Стратег
Шрифт:
— Строимся, — снял на миг шлем командир, протёр пот на лысеющей голове. — Раненые остаются. Дилос, Никос, Гомер… остаётесь тут. Ваша задача — восстановить всех раненых.
— Хоу! — уже стоящие три бойца ударили себя кулаками в грудь, но продолжил говорить только Никос. — Можете тогда отдать приказ, чтобы всех раненых в одно место стащили? Быстрее восстановим и вернёмся в строй.
— Да, — кивнул сотник. — Линус, бери свою десятку, сделай, что попросил брат. Потом сразу строиться, замкнёте колонну.
— Да, командир, — ударил он себя кулаком в грудь и отошёл к своим бойцам.
— Строимся, я сказал! —
Тут же Легионеры зашевелились и направились на выход чуть быстрее, но не создавая толкучки. После начала битвы пустых домов оказалось множество, чем и пользовались сотни, отведённые на кратковременный отдых и восстановление. Также они формировали небольшой резерв, позволяя большему числу бойцов быть в тылу. Сотник понимал, что это для лучшего контроля ситуации, манёвра, возможности заткнуть дыру, но вместе с тем бойцам это преподносилось в первую очередь как забота о них. И они это ценили. В городских боях от большой толпы смысла нет. А вот от своевременно заменяемой небольшой группы, при введении в бой свежих сил, толку куда больше.
Семьдесят четыре воина вышли на улицу, затем ещё пятеро, остатки десятки Линуса. Сотник даже улыбнулся. Потери смертельные — всего двое, раненых не так много, хотя точно было больше. Командование озаботилось о том, чтобы бойцы могли выстоять, вернуться в будущем домой. Хоть далеко не всем, но артефакты богов позволили повысить боеспособность подразделений. По крайней мере именно так называли такое снаряжение обычные бойцы. Сотник знал их истинную природу.
— Готовы? — посмотрел на своих воинов командир, выйдя на улицу.
— Хоу! — почти дружно ответили они ему.
— Тогда вперёд!
Встав в середине строя, как это ему предписывалось новыми наставлениями, он направился вместе с отрядом вперёд. Он не видел всей картины, но первая десятка быстро передавала информацию, кратко, но достаточно информативно. Куда двигаться, все слышали, бой шёл не так далеко, не более двух стадий. Единственное — стоило опасаться засад: тех, кого не добили, тех, кто скрылся среди обычных горожан.
Несколько минут ускоренного марша, на быстрый бег не переходили, экономя и так изрядно растраченные силы, после чего с ходу поступил новый приказ — переместиться на соседнюю улицу. Начало колонны быстро развернулось, повело за собой всех бойцов, и, стоило им начать выходить из переулка, как началась драка.
— Прорыв! — донёсся крик бойцов в начале строя.
Тут же колонна начала перестраиваться в боевой порядок: моментально бойцы с мечами устремились вперёд, а только за ними бежали копейщики. Уже отработанная тактика, эффективная и смертоносная. Кто-то из ветеранов шёл рядом с легендарным Астером, впервые используя её.
— Хоу! — крикнул первый десятник.
Толчки щитами, сейчас сотник притворялся обычным бойцом, даже снаряжение ничем не отличалось. Его выявить могли разве только по возрасту. И он, как и все вооружённые копьями, был за спинами товарищей. Мечники, чувствуя поддержку сзади, сделали толчок, немного оттеснив прорвавшихся воинов, а копейщики, стоило врагу раскрыться, нанесли из-за спин союзников удар по афинянам. Сотник не был
— Шаг! — очередной толчок, кольцо окружения после прорыва оказалось разомкнутым, два строя спартанцев начали сливаться в один.
И даже в этот миг копейщики нанесли удар, а немногие с пиками завершили начатое.
Всего двух рывков хватило, чтобы перерезать немногочисленных афинян. Часть мечников сотни тоже оказалась ранена, пришлось выводить их из боя. Но из практически восьми десятков семь продолжали сражаться, сливаясь в единый строй со своими братьями из другой тысячи.
Сотник быстро осмотрелся, он знал, как определить такого же командира, едва заметные условные знаки присутствовали. Вот только среди бойцов, которых только что спасли от участи быть перебитыми, он не видел подобных себе. Только десятники, к одному из них он и обратился, благо тот был в «тылу» строя.
— Сколько вас? — старался говорить он как можно тише, что в условиях боя было затруднительно.
— Сто сорок! — рычал десятник. — Больше сотни раненых в соседнем… кхм… ХОУ!.. доме. Остальные из трёх сотен мертвы или выведены в тылы.
Командир поморщился. Просчитался. Три сотни бойцов понесли довольно большие потери, лишившись больше половины своих товарищей. Но теперь их совместных сил хватало, чтобы полноценно перекрыть улицу и держать строй, постепенно перемалывая силы врага.
— Приказы? — после очередного удара вновь спросил у десятника командир сотни.
— Держаться, пока не прибудет подкрепление и полноценная замена, — быстро, буквально тараторя, пояснил младший командир. — Вы до них… Хоу! Прошу простить, до них не дотягиваете.
— Нас прислали вас прикрыть, да, — решил тут же развеять сомнения десятника сотник. — Тогда командование беру на себя.
Менее опытный командир тут же согласился. Хоть его лицо и искривляла гримаса злости и воинственности, но в глазах можно было заметить облегчение. Меньше мгновения потребовалось сотнику, чтобы это понять. Но пока всё шло так, как надо, никаких корректировок не требовалось. Если стоять монолитом, то они будут продолжать стоять.
— Командир! — в строй влилось ещё несколько бойцов. — Все наши в строю!
— Отлично! — прорычал первый десятник, который имитировал командира сотни. — Шаг!
И вновь бойцы впереди толкнули врага, копейщики за их спинами отработали, а вот бойцы с пиками не успели. Град стрел начал сыпаться, из-за чего пришлось срочно закрываться щитами. Не все успели, кого-то зацепило, кого-то ранило, но строй моментально отреагировал, раненых оттянули, а на их место встали другие бойцы.
— Шаг! — вновь толчок вперёд, удар копьями и возврат на позиции.
Улица полнилась мертвецами. Такая тактика была хороша ещё тем, что афинянам буквально приходилось идти по своим же раненым и мёртвым товарищам. И чем больше их наступало, тем сложнее им было сражаться дальше. С крыш домов лучники время от времени обменивались прямыми выстрелами, из-за спин обоих строев целые отряды поливали друг друга смертоносным градом. Улицы Марафона буквально заливались кровью, омрачая столь славный город этой братоубийственной войной.
— Хоу-у-у! — донёсся восклик союзников откуда-то спереди.