Сын Дерева [= Сын Древа]

Вэнс Джек Холбрук

Оставалось четверо.

Стюард объявил трапезу – первую за этот день.

Появилась следующая пара: двое менгов в штатском – в широких плащах из разноцветного шелка, корсетах и украшенных бриллиантами нагрудниках.

Они подчеркнуто вежливо поклонились компании и, как только стюард установил раскладной стол, заняли свои места. Эти пассажиры представлены не были.

«Пятеро менгов, – подумал Джо. – Двое гражданских, двое солдат, женщина. В двух каютах остаются неизвестные пассажиры».

Открылась дверь

следующей каюты, и на балконе появилась тощая старая женщина. Голова ее, лысая как яйцо, сплющивалась на макушке. Лицо украшали выпученные глаза и крупный костистый нос. На женщине висела черная пелерина, и каждый палец на обеих руках был унизан драгоценными перстнями.

Дверь каюты номер шесть оставалась закрытой.

Меню, на удивление разнообразное, учитывало вкусы многих рас. Джо разучился привередничать с тех пор, как начал перелетать с планеты на планету. Ему доводилось употреблять в пищу органическую материю всех мыслимых цветов, составов, вкусов и запахов. Порой ему удавалось найти яствам подходящие и привычные названия: папоротники, фрукты, грибы, корни, рептилии, насекомые, рыбы, моллюски, слизняки, споровые коробочки, животные, птицы, но оставалось еще много предметов, которые он не мог ни определить, ни назвать. И то, что их можно есть, он узнал лишь на примере окружающих.

Его место оказалось как раз напротив Манаоло и Ильфейн. Джо заметил, что они не разговаривают друг с другом, и несколько раз ловил на себе ее взгляд – озадаченный, оценивающий, осторожный.

«Она уверена, что видела меня раньше, – подумал Джо, – но не может вспомнить – где…»

После еды пассажиры разделились. Манаоло уединился в гимнастическом зале, примыкающем к салону. Менги впятером уселись за какую-то игру в разноцветные дощечки. Силлиты отправились на прогулку в сторону кормы.

Долговязая женщина осталась неподвижно сидеть в кресле, бессмысленно уставившись в темноту. Джо испытал желание позаниматься гимнастическими упражнениями, но мысль о Манаоло удерживала его. В корабельной библиотеке он выбрал фильм и уже собирался вернуться в свою каюту, но…

– Лорд Смит, не могли бы вы со мной поговорить? – низким голосом произнесла появившаяся жрица Ильфейн.

– Разумеется.

– Может быть, пойдем ко мне в каюту?

Джо оглянулся через плечо:

– А ваш супруг не будет в претензии?

– Супруг? – на ее лице появился гнев и презрение. – Наши отношения абсолютно формальны. – Она замолчала, глядя в сторону и явно сожалея о своих словах. Затем вежливо и холодно произнесла снова:

– Я бы хотела поговорить с вами…

Ильфейн повернулась и направилась в свою каюту.

Джо тихонько рассмеялся: эта самочка не знает иного мира, кроме того, что у нее в голове, и не подозревает, что намерения окружающих могут расходиться с ее намерениями. Сейчас это забавно, но что будет, когда она повзрослеет?

Джо вдруг пришло в голову, что неплохо было бы оказаться с ней вдвоем на необитаемом острове или планете, а после заняться подавлением упрямства и развитием понимания…

Он неторопливо последовал за ней. В каюте жрица села на койку, он – на скамью.

– Итак?

– Вы говорили, что ваша родина – Земля. Мифическая Земля. Это правда?

– Это правда.

– А где находится ваша Земля?

– Ближе к центру, примерно в тысяче световых лет отсюда.

– На что она похожа? – Ильфейн наклонилась вперед, уперев локти в колени и положив на ладони подбородок, и с любопытством поглядела на него.

Джо, неожиданно взволнованный, пожал плечами.

– Вы задали вопрос, на который нельзя ответить одним словом. Земля – очень странный мир. Повсюду древние здания, древние города, древние традиции. В Египте находятся пирамиды, построенные первой цивилизацией человечества, в Англии – цирк из тесаных каменных глыб – Стоунхендж, отголосок почти столь же далеких эпох. В пещерах Франции и Испании, глубоко под землей, остались рисунки, сделанные людьми, недалеко ушедшими от животных, на которых они охотились.

Она глубоко вздохнула.

– Но ваша цивилизация, ваши города – они отличаются от наших?

– Естественно, отличаются. В космосе не бывает двух одинаковых планет. На Земле царит старая культура, зрелая и доброжелательная. Расы давно слились, и я – результат этого смешения. Здесь, во внешних регионах, люди разъединены, замкнуты и поэтому кое-где сохранились очень первозданные виды. Вы, друиды, физически близкие к нам, принадлежите к древней кавказской расе Средиземноморья.

– Но разве у вас нет великого бога – Дерева Жизни?

– В настоящее время сколько-нибудь организованной религии на Земле нет. Мы совершенно свободны и вольны жить так, как нам нравится. Некоторые поклоняются космическому создателю, другие чтут лишь физические законы, управляющие Вселенной. Уже давно никто не молится фетишам, антропоидам, животным или растениям вроде вашего Дерева.

– Вы!.. – воскликнула она. – Вы смеетесь над нашим священным учением?

– Извините.

Она поднялась, затем вновь села, подавляя гнев.

– Во многом вы мне интересны, – сказала она задумчиво, словно пытаясь оправдать перед собой свое терпение. – У меня такое чувство, что мы с вами знакомы…

– Я был шофером вашего отца, – сказал Джо, побуждаемый почти садистским импульсом. – Вчера вы и ваш муж собирались меня прикончить…

Она замерла, открыв рот и уставившись на Джо. Затем поникла и откинулась на спинку дивана.

– Вы… вы…

Но взгляд Джо уже привлекло нечто за ее спиной. На полке над койкой стояло растение, идентичное или почти идентичное оставленному им на Кайрил.