Страж сумерек
Шрифт:
Школьный учитель! Эсбен Мерк добыл сокровища пустоши! Но тогда что забыл тут младший Тильсен?
— Мы пойдем, — утешил Кнуд Йерде. — Прощай, благородный Гери.
— Эй, а как же уговор?! — альв едва не подпрыгнул от такого коварства. — Ты дал слово!
— Я обещал, что заступлюсь перед Халльвардом, если вы вернете сокровища, и сделаю это. Но я должен убедиться, что юный Тильсен не околдован…
— Убедишься, меркман, — пообещал альв.
— Получишь ключ, альв, — в тон ответил Кнуд Йерде.
Он попытался приподнять котелок и охнул.
Не обращая внимания на рассерженного альва, они потянули посудину вдоль скалы.
— Пасть Фенрира! — донеслось в спину. — Мы договорились, ярл! Не забудь!
Тащить котелок было неудобно. Тяжесть оттягивала плечи, железная ручка больно врезалась в ладонь, да к тому же с каждым шагом в сторону дерева-виселицы темнота словно становилась плотнее. Еловые лапы цеплялись за плечи. Ларс с тоской вспомнил о ручном фонарике, что оказался в числе прочего разбитого троллем имущества.
— Накопили добра каменные головы — пробормотал Кнуд Йерде.
Ларс только шипел сквозь зубы. И как бедолага Мерк справился с такой тяжестью в одиночку? Или он был не один?
— Давайте помогу, — юношеский басок прозвучал смущенно. Ларс и Кнуд Йерде резко остановились и, не сговариваясь, выпустили ношу из рук. Котел бухнулся наземь.
— Давай Бьярне, — Кнуд Йерде запнулся, стирая с лица пот, — покажись.
Из густой тени, что скопилась под скалой, выступила высокая фигура. Звездный свет не мог рассеять ночную мглу, но рост и широкие плечи были знакомыми.
— Что ж ты без огня-то бродишь? — продолжил музыкант. — Точно зверь лесной.
— Я сейчас…запалю, — пробормотал парень. Послышалось звяканье огнива. Зажглась красная точка трута.
— А светлячка летучего тебе не полагается? — осведомился Ларс. — Или спичек?
Бьярне засопел, но ничего не сказал. Факел, который он держал в руке, наконец загорелся, осветив паренька.
— Красавец, — язвительно сказал Ларс. — Принц сказочный.
Щеки Бьярне зарделись спелой малиной — ярче красной рубашки, по вороту которой змеился речной жемчуг. Черный шелковый жилет и кожаные штаны, заправленные в высокие сапоги, преобразили юношу, превратив простоватого батрака в статного кавалера. Даже лицо сделалось строже — то ли из-за аккуратной прически, то ли из-за странного блеска во взгляде.
— Гляньте, гере Йерде, да он никак при оружии?! Совсем дворянин!
На кожаном, украшенном узорной пряжкой поясе Бьярне и вправду висела рапира с тяжелой гардой. Парень покосился на оружие и произнес:
— Зря вы насмешки строите, гере Иверсен…
— Зря?! — Ларс сжал кулаки. — Да я тебе сейчас накостыляю, умник! Ты что за балаган устроил? Сам сбежал, а семья отдувайся! Да как ты посмел родителей с малышней под заклятие подставить? Под колдовство? Под этот… «звездный полог»?
Бьярне опустил голову. Красавец кавалер нисколько не отличался от растерянного парня, которого недавно допрашивали в полицейском участке.
— Ну-ну, Ларс, — Кнуд Йерде
— А чего говорить? — пробурчал парень. — Любим мы друг друга, и весь разговор.
— Мы — это ты и…кто? — слегка растерянно спросил Ларс.
— Полагаю, та прекрасная дочь народа альвов, которую благородный Гери так непочтительно назвал «глупой девчонкой», — подсказал Кнуд Йерде. — И рискну опять-таки предположить, что девушка доводится близнецам близкой родственницей. Я прав, Бьярне?
— Сигне им сестра, — пробормотал обескураженный Бьярне. — А вы откуда знаете?
— Можно сказать, догадался, — ответил музыкант. — А дальше рассказывай сам. А то ты совсем запутался, как я погляжу.
— Ну, я же сказал — любим мы друг друга, — повторил Бьярне. Он уселся на землю, воткнув факел в щель скалы, и обхватил колени руками. — Я по весне корову искал, отвязалась скотина окаянная. Забрел тогда в самую чащу, до ночи бродяжил. И вдруг слышу, звенит — тонко-тонко. Ну, я пошел посмотреть, а она идет, и лучи лунные ей косы гладят, а в ленту крошечные колокольчики вплетены, и шаги такие легкие, что даже трава не колышется…
На круглой физиономии Бьярне появилась мечтательная улыбка. Он весь словно ушел в прошлое, перебирая воспоминания, как драгоценные камни.
— И что дальше? — мягко прервал его задумчивость Кнуд Йерде. — Вы познакомились и стали тайно встречаться?
— Ну да, тайно, — подтвердил парень. — Да с меня бы отец три шкуры содрал, если бы узнал. Это ж невиданное дело — человек и альв…
— Не такое уж и невиданное, — пробормотал Кнуд Йерде. — Итак, вы встречались?
— Ага, а чтобы не спрашивали, чего я в лес часто отлучаюсь, мы такую штуку придумали — она корову отвяжет, а я вроде как ищу. Так и шло, пока отец не вздумал в полицию заявить.
Лес, лунный свет, драка с чудовищем. И нежный перезвон на самом краю памяти…
— Она ждала тебя? В ту ночь на берегу? — быстро спросил Ларс. — У края леса?
Бьярне кивнул.
— Ждала. Не дождалась только, сами знаете, почему. Шел к одной, а пришел, — он наморщил нос.
— Вот почему ты оставил свой амулет, — проговорил Кнуд Йерде, — и почему не говорил, куда держал путь.
— А эта твоя возлюбленная, — Ларс не мог успокоиться. — Она не сказала тебе, что стряслось той ночью?
— Она сказала, что спугнула чудовище, что напало на человека, — Бьярне задумался. — И еще она потеряла зелье, которое помогло бы мне видеть ее мир. Она взяла его тайком и, наверное, обронила там, на опушке. Братья ее очень рассердились…
Значит, тогда он и подобрал ключ. Машинально сунул в карман…Что ж, с одной загадкой, пусть самой малой, разобрались.
— А когда ты вышел из тюрьмы и стал готовиться к свадьбе, вряд ли твоей прекрасной деве это пришлось по нраву?
— Да она меня знать не желала! Про Кару проведала и пропала! А мне эта свадьба, как нож острый к глотке! Прямо топись!