будет здесь! Пожалуйста, давай тут подождём! Вот зачем ты испортила чужое имущество?!
— А нечего, потому что, — буркнула Кэт, но решила и в самом деле подождать. Прогулка по городу — это, конечно, интересно, но гораздо сильнее девушку интересовало, что скажут местные старейшины.
Они с Мупом с интересом следили за приближением Грегора, но первыми в общинный дом заявились местные стражницы. Приоткрытая решётка их очень сильно озадачила. Две здоровенных, перламутрово-синих стражницы долго разглядывали половинки засова с наплывами расплавленного камня, о чём-то переговаривались.
— Пытаются понять, что случилось с дверью, — пояснил Муп, — Обсуждают, может ли это быть злым умыслом или просто какой-то неизвестный эффект. Раздумывают, стоит ли докладывать о происшедшем кому-то из начальства. Решили не докладывать, потому что разбирательства будут слишком долгими, придётся составлять объяснительные…
Стражницы, приняв решение, заглянули в общинный дом, ткнули в Нари и что-то проскрежетали, наставив на неё своё странное оружие. Остальные пленники их совершенно не заинтересовали, как и предсказывала девушка.
— Просят проследовать за ними, — перевёл Муп.
— А больше похоже, что не просят, а приказывают, — процедила Кэт. — И меня это ужасно бесит!
Спорить она пока не стала, но решила, что когда они закончат со старейшинами обязательно отобрать стрелялки у наглых тараканих. Очень любопытно, чем эти штуковины стреляют.
— Мне кажется, ты задумала что-то нехорошее, — встревожился Муп долгим молчанием девушки. — Не забывай, что эти стражницы просто выполняют свой долг!
— Долг можно по-разному выполнять, — ответила Нари. — Эти явно тут себя первыми дурами на деревне считают. Вот дурами и будут… но потом!
На выходе из перехода их встретил Замза, который ужасно обрадовался лицезреть Нари и Мупа:
— О, мои прекрасные товарищи! Я так рад, что с вами всё в порядке! Я беспокоился, как бы у вас не возник конфликт с кем-то из других гостей города! Поэтому я изо всех сил старался заполнить заявление и анкету как можно быстрее! С гордостью могу констатировать, что я был очень внимателен! Переписывать пришлось всего три листа, и то, не по моей вине — просто мне случайно передали часть анкеты выходящих из города! И вот, прекрасные новости! Мы приглашены на беседу со старейшинами! Удивительная скорость, я думал, приглашение мы получим только утром!
— Повезло, — пробормотал Муп. — Этому городу. А то Катерина что-то заскучала…
Вообще-то Нари уже тоже сомневалась, что ей доведётся увидеть столь восторженно разрекламированные Замзой «алмазные» дома, по крайней мере, быстро. Путники, видимо, приближались к центру города — освещения стало гораздо больше, и оно здесь было почему-то разноцветным. Стены, дороги и потолки здесь в самом деле блестели гораздо ярче, чем на окраинах — аж глазам больно. Нари, отчего-то, не восхитилась — может, устала, а может, просто это было слишком для неё. Даже порадовалась, когда они, наконец, добрались до местного здания правительства.