Слепое пятно

Плеханов Андрей Вячеславович

– Ты не знаешь обо мне ничего.
– Хадди поднял голову и посмотрел девушке в глаза.
– Я не убийца. Я - воин. Эти люди напали на меня, и я защищался. Я не виноват в том, что они оказались так слабы. Один из них был настоящим воином, но… Я был сильнее, и он умер. Я воин, Милена. Непобедимый воин. И те, кто достаточно умен, чтобы в трепете склонить предо мной колена, живут. Те же, кто пытается убить меня, погибают сами.

– А эта девушка? Зачем ты искалечил ее?

– Я просил её молчать. Не звать на помощь. Она должна была помочь мне, и после этого я отпустил бы её. Как отпустил смешного послушного старика. Она начала кричать. Я должен был

отрезать ей язык, но я не сделал этого. Почему-то я пожалел её. Я только лишил её возможности кричать.

– Чем? Своим железным когтем? Покажи мне свое оружие.

– Смотри.

Хадди сделал неуловимое движение правой рукой, и из среднего пальца со щелчком выскочило стальное, слегка загнутое лезвие - острое и блестящее. Еще одно движение - и лезвие спряталось. Милена взяла Иштархаддона за руку и внимательно осмотрела его палец. Почти ничего не было заметно - только небольшой мешочек из кожи телесного цвета, прикрепленный к пальцу сбоку.

– Ты просто Фредди Крюгер, - сказала она.

– Кто это?

– Да так, один тип. Тоже убийца. Маньяк. Только он ненастоящий, придуманный. А ты - настоящий. Живой.
– Милена провела пальцами по мощной руке Иштархаддона и вдруг, неожиданно для самой себя, повалила Хадди на кровать и прижалась лицом к его широкой груди.
– Хадди, Хадди… Если я нападу на тебя, ты убьешь меня?

– Убью, - неуверенно сказал Иштархаддон.
– А может быть, и не убью. И даже не накажу. Не знаю… Ваша изнеженная страна как-то странно действует на меня. Плохо действует. Я никогда не убиваю людей из-за желания убивать - просто я знаю, что нужно поступать именно так, ибо так говорят законы, данные нам богами. Я никогда не задумывался, хорошо это или плохо - убивать. Потому что если я не убью врага, то он убьет меня. А здесь, в вашей Дикой стране, все по-другому. Вы считаете, что каждый человек может делать все, что захочет. Единственное, на что он не имеет права, - причинять боль другому. Вы все равны - от слуги до господина.

– Ну ты загнул! Так уж прямо и равны…

– Равны!
– упрямо повторил Хадди.
– Ты не представляешь, девочка Милена, что значит неравенство. Настоящее неравенство, священное и справедливое неравенство, узаконенное волей богов. К примеру, женщины: в нашей стране есть жены Благородных, жены людей, дочери людей. Есть рабыни. Раньше были также и блудницы, но шестьдесят лет назад великая Иштар приказала убить всех блудниц, и блудниц убили, принесли в жертву, остались только жрицы любви. Милена, я не знаю, к какому сословию ты принадлежишь, - ты живешь как дочь человека, благородна как жена Благородного и искусна в любви как жрица Иштар. Никогда в нашей стране ты не смогла бы жить так свободно. Никогда… Жена человека может стать рабыней, если человек не сможет отдать долги и будет продан в рабство. Но никогда дочь человека не поднимется до жены Благородного.

– Когда-то и в нашей стране было все так, как ты говоришь, - задумчиво сказала Милена.
– Очень давно. В древности. Я изучала историю в институте. И я ещё не все забыла.

– Я знаю, почему ваша страна живет именно так, - сказал Иштархаддон.
– Я знаю, почему ваша страна так не похожа на нашу.

– И почему же?

– Ваши боги. Они совсем не похожи на богов Обитаемого мира. Они другие. Мне кажется, что они добрее наших богов. Наши боги - Ашшур, и Иштар, и Зевес, и Гера, кои царят над Элладой, и Ангро-Манью[ А н г р о - Манью - в древнеиранской мифологии глава сил зла, тьмы и смерти.

] персов, и все прочие - они не могут быть добрыми.

Потому что тогда народ, ведомый ими, изнежится, и станет слабым, и будет завоеван и угнан в рабство. Боги Обитаемого мира грозны и справедливы. Справедливость богов состоит в жестоком выполнении законов, данных ими. Неповиновение карается увечьем или смертью или, ежели прегрешение незначительно, каторжной «царской работой». Ибо людей много, и плодятся они быстро, и ценность людей ничтожна. А стран мало, и каждая страна боится пасть и стать частью другой страны. Так уже было не раз. И больших трудов стоит богам воссоздать вновь свою загубленную страну, и возродить народ, и отстроить её из руин, дабы снова сделать её сильной. Как зовут бога вашей страны, Милена?

– Бога?
– Милена задумалась.
– У нас большая страна. У нас много богов. Есть просто Бог, а ещё Аллах, а ещё Будда, и Кришна, и всякие-разные другие.

– Неправда.
– Иштархаддон покачал головой.
– У одной страны может быть только один бог. И одна богиня - жена бога. В нашей стране это Ашшур и Иштар. А в Египте, например, - Амон и Нейт. Иначе и быть не может. Потому что страна - это главная ипостась бога. А люди - лишь воины, предназначенные для защиты этой страны. Войны ведут не люди. Войны ведут боги. И сопротивляться воле богов - значит перестать быть человеком.

– Понятно.
– Милена отстранилась от Иштархаддона.
– Хочешь, я расскажу тебе про главного бога нашей страны? Его имя - Иисус Христос. Он действительно добрый. Очень добрый - гораздо добрее самих людей. Он принес в наш мир любовь. Знаешь, что гласит одна из его главных заповедей? «Не убий!» А ещё он сказал: «Если тебя ударили по правой щеке, то подставь левую».

– И ты веришь в такого бога?
– озадаченно спросил Хадди.

– Верю, - сказала Милена.
– Ну, если честно говорить, - она замялась, никакие там обряды и в церковь не хожу. Но я думаю, что это не обязательно. Главное - я верю, что он есть. Он хороший. И он простит меня за то, что я грешу и что-то не так делаю. Он всех прощает.

– Ваш бог слаб!
– вынес свой вердикт Иштархаддон.
– И он не сможет защитить вашу страну. Вас спасает только то, что в вашем изнеженном мире нет войн.

– Да ну тебя!
– Милена оттолкнула Хадди, спустила ноги с кровати, одернула халат. Никогда её не волновали вопросы религии, а тут вдруг она возмутилась, обиделась за своего Бога.
– Что ты заладил - «войны, войны»… Есть у нас войны. Постоянно кто-то друг с другом воюет. Только боги тут ни при чем. И уж особенно Иисус ни при чем. Это сами люди виноваты. Не живется им спокойно. Ты зачем пришел сюда, Хадди? Посмотреть, что в этой стране можно завоевать? Выкинь это из головы. Я не знаю, откуда ты взялся, из какого такого отсталого мира, но я думаю, что всю армию вашей страны одна наша дивизия перестреляет за пару часов. Вот, полюбуйся!

Она схватила дистанционный пульт и начала перебирать каналы телевидения, пока не нашла нечто подходящее. Фильм о Великой Отечественной войне. Кино советских времен - добротное, с массовыми батальными сценами, страшными в своей реалистичности. Пламенный ад царил на экране. Солдаты с криками бежали в атаку, стреляли, убивали и сами умирали десятками и сотнями. Тяжело ухали пушки, разрывы снарядов взметывали в воздух тонны земли, валя огромные деревья как соломинки. «Катюши» с воем выпускали в небо огненные залпы - один за другим. Бомбардировщики утюжили все это сверху, посыпая смертоносными бомбами, и ревущие штурмовики заходили в крутое пике…