Таннер
Шрифт:
Я смотрю, как Таннер паркуется на Бродвее, и заканчиваю свой внутренний диалог, решив не позволять моей зарождающейся влюбленности в Таннера зайти дальше.
Однако следующие пару часов мы будем играть в притворство, а это значит, что я могу потакать своему влечению к нему так, как захочу, при условии, что смогу отключить его, когда мы вернемся в машину, чтобы ехать домой.
Таннер открывает передо мной дверцу, и я беру его за руку, когда выхожу из машины.
– Спасибо, малыш, - говорю я нежным и приглушенным голосом.
Его пальцы переплетаются с моими.
–
– рычит он.
– Что ты говорил насчет убедительной игры этим вечером?
Он уклончиво хмыкает, когда мы идем по боковой улочке к пабу Skagway Brew Pub.
– Доверься мне, Таннер, - шепчу я.
– Позволь мне сделать это по-своему, и я обещаю, она поверит.
У самого бара, он останавливается и поворачивается ко мне, изучая мое лицо ярко-голубыми глазами, прежде чем остановить свой взгляд на моих губах. А я? Девушка, которая тайно влюблена в него в реальной жизни, но должна выглядеть как его преданная невеста в течение следующих нескольких часов? Я делаю то, что сделала бы любая другая пылкая женщина, когда ее “возлюбленный” бросает на нее взгляд, способный растопить ледники за пределами города. Я беру другую его руку в свою и приподнимаюсь на цыпочки так высоко, как только могу.
– Поцелуй меня, - выдыхаю я.
– И на всякий случай, если она наблюдает, сделай это хорошо.
Его губы обрушиваются на мои, как будто он голодал несколько месяцев, а я предлагаю ему ужин из семи блюд. Никаких предварительных ласк, никаких прелюдий, никаких легких чмоков. Он завладевает моим ртом, смело проводя языком по стыку моих губ, пока они с нетерпением не приоткрываются, впуская его внутрь со стоном облегчения. Его руки смыкаются вокруг меня, расплющивая мою грудь о твердые мускулы его грудной клетки. Я обхватываю его за шею одной рукой, а другую кладу поверх его сердца, которое несется галопом, как скаковая лошадь, неистово и по-настоящему, и уносится вместе со мной, нравится мне это или нет.
Но мне это действительно нравится.
Очень.
Так сильно, что, когда он отстраняется с тихим, разочарованным стоном, я с трудом дышу. Я медленно открываю глаза и вижу, что он смотрит на меня сверху вниз, и на его лице отражается буйство эмоций, которые я тоже испытываю.
– Черт, - бормочет он, выглядя удивленным.
– Да, - шепчу я.
Прошло много времени с тех пор, как меня целовали в последний раз, но за всю свою жизнь я не помню, чтобы первый поцелуй вызывал у меня такие чувства, как сейчас.
– Достаточно хорошо?
– спрашивает он меня, приподняв бровь.
– Угу.
– Теперь готова зайти внутрь?
– Он улыбается мне, выглядя очень довольным собой.
– Конечно, - отзываюсь я, чувствуя, что у меня подкашиваются ноги.
Его пальцы находят мои и легко переплетаются с ними, когда мы заходим в оживленный бар-ресторан.
– Таннер!
– зовет один из барменов.
– Рад тебя видеть, приятель!
– Привет, Грэйди!
– Таннер протаскивает меня через толпу людей, ожидающих у стойки администратора сразу за дверью. Мы останавливаемся у бара, где он протягивает руку, чтобы поприветствовать
– Как дела?
– Нормально. Что я могу вам предложить?
– Мне Klondike IPA.
– Он сжимает мою руку, его взгляд смягчается, когда его глаза находят мои.
– Чего ты хочешь, детка?
Детка. Вздох.
– У вас есть лагер?
– спрашиваю я Грэйди.
– Или пильзнер?
Он с одобрением смотрит на меня.
– И то, и другое. Что ты предпочитаешь?
– Думаю, лагер, если он не слишком хмельной.
– Ты разбираешься в пиве?
– Только в светлом, - отвечаю я ему.
– Она просто находка, Таннер.
– Он протягивает мне руку.
– Я Грэйди. Не могу поверить, что ты предпочла работать с Брюсом в “Пастернаке”, а не здесь.
– Извини, - говорю я с удивленным смешком.
– Я антрополог. История всегда побеждает.
– Понимаю, - произносит он, подхватывая две чистые пивные кружки.
– Но если театральность Брюса тебе наскучит, мы будем рады видеть тебя здесь. Нам никогда не помешает еще один бармен. Особенно тот, кто знает толк в пиве.
Он поворачивается, чтобы взять пиво, в то время как Таннер обнимает меня и притягивает к себе.
– Ты флиртуешь с Грэйди?
– Нет. Я просто разговариваю с ним, - отвечаю я, прикусывая нижнюю губу и наблюдая за тем, как взгляд Таннера приковывает к этому месту.
– Я здесь, с тобой, малыш. Только с тобой.
– Чертовски верно подмечено, - говорит он, и его глаза темнеют.
Я все еще чувствую прикосновение его губ к своим, и мои щеки вспыхивают от желания снова ощутить их на своих губах.
– Ух ты! Я бы предложил вам двоим уединиться в одном из номеров, - подает голос Грэйди, ставя перед нами пиво, - но в гостинице наверху все забронировано.
– Нет необходимости, - отзываюсь я, отводя взгляд от Таннера, чтобы улыбнуться Грейди и взять свою кружку.
– Мы здесь для того, чтобы выпить и поесть.
– Я подмигиваю Таннеру и делаю глоток.
– Займемся приятными вещами позже.
– Черт возьми, Таннер, - говорит Грэйди.
– Кажется, я только что залетел.
Таннер заливается смехом, целует меня в макушку и залпом осушает полпинты.
Взгляд Грэйди останавливается на моем кольце.
– Когда у вас свадьба?
– Зимой, - отвечаю я, вспоминая, что Таннер сказал продавцу в хозяйственном магазине несколько дней назад.
– В Сиэтле.
– Буду ждать приглашения, - говорит Грэйди.
– Ты же знаешь, что получишь его, - уверяет Таннер.
Когда Грэйди направляется к другому концу барной стойки, чтобы обслужить следующего клиента, я смотрю на Таннера, подняв лицо.
– Пока все хорошо?
– Хорошо, - подтверждает он, наклоняясь, чтобы коснуться моих губ своими губами.
Мое сердце трепещет. В животе все переворачивается. А пикантное томление меж бедер пробуждает желание остаться с Таннером наедине. Он не твой жених, напоминает мне мой мозг, как будто начинает беспокоиться. Это всего лишь игра, помнишь?