Святой
Шрифт:
— Кто ты? — шепчет она, изучая мое лицо, будто видит меня ясно впервые. — Кто вы на самом деле, Лука Равелло?
Я обдумываю ложь, скормить ей какую-нибудь малую версию правды. Но что-то подсказывает мне, что Лили Мур нуждается в честности от меня, даже если это опасно. Даже если это заставит ее бежать.
— Я человек, который будет защищать тебя, лелеять тебя и трахать до беспамятства, пока ты моя, — говорю я ей, обводя большим пальцем изгиб ее челюсти. — А еще я человек, с которым твой отец ведет дела уже много лет, хотя
Ее глаза расширяются, когда приходит понимание.
— Вы... вы связаны. Организованная преступность. Ты об этом говоришь, да?
Я не подтверждаю и не отрицаю, но моего молчания достаточно.
К моему удивлению, она не отстраняется. Вместо этого она прижимается, касаясь своими губами моих в поцелуе, более нежном, чем все, что были у нас раньше.
— Я вернусь сегодня вечером, — говорит она, отстраняясь. — Но мне нужно знать, во что я ввязываюсь, Лука. Всю правду, а не кусочки.
Я киваю, облегчение накрывает меня.
— Тогда сегодня вечером. Я расскажу тебе все, что нужно знать.
Она выскальзывает из постели, собирая разбросанную по полу одежду. Я смотрю, как она одевается, запоминая каждое движение, каждый изгиб ее тела. Когда она заканчивает, она поворачивается ко мне, выглядя удивительно собранной для женщины, которая только что согласилась переехать к мужчине, которого едва знает.
— Если я не вернусь к полуночи, — говорит она, ее голос ровный, — не ищи меня. Это будет значить, что я сделала свой выбор.
Я встаю с кровати, не утруждая себя прикрытием наготы, и подхожу к ней. Взяв ее лицо в ладони, я целую ее с собственничеством, не оставляющим сомнений в моих намерениях.
— Ты вернешься, — говорю я в ее губы. — Ты уже моя, Лили Мур. Ты просто еще не до конца это осознаешь.
Она уходит без лишних слов, мягкий щелчок двери моего пентхауса — единственное указание на то, что ее нет. Я стою у окна, наблюдая, как она появляется на улице внизу, ловит такси с уверенностью коренной жительницы Нью-Йорка.
Когда такси отъезжает, унося ее обратно в мир ее отца, я тянусь к телефону. Нужно сделать приготовления, организовать охрану. Если Лили будет жить со мной, я должен обеспечить ее защиту в любое время.
Потому что, как только губернатор Мур обнаружит, что его драгоценная дочь — моя, разразится настоящий ад. И будь я проклят, если позволю чему-то случиться с тем, что мое.
Глава 14
Лили
Я вваливаюсь в свою квартиру, прислоняясь к двери, когда она закрывается за мной. Мои ноги все еще дрожат, тело болит в местах, о существовании которых я и не знала. Поездка на такси домой была размытой — все, о чем я могла думать, это Лука. Его руки. Его рот. То, как он управлял мной одним лишь взглядом.
— Черт возьми, ты жива! — Зои появляется из кухни с кружкой кофе
Я не могу не рассмеяться, хотя смех выходит каким-то задыхающимся.
— Можно и так сказать.
— Подробности. Сейчас. — Она хватает меня за руку и тащит к нашему маленькому дивану. — Ты исчезаешь без единого слова и не ночуешь дома. Я уже собиралась звонить в полицию.
— Я была с Лукой, — говорю я, не в силах сдержать улыбку, расползающуюся по лицу. — И... это было невероятно.
— Я так и знала! — упрекает Зои. — Не могу поверить, что ты отдала свой В-карточку мужчине вдвое старше тебя. Кто ты и что ты сделала с моей здравомыслящей подругой? — Она замолкает на мгновение, затем прищуривается. — Он был хорош?
Хорош — это не то слово. Я закрываю глаза, воспоминания накрывают меня. Рот Луки между моих бедер. Его голос в моем ухе, говорящий, что я его. Вес его тела, вдавливающий меня в матрас. То, как он, казалось, точно знал, что мне нужно, еще до того, как я сама это понимала.
— Ау, Лили! — Зои машет рукой перед моим лицом. — Настолько хорошо, да?
— Ты понятия не имеешь, — бормочу я, жар приливает к щекам. — Он хочет, чтобы я переехала к нему.
Зои давится кофе.
— Извини, что? После одной ночи?
— Я знаю, это звучит безумно.
— Это не звучит безумно, Лили. Это безумие. Ты едва знаешь этого парня!
Я встаю, внезапно почувствовав беспокойство.
— Я пойду приму душ.
В ванной я ловлю свое отражение в зеркале и замираю. Мои губы припухли, шея усеяна едва заметными синяками. Я выгляжу... помеченной. Эта мысль посылает дрожь по позвоночнику, не имеющую ничего общего со страхом.
Под горячими струями душа я пытаюсь осмыслить происходящее со мной. Одна ночь с Лукой Равелло — и я рассматриваю возможность перевернуть всю свою жизнь. Переехать к нему. Стать его... кем? Девушкой? Любовницей? Собственностью?
Последнее слово должно было бы меня встревожить, но вместо этого оно посылает пульс тепла прямо в сердцевину. То, как он смотрел на меня, касался меня, говорил со мной — будто я драгоценна, но при этом полностью в его власти — пробудило во мне то, о существовании чего я и не подозревала.
Я никогда не была покорной. Ни разу. Я дочь губернатора Джексона Мура. Меня воспитывали независимой, с сильной волей, чтобы я никогда никому не позволяла диктовать мне выбор. Но с Лукой все, чего я хочу — это сдаться. Отдать ему все, о чем он просит, и даже больше.
К тому времени, как я выхожу из душа, мысли в голове несутся галопом. Я оборачиваюсь полотенцем и направляюсь в спальню, где начинаю вытаскивать одежду из шкафа.
— Ты серьезно собираешь вещи? — спрашивает Зои с порога, на ее лице написано неверие.