Шабаш
Шрифт:
— Эх, только бы продукты переводить! — всплеснул руками Звездочет. Он наклонился, чтобы поднять с пола выкатившийся огурчик.
— Не трожь! — произнесла старуха страшным голосом, и Звездочет испуганно отдернул руку.
— Выйдите все вон! — приказала она с таким королевским жестом, что никто не посмел ослушаться.
— Я думал сочиняют, — сказал Принц, прислонившись к замковой ограде, — но теперь вижу: страдания, и в самом деле, возвышают душу.
— Посмотрим сам замок, — вместо ответа предложила ведьмочка, не склонная
Из приоткрытых дверей, как и в прошлый раз, пахнуло плесенью и пылью. Сонная тишина встретила их за порогом. Ведьмочка посмотрела на Принца, а Принц на нее, и, не сговариваясь, кинулись они в Тронный зал.
Они взбежали по лестнице и замерли в дверях. В зале не осталось ни одной целой фигуры, будто армия злобных обезьян промчалась здесь, разрушая все на своем пути. Принц, задевая обломки, бросился к Вандея. Ее ведьма ломала яростно и старательно, так что статуя превратилась в каменное крошево. Принц упал на ступени возле нее. Подбежала ведьмочка. Остановилась рядом.
— Все зря! — прошептала она и, словно обессилев, рухнула на ступеньки.
Они долго и горестно молчали, сидя рядышком и касаясь друг друга локтем. Оба они думали об утраченном. Гибель Вандеи убила надежду собрать карту и покинуть этот мир. До этого момента ведьмочка не признавалась себе, что эта мысль теплиться в ней, отводила себе глаза надуманными отговорками. Теперь же она поняла, какой занозой сидело в ней тайное желание вырваться отсюда. И кто его знает, в чем именно был дефект: в самой ли сути ведьмочки, которую не сумели перекроить на свой лад строгие наставницы, или же в несовершенстве окружающего мира, который вызывал стихийный протест собственным бытием у существ, населяющих его. Этот вопрос мы скромно обойдем молчанием, как не самый уместный для нашей истории.
Наконец ведьмочка пошевелилась, разрывая тугие путы внезапно обрушившегося горя. Принц тут же поднялся. И они, не сговариваясь, покинули Спящий Замок, чтобы уж никогда боле не переступить его порога.
Старуха уже прибралась в сторожке и сидела за столом со Звездочетом. Они пили чай вприкуску с сахаром и мирно беседовали, а на столе стояли рядышком два пустых стаканчика. При появлении Принца и ведьмочки, старуха обернулась и по расстроенному виду вошедших угадала истину.
— Ведьмы в замке все перебили? — спокойно поинтересовалась она.
Принц кивнул и опустился на деревянную лавку. Старуха только грустно вздохнула.
— Все пропало, — мрачно проговорил он. — Теперь уже никогда не собрать карту, никогда не выбраться из этого мира.
— Эхе-хе! — выдохнул старик. — Молодо-зелено! Эхе-хе! Ты погоди убиваться-то.
— Чего уж тут, — ответил Принц. — Не утешай! Уйду в горы, построю себе хижину и стану жить. Пойдешь со мною, ведьма?
Ведьмочка, сидевшая понурив голову, вскинулась, хотела ответить, но ее перебил Звездочет.
—
— Угу, не случилось, — вздохнул Принц. — Ее даже за тысячу лет не склеить!
— Цела она и невредима, говорят тебе! — визгливо закричал старик, теряя терпение.
Ведьмочка дернула его за рукав, останавливая. Она уже давно, буквально с первого дня, подозревала, что старик малость не в себе. А в таких случаях, если пиявки решительно не помогают, лекарки советовали не перечить больному.
— Да мы же видели! — возразил Принц.
По этой реплике можно догадаться, что разрушенный Замок произвел на него большее впечатление, нежели показывало миру бесстрастное лицо. Ведьмочка дернула его за рукав еще раз и прошипела неразборчиво на ухо совет замолчать. Принц на этот раз послушался, и отвернулся в сторону.
— Да вот же она, Вандея, прямо перед тобой сидит!
Принц покосился на старика, губы его дрогнули, будто собирались произнести какие-то слова, но в последний момент он передумал и опять отвернулся к окну.
— Эх, вы, дубины, вы, дубины! Тоже мне! не можете отличить обыкновенного истукана от колдуньи. В особенности ты, ведьма! Снимай-ка ты свой серый балахон, бери хворостину и иди-ка паси гусей, как твоя мамка!
Старик говорил так, что убеждено. Принц искоса взглянул на него: разыгрывает? Нет, не похоже. Укоризненно качает головой. Но как же?… Он толкнул в бок ведьму.
— Докажи, что ты Вандея! — нахально потребовала та. — Сотвори какое-нибудь волшебство! К примеру, освободи Лучану!
Ведьмочка знала, о чем просила. Никто, кроме четырех волшебников, в этом мире не мог сотворить настоящих чудес.
— Ну же?! — она вскочила и скрестила руки на груди, видя заминку.
А старуха смутилась. Глаза ее беспокойно забегали, зашарили по углам комнатки, она теребила в руках кончик шейной косынки.
— Эх-хе-хе! — вздохнул Звездочет. — Верить нужно людям больше. Говорят вам — это Вандея!
— Не можешь! — воскликнула ведьма и уперлась руками в бока.
— Могу! — смущение старухи вдруг прошло. Она вскочила, бросилась к кровати, вытащила из-под нее сундук, из него мешочек, развязала тесемки, и на стол высыпались несколько кусочков карты.
— Вот! — гордо проговорила старуха. — И кто, по-твоему, поддерживает замок в рабочем состоянии?!
Ведьма протянула руку, дотронулась до теплого, твердого кусочка. Без сомнения, настоящий.
Час спустя страсти улеглись, Вандея напоила всех чаем и куда-то вышла. Принц сидел очень задумчивый и грустный.
— Ну, что опять?! — с некоторым раздражением поинтересовался у него Звездочет.
— Но она такая красивая была! — мечтательно протянул Принц.
— Чего же ей быть не красивой! — передразнил его Звездочет. — Это скульптурное изображение Вандеи тысячу лет назад.