Слепое пятно
Шрифт:
И все же Инна Александровна нервничала. Что-то было не так с этим молодым человеком. Какие-то неприятные ассоциации шевелились в глубине её памяти и никак не могли выплыть на поверхность. Она оглядела посетителя ещё раз. Длинное пальто из дорогой кашемировой шерсти. Под расстегнутым пальто - идеальный костюм клерка, белая рубашка, полосатый галстук. Удлиненное худощавое лицо - неожиданно загорелое для ноября. Дымчатые очки в деревянной оправе - по последней моде. Светло-пшеничные жидковатые усики. Усы светлые, а глаза черные. Не сочетается как-то! Блондин с черными глазами? Посмотреть бы, какие у него волосы, но их не видно - они полностью
«Молодой человек, головной убор в помещении нужно снимать!» - захотелось сказать Инне Александровне. Конечно же она не сказала этого. Вежливость с клиентом - атрибут обязательный.
Инна Александровна вовсе не была следователем на пенсии или тайным агентом ФСБ. Но двадцать пять лет работы с людьми приучили её оценивать людей, привычно классифицировать посетителей по видам и подвидам. Этот молодой человек не относился ни к какой из известных ей пород. Он пытался мимикрировать под «громилу вежливого, продвинутого», но Инна Александровна постоянно натыкалась на несоответствия и несуразности в его внешности и поведении, отмечала их автоматически.
Охранник, гаденыш, бродил где-то в дебрях разветвленного этажа. Скорее всего, трепался с девчонками-продавщицами из мебельного салона. Набрали охранников-сопляков, никогда их нет на месте. На этот раз она все-таки пожалуется директору. Сколько можно терпеть?
– Извините, Владимир… - Инна Александровна лихорадочно соображала, с чего начать.
– Вы говорили, что будете платить наличными…
– Ну да, конечно.
– Парень улыбнулся, положил свой чемоданчик на стол, открыл его. Пачки банкнотов лежали внутри ровными рядами. Больше в большом «дипломате» не было ничего.- ни единой бумажки.
– Я понимаю, что это не совсем правильно - платить наличными деньгами, - сказал парень.
– Но так сложились обстоятельства. Я думаю, что в будущем наша фирма э… как это сказать… подружится с вашей фирмой, и мы будем покупать ваши медикаменты за неналичные деньги. Нам будет очень приятно работать с вами.
Парень старательно выговаривал сочетания слов, которые, похоже, выучил совсем недавно. Вряд ли он хоть что-то понимал в безналичных платежах. Ну и ладно. Инна Александровна вдруг успокоилась. Все ясно. Молодой человек только осваивает новую профессию. Может быть, это - первый его заказ. Это ему надо нервничать, а не ей.
– Все в порядке, - сказала Инна Александровна.
– Ваши медикаменты лежат вон в той коробке. Документы я подготовила, осталось их только распечатать. Партия у вас относительно небольшая, но получилась очень дорогой, потому что некоторые препараты…
– Это все равно, - сказал парень.
– Я дам денег сколько нужно. Вы посчитайте. Деньги - это все равно.
Все равно ему… Богатый какой! Инна Александровна произвела калькуляцию, напечатала на принтере все, что положено. Назвала клиенту сумму. Харченко подвинул к ней открытый дипломат.
– Возьмите сколько надо, - сказал он. Инна Александровна взяла пачку сторублевых купюр в нетронутой банковской упаковке, показала её парню:
– Владимир, скажите, пожалуйста, какая сумма в этой пачке?
– Много, - сказал Владимир.
– Я так думаю, что много.
– Вы что, считать не умеете?
– Инна Александровна вытаращилась на него с окончательным недоумением.
– Считать - это ваше дело. Я хочу, чтобы вы сами взяли сколько нужно. Я доверяю вам.
Она отсчитала нужную
Потом она побрела к сейфу, открыла его, положила туда деньги… Где, где, где этот чертов охранник, думала она. Она чувствовала затылком сверлящий взгляд посетителя. Вот сейчас-то все и произойдет. Он стукнет её чем-нибудь тяжелым, проломит ей череп, потом заберет все деньги и спокойно уйдет. Она вдруг поняла, почему нет охранника. Этот долговязый уже убил его. Убил, закопал, на дощечке написал… Хотя что он мог написать? Он же неграмотный…
Сейф мягко захлопнулся. Инна Александровна обернулась, совершенно мокрая от пота. Парень сидел в кресле, положив ногу на ногу, и рассматривал - не читал, а именно рассматривал - один из рекламных проспектов. Держал его вверх ногами.
– Все, - произнесла Инна Александровна чужим голосом.
– Вы можете забирать свои медикаменты, Владимир… извините, не знаю, как вас по отчеству. Все оформлено.
– Нет, не все, - сказал человек, и ноги Инны Александровны едва не подкосились от этих слов, таких вроде бы простых и невинных.
– Совсем не все.
– Что же еще?
– пискнула она.
– Я хочу узнать кое-что очень важное для меня. Я буду задавать вам много вопросов про эти лекарства. Я запишу кое-что в свой записной блокнот. А потом уйду.
– Хорошо… - Инна Александровна с трудом перевела дыхание.
– Пожалуйста, спрашивайте. Я постараюсь ответить.
И он начал спрашивать. Вопросы, как и следовало ожидать, оказались крайне странными, порой просто дикими. Человек, покупавший лекарственные препараты, не имел ни малейшего понятия не только о фармакологии, но даже о прописных истинах химии и биологии, известных любому, закончившему среднюю школу. Он упорно называл содержимое ампул «эликсиром», а драже - «волшебными камушками». Он распотрошил всю свою коробку, выкладывал медикаменты на стол один за другим и спрашивал, спрашивал, спрашивал. И черкал при этом что-то в записной книжке, обтянутой дорогой натуральной кожей.
Сколько длилась эта пытка? Судя по часам, минут двадцать. Наконец парень положил свою записную книжку на стол, убрал ручку в карман и сказал:
– Я доволен, Инна Александровна. Я очень доволен. У меня осталось ещё только два вопроса. Про два последних лекарства. Но эти вопросы - самые важные…
Он поставил на стол коробку и начал складывать медикаменты обратно - тщательно, аккуратно.
Его записная книжка лежала открытой на столе. Инна Александровна обомлела, когда увидела то, что там написано. Не русский язык, не английский алфавит, не даже что-нибудь грузинское или арабское. Палочки и треугольные значки. Что-то совершенно непонятное…
И в то же время очень знакомое. Инна Александровна интересовалась историей. Она предпочитала исторические книжки женским романам. Она узнала эти значки. Клинопись - вот что это было такое. Шумер, Вавилон, Ассирия… Ассирия. Сирия. Сириец.
О боже. Сириец!!! Она наконец-то узнала это лицо. Мысленно отлепила от него приклеенные усики, сняла очки и получила портрет, столько раз мелькавший на телеэкранах.
Два месяца о нем не было слышно. Изрядно перепуганный нижегородский обыватель успокоился, решил, что опасный маньяк исчез навсегда, и начал забывать про Сирийца. Но Инна Александровна не забыла.