Шабаш
Шрифт:
— А, вон о чем мечтаешь! Ну-ну, мечтай, мечтай! — и старик перевернулся на другой бок.
Некоторое время было тихо. Потом старик сел и проговорил громким шепотом, играя лицом:
— А она-то, как? Ничего?
— Не знаю. Она капюшон не снимает.
— Уродина, наверное, стесняется.
— Не думаю, — быстро проговорил Принц.
— Красавица?! — и старик подмигнул самым похабным образом.
Принц смутился, пожал плечами.
— А, давай поглядим на нее, — предложил старик.
— Капюшон снимем? Нельзя! Она же не хочет!
—
— Нельзя! — попытался остановить его Принц.
— Брось! Неужели не интересно?! Уродина или красавица? Красавица или уродина? — похихикивал Звездочет, притягивая к себе сучковатую палку. — Ты дров в костер подбрось, чтобы светлее было!
Принц послушно подбросил дров, повторяя:
— Нельзя же так! Нельзя!
Однако с каждым разом в голосе его звучало все меньше и меньше уверенности. Звездочет лег на живот, потянулся палкой к ведьмочке. Она спала, свернувшись калачиком, по-детски положив кулачок под щеку. Звездочет, высунув кончик языка от старания, подцепил палкой край ее капюшона и немного приподнял, но рука дрогнула, и капюшон упал обратно. Ведьмочка вздохнула во сне. И Принц и Звездочет замерли, но она не проснулась и дышала все так же ровно. Звездочет потянулся палкой в другой раз. Из-под капюшона показались густые черные волосы, а под ними… Ведьмочка вдруг оттолкнула палку рукой и резко села. Принц и Звездочет упали на землю, притворяясь спящими. Ведьмочка чихнула, потерла глаза, смутно оглядела костер и своих неподвижных спутников, тревожно обежала глазами лес, но не найдя никаких признаков опасности, успокоилась.
— Чего же я проснулась? — спросила она сама себя.
Подумала еще, покачала головой, собрала длинные волосы, закрутила их в узел, натянула капюшон на лицо и улеглась обратно. Вскоре опять послышалось ее тихое дыхание, но Принц и Звездочет еще долго лежали, боясь пошевелиться, и переваривая увиденное.
Глава 21
Они решили не возвращаться в Краеград, где их, наверняка, будут выслеживать ведьмы, а прямо, через лес, выйти на Заброшенную дорогу.
Шагать по сосновому бору было приятно. Под ногами пружинили бурые иголки, то и дело попадались кустики брусники и грибы. Солнце ложилось веселыми пятнами на коричневые стволы, на мшистую землю. Звездочет покачивался на смирном ослике, раскупорив новый винный мех. Принц вел лошадь на поводу, часто нагибался за крепким грибом, срезая его ножом и складывал в седельную сумку. Ведьмочка, выломав палку, шла рядом. Они продолжали давний разговор:
— Почему ведьмы так относятся к людям? — переспросила она. — Люди жадные. Они ничего не понимают и плохие соседи. Ни один бешеный волк столько вреда не причинит, сколько человек. Как же нам относится к ним?
Принц про себя усмехнулся, отметив это «они», как будто ведьмочка не относилась к роду человеческому.
— Но почему остались только
— Вампиры, демоны и прочая нечисть тоже не подарки! Эти вообще поделили мир на области и охотились на людей: одни днем, другие ночью, третьи — и днем, и ночью. Что было делать?
— Вампиры, демоны — ладно, а безобидная нечисть?
— Под горячую руку попали. Кто их тогда разбирал? И вообще, это все ерунда. Ты, Принц, вот что — верни мне карту!
Принц с усмешкой покачал головой.
— Нет, не верну.
— Слушай, я же отдала ее тебе только на хранение!
— Молодец! Только все равно не верну.
Обиженное выражение лица ведьмочки скрыл капюшон. Она ускорила шаг, но Принц поймал ее за руку.
— Карта у меня в сохранности будет. Слово тебе даю, что как только мы отыщем Вандею, она исполнит ровно столько твоих желаний, сколько твоих кусочков карты. Демоны никогда не нарушают своего слова. Помнишь?
— Ты демон только на половину, — буркнула ведьмочка и вырвалась из его рук.
К вечеру второго дня, как и говорил Гурий, Заброшенная дорога уперлась в каменную арку, изукрашенную истертыми и почти не видимыми древними письменами.
— Такая же у владений Лучаны, — сказал Принц, задумчиво морща лоб.
— Тут ночуем, — распорядилась ведьмочка в своей обычной приказной манере.
— А с чего это нам тут ночевать? — сварливо поинтересовался Звездочет. — Ты вокруг-то оглянись: место голое, ни лесочка, ни ручейка. Поедем дальше, вон там, рощица, — ткнул старик рукой вперед через Арку.
— Через Арку нужно проехать на заре и двигаться за солнцем. Так сказал Гурий, — возразила ведьмочка нетерпеливо.
— Купец, купец! Ты не забыла, что он вас ведьмам продал?
— Не забыла, — буркнула ведьмочка, сердясь. — Но я чую — в этот раз он не соврал.
— Чего бы ему говорить правду? — не унимался вредный старик.
— По ошибке! — отрезала она.
Принц усмехнулся и соскочил с лошади.
— Здесь остановимся, — оборвал он спор. — И пока светло, Звездочет, привези-ка дров из лесу, а мы поищем воду.
Они спокойно переночевали у Арки, ничто не потревожило их, и с первым светом собрались в дорогу. Розовое, словно заспанное солнце, показалось краем между двух гор, и все это вписывалось в проем Арки, будто картина.
— Красота-а! — протянул с неожиданной мечтательностью Звездочет.
— Нам за солнцем — на восток, — сказала ведьмочка деловито.
Принц молчал, похлопывая лошадь по шее, смотрел на равнину. Она была небольшой, почти круглой, запертой с трех сторон невысокими, густо поросшими лесом отрогами Неприветливых гор. Дорога сероватой полосой бежала по ней точно на восток и терялась, где-то там, между горами. Над маленькими рощицами, тут и там раскиданными, взвивались вспугнутые птицы. Стада оленей замирали и напряженно следили за чужаками. Откуда-то из кустарника доносилось похрюкивание кабанов.