Солнце Бессонных
Шрифт:
Остановившись около дома, я не спешила выходить из машины. До послезавтра дома никого не будет, и меня пугала перспектива есть одной и слушать глухое эхо того, как моя вилка ударяется об тарелку. Но не могла же я просидеть здесь весь вечер. Моя меланхолия день ото дня становилась все темнее, но я пока еще не параноик. Я заставила себя вылезти из машины и войти в дом. Странно, но безжизненным он мне не показался. Играла музыка, в доме пахло едой и чем-то смутно знакомым.
Войдя в зал, мне пришлось за что-нибудь ухватиться, чтобы не упасть. Развалившись на диване, лежал Калеб. Заложив
Мне даже не нужно было спрашивать, чтобы понять - его приставили ко мне как няньку, так как родители отправились в Лондон по делам отца, а заодно навестить некоторых друзей. То, что здесь оказался Калеб, сказало мне о многом - ему они доверяли настолько, что оставляли меня с ним. Я была поражена. Неужели контроль Калеба так хорош?
– Ничего не скажешь?
– удивленно причмокнул губами Калеб и это, конечно же, заставило меня взглянуть на них. Я тяжело сглотнула и молча развернувшись, пошла на кухню. Кроме того, что у меня тряслись коленки от его присутствия, я была обижена на родителей - ни слова мне не сказали! Возможно, они подозревали, что я буду против. Но им ничего не известно о моем отношении к Калебу. Или все-таки известно? Самюель очень наблюдательна, а я не очень хорошая актриса. Уметь врать и уметь скрывать чувства - две разные вещи.
– Как интересно видеть тебя с закрытым ртом - даже в моих самых смелых мечтах такого не было, - Калеб явно потешался надо мной, но ничего, я тебе-то крылья подломаю, стервятник!
– А тебя вообще в моих мечтах не было и что?
Я торжественно усмехнулась, увидев, как его лицо вытянулось. Что, не ожидал?! А вот так тебе! Я хотела пройти мимо, но Калеб перегородил мне дорогу к холодильнику.
– Что, не удачный день?
– серьезно поинтересовался он, заглядывая мне в глаза. Я пропустила тот момент, когда должна была вдохнуть.
– День, неделя, месяц, год, - перечислила я, загнав ногти в ладонь, чтобы не позволить своей руке дотянуться до его густых, черных ресниц. Ну зачем парням вообще нужны такие длинные ресницы? Вопиющая несправедливость!
Я не была тщеславна, как Самюель, и критически относилась к своей внешности, но теперь мне казалось, что Калеб проявляет какой-то нездоровый интерес к моей персоне. Мы стояли друг к другу почти вплотную, и я была готова поспорить, что именно он придвигается ко мне. Но, понятное дело, все это глупости, он ни взглядом, ни жестом не показал, что я нравлюсь ему. А все его поведение можно было списать на рвение быть добрым ко мне. Несомненно, его мучила совесть за наш последний разговор, когда он привез меня домой.
– Пропустишь? Я хочу есть, - попросила я, найдя, наконец, в себе силы отстраниться от него. Выражение лица Калеба не изменилось, он отодвинулся, но продолжал внимательно следить за мной глазами. Он что думал, я решила отравиться, потому что меня оставили с нянькой?
Я чувствовала себя неловко, когда он столь внимательно наблюдал за мной. Что я ему, музейный экспонат? Мои руки тряслись от нервного перенапряжения, и я не решилась браться
– Тебе нечем заняться?
– раздраженно бросила я, оставив попытки, приготовить себе что-либо съестное, когда он так внимательно смотрит и провоцирует волнения в душе и теле. Я не видела его так давно, что, кажется, наступила передозировка его пребыванием рядом.
– Я тебе мешаю?
– полюбопытствовал он, и мне вообще перехотелось есть. Я вспомнила про еще один шоколадный батончик и печенье, оставленные в машине. Я обошла с другой стороны стола, чтобы не идти мимо Калеба. Он рассмеялся моей детской выходке, а я лишь думала, как бы поскорее оказаться на улице, и хоть немного успокоиться. Почему я не сидела в машине?
– Звонила Бет, - он проследовал за мной, и я с раздражением заметила его великолепную улыбку. Дверца плохо открывалась, и я гневно пнула машину. Конечно же, Калеб сразу отобрал ключи и, открыв замок, галантно отворил дверцу, мол, что тут сложного. Хотелось вопить и брыкаться. Как-то раньше я не замечала за собой особой кровожадности, видимо это было до знакомства с Калебом. Как можно быть таким... таким,... таким идеальным?
– Сказала, что ты организовала поездку в Лутон завтра.
Я тихо зарычала, не сомневаясь, что он услышит, ну и что, я дома и могу выразить свою злость как мне угодно.
– Неверная информация?
– допытывался он.
Я вылезла из машины, и, уже не сдерживая своей досады, впритык посмотрела на него. Видимо я действительно была зла, так как его красота не заставила меня забыть, что я намеревалась сказать.
– Точнее говоря, я собиралась поехать в Лутон одна, но Бет интерпретировала все по-своему.
– Но так как, вы все равно едете, можно ли и мне присоединиться?
Он говорил так вежливо, что я даже опешила. Это было ошибкой - затихнуть и посмотреть на него. Его глаза серебристо-стального цвета, притягивали меня, подавляли своей силой.
– Зачем ты спрашиваешь, по-моему, Бет и так тебя пригласила?
– с трудом смогла промямлить я, удивляясь, что вообще смогла сказать такое длинное предложение, не лишенное смысла.
Он молчал всего мгновение, и мне хватило этого времени, чтобы отвернуться и скинуть с себя оковы его очарования.
– Но ведь первоначальная идея была твоей.
– Первоначальная идея была совершенно другая: я и больше никого, ну, в крайнем случае, голос Бена Муди, звучащий из динамиков, - резко отозвалась я, и направилась назад в дом. Калеб не обгонял и не отставал, а подстроился под мой шаг. Мы оказались перед дверями одновременно, и он галантно пропустил меня вперед. Я же боролась с искушением хлопнуть дверью перед его носом. Мало ему, без разрешения посещать мои сны, мучить в мыслях, так он теперь и в жизни, не дает покоя!
Я боялась, что от такого близкого общения с ним, превращусь в подобие Оливье, с ее ревнивыми намеками и поведением. Не далее как сегодня, я чуть не ударила девушку Калеба дверьми, выходя из туалета, но даже не извинилась, злобно подумав, что нечего околачиваться под дверью. Потом я пожалела об этом, задумываясь, не схожу ли с ума?