Страна игроков
Шрифт:
Кроль не спеша достал из ящика стола сигареты, с удовольствием, как это делают завзятые курильщики, прикурил от своей громадной зажигалки и только после этого ответил:
– Обеспечить сохранность денег клиентов банка, в том числе частных граждан... Вы сами сказали по телефону, что сейчас вокруг наших служб ведется много разговоров. Из нас искусственно делают бандитов. Но, скажите, что плохого в том, что безопасностью коммерческих структур будут заниматься профессионалы?
– Он поднял свои сдвоенные, рачьи глаза на Виктора.
– Всем это пойдет только на пользу. Эту мысль нужно
Он и в самом деле не скрывал практически ничего, подробно рассказывал, как отбираются люди в службу безопасности, как они готовятся, как вооружены.
– Говорят, что вы занимаетесь также проверкой клиентов, сбором информации о них?
– спросил Ребров.
– На это у нас уходит даже больше времени, чем на охрану ценностей, помещений. Мы проверяем тех, кто желает взять деньги в банке, и разыскиваем тех, кто их не отдает вовремя.
– У вас, очевидно, обширное досье?
– Ну конечно, кое-какая информация у нас накапливается.
– На компании или частных граждан?
– И на тех, и на других, - спокойно произнес Кроль.
– И на журналистов?
Вопрос прозвучал иронично, хотя Ребров был уверен: если Рудольф Кроль уже давно связан с Шелестом, он не мог не отслеживать все то, что происходило вокруг компании "Русская нефть", включая нашумевшую статью Виктора. А уж если он эту кровавую бойню сам и организовывал, то тем более должен был держать ситуацию под контролем. Но спрашивать его об этом напрямую было глупо.
– На журналистов мы собираем информацию только в том случае, если они являются клиентами банка, - так же невозмутимо подтвердил начальник службы безопасности.
– Но при этом мы готовы, чтобы нас хорошо контролировали.
– Кто? Ваши же друзья из органов? Сейчас в России не могут наладить контроль даже за пересечением ее границ. И вы верите, что в таких условиях можно эффективно контролировать частные охранные структуры?
– Я верю только в одно: если вы положите свои сбережения в наш банк они останутся в целости и сохранности!
– Вы заставили меня серьезно задуматься над тем, где хранить свои деньги, - засмеялся Виктор.
Прощаясь, Рудольф Кроль так и не сдвинулся с места. Он не привстал, не протянул руки, а, как и при встрече, лишь кивнул. Поэтому для Виктора осталось загадкой, что же представляет собой нижняя часть тела начальника службы безопасности "Московского кредита": живая, жирная плоть или муляж, к которому приделана умная, хитрая голова?
И еще Ребров так и не смог понять: звонил ли Кроль Игнатьевой, чтобы выяснить, что Виктор за штучка? Ответ на этот вопрос, мучивший его в течение всего разговора с Кролем, он получил, лишь вернувшись в редакцию.
4
Когда Ребров зашел в комнату, Игорь проявил совсем не свойственную ему суетливость. Он вскочил с кресла, потом опять сел и, даже не поздоровавшись, выпалил:
– Тебе уже четыре раза звонила некто Игнатьева.
– Есть!!
– невольно вырвалось у Виктора, и он даже ударил кулаком по ладони.
– Получилось! Я достал ее!
– Насколько
– на всякий случай уточнил Игорь и, получив подтверждение, потрясенно развел руки.
– Коллега, на твоем месте я бы не медлил ни секунды. Она оставила свой номер.
– Эти женщины бывают такими надоедливыми, - раздраженно поморщился Ребров.
– Сколько можно мне его сообщать?!
Пока Стрельник отходил от этой наглости, Виктор взял с его стола бумажку с номером и уселся за телефон.
Игнатьева была на месте и, видимо, ждала его звонка.
– Здравствуйте, Виктор... простите, забыла ваше отчество... Владимирович. Как хорошо, что вы позвонили, - сказала она деревянным голосом.
– Мне очень нужно с вами встретиться.
Она разговаривала очень скованно, было такое впечатление, что рядом с ней кто-то находится или она боится, что ее телефон прослушивается.
– В любое время...
– обронил слегка озадаченный Ребров.
– Вы сегодня в шесть часов свободны? Тогда приходите на Тверской бульвар, туда, где мы с вами уже встречались. Помните? Прекрасно! Значит, до встречи.
– Что-то не так?
– поинтересовался Игорь, когда Ребров повесил трубку.
Виктор пожал плечами:
– Не знаю... Я вообще-то ожидал, что она мне скажет два-три крепких слова...
– Не беспокойся, у тебя, возможно, все еще впереди.
Ехидный Стрельник как в воду глядел. На Тверском бульваре Анна Игнатьева подошла к Виктору с такой решительностью, словно намеревалась сразу же влепить ему пощечину. В шесть часов вечера в ноябре было уже совсем темно, однако света уличных фонарей вполне хватало, чтобы понять, что она буквально кипит от ярости.
– Зачем вы все это делаете?!
– выпалила Игнатьева, от избытка чувств сжимая кулачки и топчась на месте, словно она босиком стояла на раскаленных углях.
– Каждый месяц-полтора, в самые неожиданные моменты, вы вторгаетесь в мою жизнь так же бесцеремонно, как... как работники домоуправления, которые отключают у меня горячую воду!
– Видимо, вспомнила о наболевшем. Это переходит всякие границы! Я впервые встречаюсь с такой наглостью...
Дальше могло последовать что-то еще более крепкое, забористое, поэтому Ребров быстро произнес:
– Я просто пытаюсь помочь вам преодолеть раздвоение личности.
Эту фразу он приготовил заранее, и она произвела необходимое впечатление. Игнатьева словно наткнулась на невидимую стену. Пытаясь понять смысл сказанных им слов, она нахмурилась и даже потерла пальцами лоб.
– Преодолеть раздвоение личности? Что за чушь вы несете?!
– продолжала кипятиться она.
– Вы можете более или менее внятно объяснить, зачем вы сказали Кролю, что мы с вами чуть ли не старые друзья?! Вы же подставили меня! Я либо должна была сообщить этому пауку, что вы - тот самый человек, который пять месяцев назад вывалял в грязи компанию "Русская нефть" и всех, кто там работал, либо скрыть это... Да, можете радоваться, я ничего Кролю не стала о вас рассказывать! Но теперь неприятности могут быть у меня!