Таннер
Шрифт:
– Не беспокойся о ней, - шепчу я ей на ухо.
Она хватает свое пиво и делает большой глоток.
– У нее были обезумевшие глаза, Таннер.
– Да. Я говорил тебе. Она чокнутая.
– По-моему, она не шутила, - говорит МакКенна.
– О том, что превратит твою жизнь в ад и заставит пожалеть об этом.
– Возможно, - отвечаю я, жестом прося Грэйди повторить.
– По крайней мере, она угрожала тебе перед заполненным людьми рестораном, - подмечает МакКенна. – А значит, будет достаточно свидетелей. Если она совершит что-нибудь
– Не думаю, что в этом будет необходимость.
– Что ты имеешь в виду?
– Она просто сумасшедшая.
– Она не “просто сумасшедшая”, - настаивает МакКенна.
– Она неуравновешенная.
Никто не спорит, что Рамона психопатка, но предложение МакКенны о судебном запрете кажется чрезмерным. В маленьких городах мы о таком даже не думаем. Может, это прозвучит провинциально, но мы не вызываем полицию при первых признаках ссоры с кем-то. Мы ждем какое-то время. Пытаемся разобраться в случившемся. Надеемся, что благоразумие в конце концов восторжествует. В любом случае, мне больше не хочется говорить о Рамоне. Я просто рад, что первая встреча прошла без осложнений, и команда Таннера осталась невредимой.
– Эй, - говорю я, улыбаясь МакКенне, которая все еще напряжена, - ты была великолепна.
Выражение ее лица смягчается, и она слегка улыбается мне.
– Оу, правда?
– Ты делала это раньше?
– Что именно? Была чьей-то фиктивной невестой? Нет, - отвечает она.
– Ты у меня первый.
Мой взгляд скользит по ее губам. Я хочу поцеловать ее снова. Я хочу целовать ее всю ночь напролет. Я хочу целовать ее все лето напролет. Я хочу целовать те места на ее теле, о которых не имею права даже помышлять. Потому что мне захочется целовать их снова и снова.
МакКенна отступает от меня на шаг, глядя в пол.
– Что-то не так?
– Ничего, - отвечает она.
– Я просто... где здесь дамская комната?
– Там, позади.
– Спасибо, - говорит она, настороженно глядя на меня.
– Я вернусь через минуту.
Я смотрю ей вслед, удивляясь внезапной перемене в ее настроении. Секунду назад мы флиртовали, что она моя фиктивная невеста. В следующее мгновение она выглядела так, словно хотела сбежать.
– Это было... интересно, - подает голос Грэйди, забирая наши пустые кружки и ополаскивая их в раковине с пеной под стойкой.
– Она просто взрывная, эта Рамона.
– Она ненормальная.
– Да уж, - говорит Грэйди.
– Я пытался быть милым.
– Надеюсь, не из-за меня.
Он пожимает плечами.
– Если мне не изменяет память, прошлым летом вы двое были горячей парочкой.
– Все в прошлом, друг мой.
– Что ж, твоя новая подружка мне нравится гораздо больше, - говорит он.
– Заметный прогресс.
– Согласен.
– Эй, Таннер!
– зовет Рина, одна из официанток, работающих в пределах ресторана.
Я отхожу от барной стойки.
–
Она указывает на нескольких туристов, которые выглядят измученными и запыленными с дороги.
– Эти люди только что вошли. Сказали, что видели, как на улице царапали ключом RAV4. У тебя случайно не...
Прежде чем она успевает закончить свою мысль, я выбегаю из SBC и мчусь к своей машине. И, конечно же, на водительской двери небрежно нацарапано слово “МУДАК”.
– Мать твою!
– кричу я, вытягивая шею, чтобы найти окно квартиры Рамоны над King Kone. Занавеска, трепеща, возвращается на место.
– Ты гребаная сука!
Свет в квартире гаснет, а я стою рядом со своей машиной, положив руки на голову с бешено колотящимся сердцем от злости. Устранение этой проблемы обойдется в 1000 долларов или больше. А пока мне придется разъезжать с надписью “мудак”, нацарапанной на моей машине. Да пошло оно всё!
Если она совершит что-нибудь безрассудное, ты сможешь выдвинуть обвинения.
Возможно, МакКенна права.
Я возвращаюсь в бар, высматривая людей, которые были свидетелями вандализма. Может они согласятся дать полиции описание Рамоны, чтобы Джо мог ее арестовать.
– Куда они пошли?
– спрашиваю я Рину.
– Те двое туристов?
– Ох, прости. Они ушли.
Дерьмо.
– Куда?
Она пожимает плечами.
– Я не спрашивала. Извини.
Итак, никаких свидетелей. Отлично.
Я замечаю, как МакКенна пробирается сквозь толпу обратно к бару. Она смотрит на меня, и я машу ей на дверь.
– Все в порядке?
– Рамона расцарапала мне машину, - говорю я ей.
– Что? Когда?
– Только что.
– Кто-нибудь видел ее?
– Двое туристов пришли и сообщили об этом, но они уже ушли.
– Ты должен сообщить в полицию, - говорит она.
– Давай подадим заявление. Прямо сейчас.
Я делаю глубокий вдох и сердито фыркаю, все мое ликование от поцелуя с МакКенной и победы над Рамоной давно прошло.
– Какой смысл? Без свидетелей это ее слово против моего.
– Она угрожала тебе менее пятнадцати минут назад. Все это слышали.
– Все равно даже в случае порчи имущества это ее слово против моего.
– Ладно, хорошо, но полиция обратила бы на нее внимание.
– И что?
– Ты меня не слушаешь, - говорит МакКенна, наморщив лоб.
– Я имею в виду...
– Я понимаю, о чем ты!
– рявкаю я на нее.
– Но к черту всё это. Я просто хочу домой.
Она упирает руки в бока и пристально смотрит на меня секунду, после чего пожимает плечами.
– Отлично. Поехали домой.
***
Мы едем обратно на турбазу без музыки и болтовни, я чувствую себя разъяренным и упрямым, она отодвинулась от меня, копаясь в своем телефоне. После нескольких минут тишины она делится тем, что у нее на уме.