Таннер
Шрифт:
– У них имеется список ожидания, но они уверены, что комната освободится до Рождества, а это значит, что...
– Я бы могла перевезти Мими в Хейнс, - бормочу я, пораженная этой новостью и тем, чем это обернется для нас с Мими. Она будет всего в сорока пяти минутах езды от Скагуэйя: быстрая поездка на пароме или еще более быстрый перелет на легкомоторном самолете.
– Есть над чем подумать, - говорит он.
– На прошлой неделе, после ее падения, я начала размышлять о том, что мне нужно быть ближе к ней, - признаюсь я ему.
– Когда у нее только начались проблемы, я поставила
– Может, тебе и не придется выбирать, - произносит он.
– Если она будет жить в Хейнсе, а ты со мной...
– Таннер.
– Что?
– Думай о том, что говоришь.
– В этом нет необходимости. Я знаю, о чем говорю.
– Ты просишь меня переехать к тебе?
– уточняю я.
– Кенна, - говорит он, - я люблю тебя, а это значит: все, что у меня есть, принадлежит тебе. Мой дом. Моя жизнь. Мое сердце. Это все твое. Чего бы ты ни захотела или в чем бы ни нуждалась - твое.
– Он внимательно изучает мое лицо, прежде чем добавить: - Конечно, я хочу, чтобы ты переехала ко мне. Я не могу представить ничего хуже, чем твой отъезд из Аляски.
Я сглатываю комок в горле, но слезы все равно наворачиваются на глаза.
– Я тебя не заслуживаю.
– Я так или иначе твой, - говорит он.
– И да, ты заслуживаешь всего хорошего, что может предложить жизнь, и если она предлагает меня, то я весь твой, детка.
Я сжимаю его руку, затем подношу ее к губам, чтобы поцеловать.
– Пойдем домой?
– предлагаю я, чувствуя внезапную и всепоглощающую потребность в нем.
В глубине его глаз вспыхивает огонь.
– Пойдем.
Глава 16
Таннер
Неделя блаженства пролетает в череде секса, сна, флирта, разговоров и счастья.
И да, конец сезона стремительно приближается, но он уже не омрачает мою жизнь, как раньше. Мало-помалу, кирпичик за кирпичиком, мы прокладываем путь к совместному будущему.
МакКенна в свой выходной присоединилась ко мне в Хейнсе, чтобы посетить “Святую Анну”, она была уверена, что это поможет Мими. На данный момент мы решили, что МакКенна вернется в Сиэтл и будет преподавать в течение осеннего семестра, но она планирует подать заявление на увольнении в ноябре и переехать сюда с Мими к Рождеству. Впереди у нас еще много планов и работы, но осознание того, что она хочет быть со мной, что построение совместной жизни — это цель для нас двоих, многое для меня значит.
Август - второй самый загруженный месяц в году в Скагуэйе, коттеджи каждый день заполняются туристами, искателями приключений, семейными парами, любителями отдохнуть на природе, молодоженами и залетными путешественниками, проезжающими через Скагуэй. Лето выдалось удачным для наблюдений за животными, и да, на Аляске выпало обычное количество осадков, но в целом мы получим неплохую прибыль, которая позволит нам безбедно прожить следующий год.
Я чувствую удовлетворение, помогая бабуле и Рив по хозяйству в пятницу днем. Мы раскладываем продукты, перекладываем в сушилку огромную стопку белоснежных
Когда я работаю за компьютерным терминалом на кухне и у меня текут слюнки от запаха хлеба, который выпекается к сегодняшнему ужину, я замечаю предупреждение в углу экрана; на иконке “ФОТОЛОВУШКА” появился красный пузырек.
Ха! Я совсем забыл об установке двух маленьких камер на моем домике и, конечно, не ожидал увидеть активность так скоро, но, должно быть, что-то их активировало. Взволнованный тем, что наконец-то увижу, с чем имею дело, я нажимаю на иконку, которая сообщает мне, что идет загрузка кадров.
Секундой позже появляется первый кадр.
Я хлопаю глазами, глядя на экран, от удивления и ужаса у меня кровь стынет в жилах.
Щелкаю мышью, загружается следующий кадр.
Щелчок. Следующий.
Щелчок. Следующий.
Черт возьми. Я не могу поверить в то, что вижу.
Это шутка? Это правда?
Я оглядываюсь в поисках кого-нибудь, кто заверил бы меня, что я не спятил, но на кухне я один. Мой отец, Хантер, Харпер, Паркер, Сойер и Дед уехали на экскурсии или по поручениям, но мне нужна еще одна пара глаз, чтобы разобраться с этим. Я беру портативную рацию, лежащую рядом со мной.
– Рив. Рив, подойди.
– Я складываю полотенца. Что тебе нужно?
– Подойди на кухню. Пожалуйста.
– Зачем? Я занята.
– Рив, ПОЖАЛУЙСТА! Сейчас же иди на кухню.
– Хорошо!
Через две минуты я слышу, как хлопает входная дверь, а еще через десять секунд Рив пробирается через кухню.
– Бабушка хочет, чтобы полотенца были сложены втрое, Таннер! Что ты...
– Иди сюда, - говорю я, вскакивая со стула.
– Сядь и посмотри на это.
Она бросает на меня взгляд.
– Это что-то мерзкое?
– Это кое-что чертовски тревожное.
Она опускается на стул, уставившись на экран. Я щелкаю мышкой, чтобы вернуться к первому кадру.
– Что ты видишь?
Она прищуривается, наклоняясь ближе к экрану.
– Что это? Камера ночного видения?
– На прошлой неделе я установил две на своей хижине.
– Это...
– Она поднимает на меня ошеломленный взгляд.
– Это Рамона?
Я стискиваю зубы и сглатываю.
– Думаю, да.
На первом кадре Рамона, одетая в темные леггинсы и темный топ, с волосами, собранными в пучок, и темной шапочкой на голове, выходит из-за угла моей хижины.
Рив подносит руку к мышке и щелкает.
На следующем кадре Рамона что-то делает с джакузи. Трудно понять, что именно, поскольку качество изображения очень зернистое, но видно, что она приподняла уголок чехла. Она что-то кладет внутрь?
Рив снова щелкает.
На следующем кадре Рамона стоит на перилах лестницы; похоже, она взбирается на крышу.