Тараканьими тропами
Шрифт:
— Уверен, что это не гость откуда-то ещё, вроде нас? — уточнила девушка.
— Нет. Посмотри, у него вся одежда из местных материалов.
— Горе! О горе нам, несчастным!
— Логично, — кивнула Нари. Очередной вопль Замзы она проигнорировала. — Тогда я не совсем понимаю, нахрен он нам нужен. И чего он такой малохольный-то? Эй, ты чего какой малохольный? Скажи, что ли, что-нибудь.
Узник действительно лежал, не пытаясь вырваться, переводил взгляд круглых глаз с Нари на робота. Когда девушка повышала голос — испуганно сжимался, будто опасался,
— Выскажу предположение, что если он человек, то, значит, здесь он оказался случайно. Других людей я здесь не видел, и вряд ли он — последний. Значит, где-то неподалёку существует человеческое поселение. Полагаю, артефакты, которые искали родители, находятся в этом поселении. Или, как минимум, там могут быть сведения о том, где эти артефакты находятся. Вероятно, твои родители могли прийти к тем же выводам, если, конечно, им было известно о наличии на планете людей…
— Короче, ты хочешь сказать, что их надо искать там, где живёт этот цуцик, — перебила Нари. — И опять — звучит логично. Предположение ничем не хуже прочих, а, поскольку других у нас нет, отправляемся туда.
— О горе! Горе!
— Грегор, да заткнись ты! — не выдержала Нари. — Что ты заладил — горе, горе… сейчас выберемся мы из этой ямы, тоже мне проблема!
— Катерина, я ещё раз хочу напомнить, что мы находимся здесь по указанию законных правителей города. Мы не можем нарушать закон!
— Ой, и ты тоже заткнись, — отмахнулась девушка, и отправилась к стене. — Буду я тут ещё законы всяких тараканов исполнять. И вообще — надоел ты мне со своими идиотскими представлениями о том, что можно, а что нельзя. Это они нас в яму завели. Хватит. Я тебя больше слушать не собираюсь.
— Катерина, я всё-таки настаиваю на том, что причинять вред…
— Слушай, Муп, вот ты у нас искусственный интеллект, правильно? — Вкрадчиво спросила девушка. — Между прочим, запрещённый как у киннаров, так и у их ближайших соседей. Тебя это как, не смущает? Не тянет самоубиться, чтобы законы не нарушать?
— Я сейчас не нахожусь под юрисдикцией других цивилизаций, — бодро ответил Муп. — Мои создатели — это ты и твои родители, поэтому я следую заложенным ими установкам. Можно сказать, я экстерриториален.
— Вот как в тебе это уживается? — Покачала головой девушка. — Считай, что я тоже не нахожусь под юрисдикией тараканьих старейшин.
— Я просто не хочу, чтобы ты убивала, — сказал вдруг робот спокойным голосом. — Твои родители старались оградить тебя от этого занятия, считали, что ты ещё слишком молода и твоя психика может быть непоправимо испорчена.
— Ага, — кивнула Нари. — Мне скоро двадцать пять, я уже взрослая даже по киннарским меркам, а ты меня всё за ребёнка держишь. И как по-твоему, если мы в течение нескольких часов не свяжемся с орбитой, моя психика не пострадает? Как по-твоему, что будет, если нас потеряют?
— … Я не учёл этот момент в своих расчетах, — после короткого молчания ответил Муп. — Полагаю, ничего не
— Вот в этом-то и фигня, — философски заметила Нари, ужасно довольная собой — ей, пожалуй, впервые удалось переубедить Мупа. Даже паршивое настроение немного исправилось. — Так что перестань кобениться и вытаскивай нас из этого каменного мешка.
Надо было видеть, с каким восторгом и благоговением смотрел Грегор Замза на то, как Нари возносится к выходу из ямы. Натужно гудя, Муп подтащил её к пробке, которая закрывала выход. Нари её несколькими взмахами меча вырезала, и вот — свобода. Следом Муп вытащил пленника, который всю дорогу к выходу испуганно верещал. А вот с Замзой случился затык. Таракан оказался слишком тяжёл для того, чтобы робот смог его поднять. Мощности не хватало совсем чуть-чуть.
— Что ты мне мозги паришь? — кричала сверху Нари. — Ты ж летучий. Давай, сам вылетай!
— Нет, прекрасная, но неумная Нари Кэт, — печальным голосом возражал Грегор. — эта яма слишком тесна для того, чтобы я смог отсюда выбраться самостоятельно. Я не могу лететь вертикально вверх, а разогнаться тут невозможно. Это ведь специальная камера для того, чтобы содержать таких, как я. Из неё невозможно выбраться. — И снова заладил:
— О, горе, горе! Оставьте меня одного, благородная и счастливая Нари Кэт. — Видно, такова моя незавидная доля! Я обречён сгинуть здесь, одинокий и несчастный…
— Как ты достал меня! — Тяжко вздохнула Нари и спрыгнула обратно в камеру. — Надо было хоть верёвку нормальную с собой взять, тогда не пришлось бы ковыряться теперь!
С этими словами Кэт подошла к стене. Как и ожидалось, поверхность оказалась слишком гладкая и ровная, чтобы пробить её острыми когтями скафандра. Но девушка совсем не расстроилась. Взмахнула мечом, прочертив горизонтальную, светящуюся тёмно-красным линию в стене. Раз, другой, третий — и вот первая ступенька готова. До Грегора, кажется, дошло:
— О великая и прекрасная Нари Кэт! Как же я был глуп и недальновиден, когда не верил, что мне удастся выбраться из этого узилища! — восторженно воскликнул таракан.
— А я тебе говорила, — хмыкнула девушка. — Вообще не понимаю, чего ты паникуешь. Как видишь, меня эта ваша дурацкая яма не остановит. Надеюсь, по ступенькам ты залезть сможешь? А ты, Муп, законопослушный мой, занимайся мирными делами. У тебя вон Маугли лежит лупоглазый. Займись, что ли, расшифровкой его языка. Вряд ли он на тараканьем разговаривает.
Муп пролеветировал к узнику, и попытался наладить контакт. Нари не слишком следила, как там у них шли дела, но судя по всему — туго. У робота всё никак не выходило вытянуть из Маугли хоть слово. Тот только пятился от робота пока не упёрся в стену спиной, а когда бежать оказалось некуда, пучил глаза на все вопросы.
«Ну, как-нибудь справится, — подумала Нари, краем глаза следя за отсутствием успехов у робота. — Чего-чего, а терпения этому моралисту и педанту не занимать. Достанет любого — в этом можно не сомневаться!»