Сын Дерева [= Сын Древа]
Шрифт:
– Эти фермы выглядят ухоженными и современными…
– Последняя земная техника. Так что же?
– Ты же не хочешь, чтобы твои молодцы выбирали все сорняки руками?
– Нет конечно! У нас есть дюжина различных химикалий против сорняков.
Гормоны… – Он запнулся, хлопнув Джо по плечу. – Химикалии! Растительные гормоны! Джо, я сделаю тебя министром сельского хозяйства!
– Прежде всего, – сказал Джо, – давай посмотрим, как они действуют на Дерево. Если это растение,
И Сын Дерева спятил…
Усики извивались, сворачивались, стреляли; пушистая белая голова посылала пучки энергии во всех направлениях. Лепестки вытянулись на двести футов в небо, затем рухнули на землю.
Подъехал второй прожектор. На этот раз Сын сопротивлялся еле-еле.
Ствол обуглился, лепестки съежились, потемнели…
Через минуту Сын Дерева превратился в зловонно дымящийся обрубок…
Глава 17
Принц Гарри восседал на троне. Архитовэрчи Гаменза и Омерето Имплант стояли мертвенно-бледные, закутавшись в плащи. С другой стороны зала, выстроившись в строгом соответствии с субординацией, стояли менги:
Магнерру Ипполито в красной мантии и гравированной кирасе, Ирру Каметви и два функционера Красной Ветви.
Раздался чистый звонкий голос Гарри:
– Я мало о чем могу вам сообщить. Но сейчас существует неопределенность: каким путем пойдет Балленкарч – к Менгеру или к Кайрил.
Так вот, – он шевельнулся в кресле, но руки на подлокотниках остались неподвижными, – к сведению как менгов, так и друидов, здесь нет ничего нерешенного. Раз и навсегда: мы собираемся строить прекрасный мир. И поскольку проблема Сына Дерева решена, я никому не окажу личного предпочтения. Я верю, друиды, что вы действовали с самыми лучшими намерениями. Вы – рабы веры, как и ваши лайти.
Второе. Поскольку мы отказались от политических обязательств и занялись делом, – мы трудимся. Мы изготовляем инструменты: молотки, лопаты, пилы, сварочные аппараты. Через год мы начнем производить электрическое оборудование. Через пять лет здесь, на берегу озера Алан, будет стоять космодром. Через десять лет наши грузы полетят на любую из звезд, которые вы видите на ночном небе. А может быть, и дальше. Так что, Магнерру, можете отправляться на Менгер и сообщить в Ампиану и Латбон обо всем, что я сейчас сказал. Что касается друидов, то я сомневаюсь, захотят ли они вы вернуться.
– Это почему же? – резко спросил Гаменза.
– Ко времени вашего возвращения на Кайриле может случиться переполох.
– Это, скажем, только предположения, – рот Хабльята растянулся в короткой улыбке.
На поверхности озера Алан пылали отблески заката. Джо
Гарри вскакивал, садился, говорил, жестикулировал, хвастал. Новые плавильные печи Палинса, сотни новых школ, силовые установки для новых сельскохозяйственных машин, ружья в армии.
– О, в них остался варварский стержень, – говорил Гарри. – Любят подраться, любят дикую жизнь, весенние фестивали, ночные огненные пляски.
Они на этом выросли, и я не в силах их этого лишить. – Он подмигнул Джо. – Самых горячих я послал против кланов на Вайл-Макромби – это на другом континенте. Убил сразу двух зайцев: в борьбе с людоедами Макромби они выпустят лишние воинственные пары и заодно завоюют континент. Кровавое дело, но необходимое для их же собственной души. К молодым у нас отношение другое. Их мы учим, что героем может стать скорее инженер, чем солдат. В свое время это скажется. Новое поколение успеет вырасти, пока их отцы очищают Матенду Кейп.
– Весьма остроумно, – согласился Джо. – Кстати, об остроумии, – куда девался Хабльят? Я его не вижу уже целый день.
Гарри плюхнулся в кресло:
– Хабльят ушел.
– Ушел? Куда?
– Официально – не знаю. Тем более что среди нас есть друид.
Ильфейн запротестовала:
– Я больше не друид. Я все это выкинула из головы. Я теперь… – Она повернулась к Джо:
– Кто я теперь?
– Эмигрант, – сказал Джо. Космополит. Женщина без родины. – Он повернулся к Гарри:
– Поменьше тайн. Это уже не может иметь значения.
– Нет, может! Не исключено…
– Тогда держи при себе, – пожал плечами Джо.
– Нет, – сказал Гарри, – тебе я скажу. Хабльят, как ты знаешь, в опале. Он вышел – Магнерру Ипполито вошел. Политика менгов многогранна, скрытна, но они же не все внимание уделяют престижу. Согласен, очень много, но не все. Магнерру Ипполито утратил свой престиж здесь, на Балленкарче. Если Хабльят сможет совершить что-нибудь замечательное, он снова окажется у дел. Ну, а наши интересы – чтобы у власти на Менгере оказалась Голубая Вода.
– Ну?
– Я отдал Хабльяту все противосорняковые гормоны, что у нас имелись.
Это тонн пять. Он погрузил их в корабль, который я ему тоже предоставил, и отчалил. – Гарри шутливо развел руками. – Так что, куда он ушел, я не знаю…
Ильфейн перевела дыхание и, дрожа, отвернулась к озеру Алан. Озеро в лучах заката светилось розовым, золотым, лавандовым, бирюзовым…
– Дерево…
Гарри встал.
– Пора обедать. Если он задумал именно это – уничтожить Дерево гормонами, то я могу быть спокоен…