Сын Дерева [= Сын Древа]
Шрифт:
Жрица поняла, куда он смотрит.
– Вы знаете? – Это было сказано почти шепотом. – Убейте меня, уничтожьте меня, я устала от жизни!..
Она встала, бессильно уронив руки. Джо поднялся, сделал шаг к ней.
Это было похоже на сон: бесследно исчезли логика и здравый смысл, причина и следствие. Он положил ладони на ее плечи. Ильфейн была теплая и тонкая; она вздрагивала, как птица.
– Я не понимаю, – произнесла она хрипло, опускаясь на койку. – Я ничего не понимаю…
– Скажите мне, – столь же хрипло произнес
Она не ответила. Затем сделала слабое отрицательное движение головой:
– Нет, он мне никто. Он послан с миссией на Балленкарч. Я решила, что хочу отдохнуть от ритуалов. Я хотела приключений и не подумала о последствиях. Но Манаоло мне страшен. Он приходил ко мне вчера, и я испугалась!
Джо почувствовал огромное облегчение. А затем, вспомнив о Маргарет, он виновато вздохнул. Тем временем на лице Ильфейн вновь появилось выражение, свойственное юной жрице.
– Какая у вас профессия, Смит? – спросила она. – Вы шпион?
– Нет, я не шпион.
– Тогда зачем вы летите на Балленкарч? Только шпионы и агенты летают на Балленкарч. Друиды, менги и их наемники.
– У меня личное дело.
Он поглядел на нее, и ему подумалось, что эта пылкая жрица лишь вчера с такой же пылкостью собиралась убить его.
Ильфейн заметила, что он ее разглядывает, и опустила голову с капризной гримасой – кокетливый трюк девицы, осведомленной о своем обаянии. Джо рассмеялся и вдруг застыл, прислушиваясь. Из-за стены доносился скребущий звук. Ильфейн встревоженно оглянулась.
– Это у меня. – Джо вскочил, открыл дверь, пробежал по балкону и распахнул дверь каюты. Там стоял молодой офицер, Ирру Экс Амма, глядя на него и улыбаясь невеселой улыбкой, открывавшей желтые зубы. В руке он держал пистолет, нацеленный Джо в переносицу.
– Назад! – приказал он. – Назад!
Джо медленно попятился на балкон, мельком оглянувшись на салон.
Четверо менгов по-прежнему были заняты игрой. Один из гражданских поднял глаза, затем что-то пробормотал партнеру и они разом повернули головы в его сторону. Джо успел заметить глянец на четырех лимонных лицах. И тут же менги вернулись к игре.
– В каюту женщины-друида, – приказал Экс Амма. – Быстро!
Он помахал пистолетом, не переставая широко улыбаться, словно лисица, скалящая клыки.
Джо медленно вернулся в каюту Ильфейн, переводя взгляд с пистолета на лицо менга и обратно.
Ильфейн судорожно вздохнула. Она была в ужасе.
– Аххх! – сказал менг, увидев горшок с торчащим из него прутом, и повернулся к Джо. – Спиной к стене, – сказал он, потом выпрямил руку с пистолетом и на его лице появилось предвкушение убийства.
Джо понял, что пришла смерть…
Дверь за спиной менга открылась, и послышалось шипение. Менг выпрямился, выгибаясь дернул головой, челюсти его окостенели в беззвучном крике. Через секунду он рухнул
В дверях стоял Хабльят с цветущей улыбкой на физиономии.
– Очень сожалею, что причинил вам беспокойство…
Глаза Хабльята замерли на растении, стоявшем на шкафу. Он покачал головой, облизал губы и устремил на Джо стыдливый взгляд:
– Мой дорогой друг, вы послужили инструментом в разрешении очень тщательно составленного плана.
– Если бы вы спросили, – сказал Джо, – хочу ли я пожертвовать жизнью для выполнения ваших планов, вам бы удалось сберечь массу угрызений.
Хабльят блеюще рассмеялся. При этом на его лице не шевельнулся ни один мускул.
– Вы очаровательны. Я счастлив, что вы остались с нами. Но сейчас, боюсь, произойдет скандал.
По балкону уже воинственно маршировали три менга: Ирру Каметви, старый офицер, и с ним – двое гражданских. Ощетинившись как рассерженный пес, Ирру Каметви отдал честь.
– Лорд Хабльят, это вопиющее нарушение! Вы вмешались в действие офицера, находящегося при исполнении служебных обязанностей.
– Вмешался? – запротестовал Хабльят. – Я убил его. А что касается «обязанностей» – с каких это пор беспутный голодранец из Красной Ветви становится в один ряд с членом Ампиану-Женераль?
– Мы выполняем распоряжение Магнерру Ипполито, причем – личное распоряжение. У вас нет ни малейших оснований…
– Магнерру Ипполито, смею вам напомнить, – вкрадчиво начал Хабльят, – подответственен Латбону, в который вместе с Голубой Водой входит и Женераль!
– Стая белокровных трусов! – воскликнул офицер. – Да и прочие из Голубой Воды – тоже!
Женщина-менг, стоявшая на главной палубе и привлеченная происходящим на балконе, вдруг вскрикнула. Затем раздался металлический голос Манаоло:
– Грязные ничтожные собаки!
Он выскочил на балкон – сильный, гибкий и страшный в неукротимом бешенстве. Схватив рукой за плечо одного из штатских, он швырнул его на перила и затем то же самое проделал со вторым. Этим он не удовлетворился и, подняв Ирру Каметви, перебросил его вниз. Совершив замедленный в половинной гравитации полет, Ирру с хрипом растянулся на палубе. Манаоло резко повернулся к Хабльяту, который протестующе поднял руку:
– Минутку, экклезиарх! Прошу не применять к моей несчастной туше силы.
В ответ на эти слова тело друида напряглось, а на свирепом лице не возникло никаких чувств, кроме злобы.
Вздохнув, Джо шагнул вперед и, сделав обманное движение левой рукой, сильно ударил правой. Манаоло упал. Лежа, он уставился на Джо мертвенно-черными глазами.
– Сожалею, – сказал Джо, – но Хабльят только что мне и Ильфейн спас жизнь. Дайте мне высказаться, и я все объясню…
Манаоло вскочил на ноги, без слов бросился в каюту Ильфейн, захлопнул дверь и заперся изнутри. Хабльят повернулся, насмешливо глядя на Джо.