Солнце на красном
Шрифт:
Затем он спрашивает меня о моей семье. Когда я рассказываю о своём муже, он замечает:
— То, что ты здесь, а не во дворце у тёплого моря, говорит о многом!
После этого я расспрашиваю его о здешней жизни и, наконец, задаю вопрос о выбраковке.
— Хорошо, — говорит Дар, — вот преступник и вот его жертва. На чьей ты стороне? Выбирай!
Я медлю с ответом, и он продолжает:
— Думаю, с умышленными убийцами и насильниками всё ясно. Но взять даже банальное воровство! Это не просто присвоение чужого, оно ещё и разрушает общину! Люди начинают подозревать друг друга, теряют доверие и чувство безопасности. А
Я опять молчу, и он говорит дальше:
— Да, согласен, не всё так однозначно. И если человек украл, потому что у него голодают дети, или нет денег, чтобы получить необходимую медицинскую помощь, его и виноватым-то считать нельзя. Но в нашем обществе подобные вещи в принципе невозможны! У нас все имеют равный доступ к ресурсам, а производство и распределение всех благ абсолютно прозрачно. Достаточно заглянуть в информаторий.
— Хорошо, — отвечаю я. — Если человек совершает преступление, не имея на то никаких объективных причин, но вполне сознательно отказываясь бороться со своими тёмными страстями, он заслуживает наказания. Но как быть с этой вашей выбраковкой тех, кто ещё ничего не совершил? Разве можно карать человека за неправильные слова?
— Но у нас не карают за слова! Напротив, если кто-то обратит внимание на то, что община в чём-то неэффективна, ошибается, и сообщит об этом — все будут ему только благодарны. Ведь он заметил и озвучил проблему, и теперь она начнёт решаться. Если же он, используя эту информацию, втихаря начнёт подбивать людей поддержать его в узурпации власти, разговор с таким будет короткий.
Видишь ли, Тэми, все граждане Союза Свободных Общин, разбросанных в поясе астероидов, с детства узнают правду о том, почему наши предки покинули родную планету, как им удалось выжить здесь и сохранить свою свободу. Эя ведь успела рассказать тебе некоторые вещи?
— Да, но…
— Любая властная иерархическая структура неизбежно становится агрессивной и рано или поздно приводит народ, на плечах которого она угнездилась, к войне! Ведь тот, кто привык подавлять своих ближних и присваивать их ресурсы, обязательно придёт к мысли: а почему бы не провернуть такое и с чужими? Тем более, все тяготы войны будут нести подчинённые. Все же выгоды от победы получат те, кто наверху. Ну, может, швырнут какую-нибудь подачку особо отличившимся в уничтожении врага. Ты хочешь жить в таком обществе?
Я вспоминаю Старый Айрин и то, как с помощью воздействующей на эмоции пропаганды и больших денежных выплат, а также социальных льгот типа бесплатного обучения в лицее или доступа к регенератору там заманивают людей воевать против нас. Вдобавок снабжая наложениями, которые подавляют страх и обеспечивают бездумное выполнение абсолютно любого приказа, даже самого бесчеловечного или толкающего на смерть самого же исполнителя.
— Нет! — решительно отвечаю я.
— Интересно получается, правда? Меньшинство принимает решения за большинство, и не несёт за это никакой ответственности! За их ошибки расплатятся те, над кем они властвуют. А повлиять на принятие решений, остановить даже откровенное безумство вышестоящих подвластное большинство
Он говорит абсолютно правильные вещи, — думаю я.
— Так вот, — продолжает Дар, — мы делали и будем делать всё, чтобы граждане Свободных Общин продолжали оставаться свободными и могли сами принимать все решения, определяющие их жизнь. И мы не потерпим среди нас тех, кто хочет возвыситься над остальными и жить лучше, чем они, за счёт присвоения ресурсов, которые должны в равной мере принадлежать всем!
— Но как быть с теми, кто не в состоянии принимать разумных решений? — спрашиваю я. — Например, у наших врагов на Старом Айрине большая часть общества просто-напросто не обладает достаточным для этого уровнем интеллекта и образования. А ещё у многих напрочь отсутствует совесть и чувство ответственности!
— А как ты думаешь, почему они такими стали?
— Сложно сказать, тут много причин…
— Нет, Тэми, тут всё просто! Те, кто у власти, вполне сознательно превращают своих подданных в недочеловеков! Думаю, будет лучше, если ты обсудишь это с Тео, он как раз здесь и будет рад с тобой пообщаться. Он знает изнутри все секреты Тех, Которые Велят, и расскажет тебе о технологиях, которые для этого используются.
— С удовольствием познакомлюсь с ним!
— У тебя остались ко мне какие-то вопросы?
— Кажется, нет.
— Тогда я позову дочь, и она даст тебе доступ к информаторию!
Эя приносит мне инт и учит им пользоваться. И опять я удивляюсь тому, сколько же сходства в наших технологиях.
— Доча, покажи Тэми, где она может найти запись нашего разговора для своих товарищей!
— Вообще-то для таких вещей у нас есть телепатия, — ответила я.
— Мне трудно понять, как вы можете так спокойно относиться к тому, что другие люди читают ваши мысли! — удивляется Дар.
— Мы разрешаем это лишь тем, кому абсолютно доверяем!
— И все же, у человека могут быть самые разные мысли… и чувства, — Согласующий делает многозначительную паузу.
— Если ты имеешь в виду то, что связано с интимной телесной сферой, с этим у нас не возникает проблем. Ведь наше информационное пространство не пробуждает в людях греховные страсти и, тем более, противоестественные влечения и не разжигает похоть. Да и в брак большинство вступает достаточно рано, поэтому никто особо не зациклен на таких вещах. К тому же ни один нормальный человек не станет заглядывать в эти области в чужом сознании.
Глава 36
Эя отправляется со мной, чтобы подключить к информаторию Райна и Дейна.
— Может, зайдём сначала к этому Тео? — прошу я.
Она соглашается и сворачивает в один из коридоров, что ведёт в жилую зону. Я просто сгораю от любопытства, желая поскорее взглянуть на человека, принадлежавшего когда-то к загадочной и могущественной касте Тех, Которые Велят.
Он выглядит, как типичный тану, разве что невысокий и худощавый. В его лице с удивительно живыми, добрыми и умными глазами есть что-то детское, да и выглядит он совершенно юным, больше 20 лет я бы ему не дала.