Сердце ведьмы
Шрифт:
– Что ты делаешь?!
– Переодеваюсь, – прошипела я.
Моя рука дернулась, и сорочка сползла чуть ниже, закрывая горящее от смущения лицо. Я попыталась проскользнуть дальше и с ужасом поняла, что застряла. Положение – хуже не придумаешь. Я стою в одной комнате с Крессом с натянутой на голову ночнушкой и не могу ничего сделать.
– Тебе помочь? – хриплым голосом уточнил Кресс.
Я задергалась в два раза яростнее, но лишь сильнее запуталась. К счастью, подол сорочки скользнул вниз и теперь прикрывал мою грудь. Ситуация стала чуть менее унизительной. Стараясь не поддаваться
С моих губ сорвался изумленный вздох. Он послужил сигналом для инквизитора. В следующее мгновение горячая ладонь Кресса легла мне на живот. Вторая скользнула по обнаженной спине, забираясь под сорочку, и принялась распутывать мои волосы.
– Что ты делаешь? – воскликнула я, слепо кидаясь в сторону.
Меня тут же подхватили и вернули на место.
– Помогаю тебе, глупая ведьма, – фыркнул мне на ухо инквизитор. – Стой смирно, не то порвешь сорочку!
Я замерла, обиженно сопя. Перед глазами была белая плотная ткань, полностью лишающая меня возможности видеть. Кресс неторопливо распутывал волосы, разворачивал закрутившиеся рукава и натягивал сорочку все ниже и ниже.
По коже побежали мурашки. Я боялась пошевелиться, но моя неподвижность мало помогала. Инквизитор все равно задевал меня. Я чувствовала невесомые прикосновения пальцев к коже, едва ощутимые поглаживания в тех местах, где руки начали затекать. А еще мы стояли непозволительно близко. Крессу приходилось наклоняться, чтобы поправить сорочку с другой стороны, и мой бок касался его оголенного – до сих пор! – торса.
Пытка продолжалась бесконечно долго. Хотя я готова была поклясться, что Кресс торопился изо всех сил, чтобы наконец оттолкнуть меня. Он же ненавидит ведьм. Думаю, на вызволение меня из плена тонкой ткани ушло от силы несколько минут, показавшихся нам обоим вечностью. Кресс отстранился, тяжело дыша, будто его заставили пробежать марафон, а не натянуть на глупую ведьму сорочку.
Я, пунцовая от стыда и унижения, посмотрела на него. Его черные глаза блестели в пламени свеч. Все мое тело горело, будто обжигающие пальцы Кресса до сих пор танцевали на нем. И, видит милостивая Истле, отправить меня на костер было куда милосерднее, чем в объятия инквизитора. Но у судьбы на нас были другие планы.
Глава 23
– Я еще юбку не сняла, – напомнила я.
Кресс поперхнулся воздухом. Не знаю, о чем он думал в тот момент, но моя фраза явно была истолкована неверно. Я сложила руки на груди и выгнула одну бровь. Если бы не пламенеющие щеки, уже сравнявшиеся по цвету с волосами, мой вид можно было бы счесть возмущенно-высокомерным.
– Хорошо, – хрипло произнес Кресс.
И остался стоять рядом со мной. Даже глаза не соизволил прикрыть!
– Эй! – раздраженно бросила я. – Подглядывать неприлично. Я отвернулась, когда ты попросил.
– И спустя пару минут запуталась в рукавах собственной одежды. В этот раз я лучше прослежу, чтобы с тобой ничего не случилось.
– Это неприлично.
– Я слышал, ведьмы летают голыми на метле. Ты сама говорила,
– Я не летаю на метле, – фыркнула я. – Даже голая в пруду не купаюсь. Так что отвернись.
– Может, тебе показать, где у юбки завязки? – широко улыбнулся Кресс. – Чтоб уж наверняка получилось ее снять.
– Господин инквизитор, у вас пугающе большие познания в области женской одежды. Вот уж не подумала бы, что вы такой любитель ее носить.
– Не носить, – лаконично ответил Кресс. – Снимать.
И он отвернулся, пока я хватала ртом воздух в попытках отыскать в голове какой-нибудь колкий ответ. Снимать! Ну и кобель!
Проглотив вертящиеся на языке оскорбления, я все же стащила с себя юбку и чулки, сложила их красивой стопочкой на ближайшем стуле, где уже висела неряшливо брошенная рубаха Кресса. Повинуясь старой привычке наводить в доме порядок, даже когда этого не просят, я встряхнула одежду инквизитора и аккуратно свернула.
Когда я обернулась, Кресс пристально смотрел на меня. Я узнавала этот взгляд, полный недовольства.
– Что на этот раз? – вздохнула я. – Если что, я не пыталась тебя отравить или околдовать. С первым ты прекрасно справишься сам, нажравшись миртовых настоек собственного производства, а на второе мне временно не хватает магии.
– Возможно, ты станешь обычной, – тихо произнес Кресс. – Тогда Ру и Орден тебя не тронут, даже если изначально хотели.
– Тогда что не так?
– Твоя сорочка, – сообщил Кресс и поджал губы.
Я оглядела себя. Ну, допустим, ткань слегка помялась, а кружевные вставки излишне кокетливы. Однако других вариантов не было. Я пожала плечами.
– Можешь отдать мне свою, – заявила я. – Раз эта не нравится.
– Твоя слишком короткая, – объявил Кресс. – Нужно купить другую, длинную.
– Как саван? Чтобы было, в чем меня прикопать? И вообще, ведьмам нужны короткие сорочки, чтобы было удобнее на метле кататься.
– Хватит, Тарья, – устало вздохнул Кресс. – Просто ложись в кровать. Утром купим тебе что-то приличное.
Я прошлепала босыми ногами по полу и скользнула под пуховое одеяло. Помнится, с утра его не было. Неужели инквизитор для меня расстарался?
Прервав мои размышления, Кресс бросил на кровать меч, двуручник, который был почти с меня ростом! Я даже не знала, какой вопрос задать первым: откуда у Кресса в спальне эта махина или зачем ему понадобилось укладывать меч баиньки. Однако и то, и другое быстро перестало меня волновать. Кресс, даже не подумав натянуть на себя рубашку, улегся на кровать.
– Да чтоб тебя! – ругнулась я и попыталась скатиться с кровати.
Этот благородный порыв быстро пресекли. Кресс притянул меня к себе – и мечу! – поближе и заявил:
– Не ложись так близко к стенке. Простудишься. И подоткни с той стороны одеяло, ночью может дуть.
– Ты же сказал, что будешь спать на полу!
– Я передумал.
Я стряхнула с себя его руку. Подумала. Вцепилась в запястье зубами. К сожалению, у карги росли когти, а не клыки, поэтому инквизитор мой укус проигнорировал. Он позволил мне немного пожевать свою руку, после чего легонько щелкнул по носу и быстро освободился.