Сердце Малого Льва

Федина Елена

– Что ж, - усмехнулся Нрис, - моя мать убила твоего брата. Нам самое место встречаться -

на кладбище.

– Если ты хотел побыть один, я не буду тебе мешать.

– Я уже побыл один. Пошли.

Они медленно побрели между оград и памятников.

– Вообще-то, - призналась Анастелла, - я здесь не случайно. Я знала, что ты здесь бываешь.

– Я догадался, - сказал он.

– Нам нужно поговорить.

– Да?

– Мне это нужно. Пригласи меня куда-нибудь.

–

Я лечу домой.

– Тогда пригласи меня к себе домой.

Руэрто вздохнул.

– Приглашаю.

Он уже сожалел, что внес сумятицу в ее юную, неопытную душу. Девчонка была ему не

нужна. Он не хотел ее. Именно с ней всё было как-то сложно, неловко, мучительно. Ему

поскорее хотелось всё забыть.

Она отдала слугам мокрый плащ и оказалась в обычных джинсах и свитере. Юные щечки

полыхали трогательно-розовым румянцем. Руэрто распорядился, чтобы обед принесли в

гостиную, и пригласил даму пройти. О чем пойдет речь, он примерно догадывался, но всё

равно спросил:

– Ну? И что у нас случилось?

Анастелла присела на круглый диван и опустила голову, челка совсем скрыла ее лицо.

– Я люблю тебя. Вот что случилось.

– Это не любовь, - сказал он как можно равнодушней, - это по-другому называется.

– Мне не важно, как это называется, - она подняла на него раскрасневшееся личико, - я не

могу без тебя жить. Понятно? И я хочу быть твоей женой!

– Стелла...

Он даже сел от неожиданности.

– Забавно, - нервно улыбнулась она, - именно здесь я тебе говорила обратное. Так мне и

надо, дурочке...

Руэрто понял, что ему очень стыдно слышать эти слова. Наверно, потому, что именно их он

и добивался. И что теперь?

– Стелла, - он взял ее за руку, - послушай... я дерьмо, ничуть не лучше своей мамаши. Твой

Льюис подходит тебе гораздо больше, и я не собираюсь вам мешать.

– Мы уже расстались с Льюисом, - заявила она, - я ему всё сказала.

– Черт возьми!
– вырвалось у него с досадой.

Анастелла забрала свою руку и даже отодвинулась немного.

– Ты, правда, совсем меня не любишь?

– 211 -

– Конечно, нет, - сказал он.

– Тогда почему. . ты так целовал меня? Почему?!

– Да потому, - Руэрто досадливо поморщился, - что я то самое дерьмо. Я люблю всех

женщин и ни одной.

– Неправда!

– Правда, детка.

Это было так. Женщины мелькали в его жизни одна за другой. Однажды, очень давно, он

позволил себе привязаться к своей служанке больше, чем обычно. Мать убила ее. Скормила

призраку в подземелье. Кажется, он даже и не возмущался тогда, принял это как должное, ведь

Сия тем самым спасла ему жизнь.

Анастелла задумалась,

потом сказала тихо:

– Тогда я согласна быть одной из всех. Пусть так.

– С тобой - не получится, - возразил он с горечью и покачал головой.

– Почему?!

– Потому что ты не одна из всех.

Большие серые глаза изумленно расширились. Она что-то такое поняла, чего он сам еще не

понял. Или не хотел понять.

– Мне уйти?

– Если хочешь, оставайся пообедать.

– Спасибо. Какой уж тут обед...

На душе было скверно. Он послонялся по дому, позвонил Ольгерду, но тот оказался занят

на своих раскопках. Пить в одиночку не хотелось, к тому же вечером намечался его сеанс в

Центре Связи. Пришло время испытывать новые кресла-саркофаги в круговой установке.

Самым лучшим сейчас было бы выспаться, но сон не шел.

*************************************************************

В Центре вечером было тихо и пустынно. Почти все двери закрыты. В такой тишине

хорошо было думать, понимать и совершать открытия. Нрис пожалел на минутку, что он не

ученый, и зашел в лабораторию Риции.

Сестра встала из-за компьютера, деловито положив руки в карманы белого халатика.

– Привет. Ты как всегда опаздываешь.

– Я как всегда разгильдяй.

– Ладно, - она вздохнула, - ты хоть являешься. Некоторых вообще не поймать. Не

представляю, как нам удастся собрать всех в одно время в одном месте.

– Объяви заседание Директории.

– Разве что!

Нрис огляделся.

– А где твой подопечный?
– спросил он удивленно: обычно Льюис всегда был при ней, как

тень.

– Он вывихнул колено, - серьезно ответила Риция, - нам поможет Олли. Сейчас я ее позову.

– Олли?
– у него что-то нехорошо заныло в груди, - и как ты с ней?

– Что я с ней?

– Ладишь?

– Вредная девица, - призналась сестра, - но умная.

– Царица Нормаах, - усмехнулся Руэрто.

– Вот-вот. И мнит из себя не меньше, чем царицу.

Оливия сидела в своей лаборатории. Она с готовностью встала и прожгла его взглядом

насквозь, это она умела.

– Здравствуйте, господин Нрис.

– Здравствуй, - кивнул он и почему-то вспомнил кладбище и их первую встречу:

пламенеющие рябины, золото кленов и красивую девушку с жуткими глазами, строго

затянутую в черный плащ.

– Ты готова?
– спросила Риция.

– 212 -

– Да, конечно.

– Тогда пошли.

В испытательном зале стояли спинками друг к другу девять кресел с саркофагами. Пять из

них уже были готовы, хотя и обмотаны обнаженными проводами. Нужно было проверить их в