Сын Дерева [= Сын Древа]
Шрифт:
Ильфейн покачала головой:
– Манаоло отправился на третий ярус. С начала путешествия он каждую ночь пытался сделать меня своей любовницей, но я отказала ему. Сегодня он пригрозил, что будет развратничать на третьем ярусе, пока я не уступлю. Я сказала, что пусть сделает одолжение, может быть, тогда он будет поменьше демонстрировать передо мной свое мужское начало. Он ушел от меня в ярости.
– Мне кажется, Манаоло всегда пребывает в состоянии оскорбленного достоинства.
– Он очень вспыльчив. А сейчас давайте пройдем сюда…
Джо
– Вот что, юная леди, не сочтите, что я демонстрирую перед вами мужское начало, но я не намерен идти туда или сюда по вашей указке и таскать за вами баулы, как шофер…
Он тут же понял, что слово подобрано неверно.
– Шофер? Ха! Тогда…
– Если вас не устраивает моя компания, то мне самое время уйти.
Через секунду она спросила:
– У вас есть другое имя, кроме Смит?
– Зовите меня Джо.
– Джо, вы замечательный мужчина. И очень странный. Вы меня совсем запутали, Джо.
– Если хотите и дальше идти со мной – будь я шофером, механиком, инженером, плантатором мха, барменом, инструктором по теннису, портовым грузчиком и бог знает кем еще, – давайте войдем в Девятнадцать Садов и посмотрим, продают ли там земное пиво…
Девятнадцать Садов занимали участок в ближайшем массиве – девятнадцать клиновидных секций, примыкавших к центральной платформе, служащей рестораном.
Они нашли свободный столик. К удивлению Джо, перед ними без разговоров поставили пиво в холодных запотевших квартовых кубках.
– Как пожелает Ваша Боготворимость, – коротко сказала Ильфейн.
Джо смущенно улыбнулся.
– Ни к чему заходить так далеко. Это, наверное, особенность друидов – впадать в крайности. Что вам заказать?
– Ничего, – она развернулась в кресле, оглядывая сад.
И в этот момент Джо понял, что волей или неволей, к добру или к несчастью, а он все-таки безумно влюблен. Поняв это, он вздохнул. Маргарет осталась слишком далеко, в тысяче световых лет отсюда.
Он бросил взгляд в коридор, ведущий вдоль всех Девятнадцати Садов.
Здесь была представлена флора девятнадцати планет, сохранившая характерные цвета: черный, серый и белый – Келса; оранжевый, желтый и зеленоватый – Заркуса; пастельные зеленые, голубые и желтые тона цветов, растущих на тихой маленькой планете Джонафан, и сотни иных растений: всевозможные зеленые, багряные, красные, небесно-голубые…
Джо замер, наполовину привстав.
– Что случилось? – спросила Ильфейн.
– Этот сад… Или это земные растения, или я – бесхвостая мартышка.
Он вскочил, подбежал к ограждению. Она двинулась вслед за ним.
– Герань, жимолость, петуньи, цинии, розы, итальянский кипарис, тополь, плакучие ивы. И лужайка… и гибискус… – Он посмотрел на табличку:
– «Планета Ген. Местонахождение неизвестно».
Они вернулись к столику.
– Вы похожи на больного ностальгией, – капризно заметила Ильфейн.
Джо улыбнулся:
–
Она попробовала пиво, поморщилась и удивленно посмотрела на него.
– Пиво поначалу никому не нравится, – сказал Джо.
– Я не очень-то много знаю о Балленкарче. Еще несколько лет назад он был абсолютно первобытным. Корабли на планету не садились, потому что аборигены занимались людоедством. Но потом нынешний Принц объединил малые племена в единую нацию. Это произошло за одну ночь. Было много крови и жертв. Но с тех пор никого не убивают и корабли могут приземляться в относительной безопасности. Принц взял курс на индустриализацию. Он вывез большое количество машин из Билленда, Менгера, Грабе. Мало-помалу, убивая одних вождей, убеждая других, он подчинил себе весь континент. Как вы могли догадаться, на Балленкарче сейчас отсутствует религия, и мы, друиды, рассчитываем установить контакт с новой промышленной властью на основе взаимного доверия. И нам не придется в дальнейшем зависеть от Менгера.
Менгам, естественно, эта идея не по душе, и они…
Ее глаза вдруг округлились. Она рванулась вперед, схватив его за руку:
– Манаоло! О, Джо, он вас не видел!
Оболочка страха, окутавшая его, вдруг исчезла. Нельзя праздновать труса, когда предмет любви боится за тебя.
Джо откинулся в кресле, глядя на Манаоло. Друид, похожий на героя страны демонов, широкими шагами шел по террасе. На его руке висела женщина с кожей бежевого цвета, в оранжевых панталонах, особо бросавшихся в глаза благодаря голубому платью и такой же накидке. В другой руке Манаоло держал сверток. Черные глаза стрельнули в сторону Ильфейн и Джо, друид равнодушно переменил курс и прогулочным шагом направился к ним, на ходу вынимая из-за пояса стилет.
– Ну вот, – пробормотал Джо, поднимаясь. – Наконец-то!..
Публика, сидевшая в ресторане, бросилась врассыпную. Манаоло остановился в ярде от Джо, и на его лице промелькнула тень улыбки. Он положил сверток на стол, затем легко шагнул вперед и ударил.
Он сделал этот жест очень наивно, словно ожидал, что Джо будет стоять и ждать, пока его зарежут. Джо ждать не стал. Он выплеснул пиво в лицо друиду, ударил кулаком по вооруженной руке, и стилет звякнул об пол.
– А теперь, – рявкнул Джо, – я собираюсь вышибить из тебя дух…
Что и сделал.
Манаоло лежал на полу. Джо, тяжело дыша, сидел на нем верхом.
Пластырь, украшавший его нос, был сорван, кровь струилась по лицу и капала на грудь. Рука Манаоло нащупала валявшийся стилет. Со сдавленным хрипом друид вывернулся. Джо перехватил руку, направляя удар в сторону плеча Манаоло.
Друид вновь попытался занести узкое лезвие. Джо выхватил стилет из его руки, проткнул им ухо Манаоло и вонзил острие в деревянный пол, загнав лезвие поглубже несколькими ударами кулака. Затем поднялся на ноги и посмотрел вниз.