Сердце Малого Льва
Шрифт:
бесило. От этого можно было с ума сойти. Наконец он открыл дверь и шагнул в тусклый
коридор. И услышал, как она то ли заскулила, то ли завыла ему вслед, как одинокая, голодная
волчица. Он готов был ворваться обратно, но дверь за ним с резким стуком захлопнулась.
************************************************************
*****************************************
************************
Желтый остров утопал в весеннем тумане. От земли поднимался
прорвало трубу в котельной. Больничные корпуса стояли строго в ряд, скучные грязновато-
желтые параллелепипеды, разделенные ровными газончиками. Такой унылый вид имела
неофициальная тюрьма для неугодных.
Эдгар порадовался туману. Основная охрана была, конечно, снаружи, но между корпусов
тоже сновали дежурные тритоны, бдительные врачи с нянечками и вооруженные до зубов
санитары. Попадаться им на глаза лишний раз не хотелось.
Две недели он использовал все свои связи и способности и наконец выяснил, где находится
единственный уцелевший капитан угнанного звездолета Дагбедидвааль - в подвале пятого
корпуса, самого жуткого корпуса на Желтом острове.
Эдгар пробирался к нему мелкими прыжками, через каждую стеночку, через каждую
бронированную дверь, через каждую электрическую сетку... Он был очень осторожен.
Коридор был пуст. Эдгар приоткрыл смотровое окошечко в двери палаты, которую вернее
было бы назвать камерой. Там кто-то сидел на полу в позе лотоса, спиной к двери. Слышались
монотонные завывания, означающие, видимо, глубокую медитацию или молитву.
Не прерывая этой молитвы, Эдгар прыгнул через дверь и остановился у пленника за
спиной.
– Аэ-эухе-оуоу-о, - простонал тот, медленно покачиваясь.
Пижама была чернильно-синяя и мятая, волосы сбриты, череп темно-зеленый, почти
черный.
– И сказал Единосущный: «Закройте глаза свои, но распахните сердца свои, ибо только
сердцем узрите вы Свет Негасимый Звезды Путеводной, и путь ваш во мраке болотном
осмыслен Быть...» - процитировал Эдгар священную Книгу Откровений.
– 216 -
Бывший капитан вздрогнул и смолк. Сначала он почему-то повалился на пол, постучал в
него лбом, потом только осмелился обернуться. Явление в камере белого демона не развеяло
его опасений.
– Отец Единосущный, спаси меня, грешного, смертного, в тине погрязшего...
– Да погоди ты, - поморщился Эдгар, - извини, что я без стука...
– Великая Трясина! Создатель милосердный...
– Послушай, Дагбедидвааль, ты же капитан. На звездолетах летал, а теперь какую-то
трясину поминаешь.
– Мы все вышли из Великой Трясины, -
– Ага. Прямо в космос.
– Исчезни, дьявол песочнолицый! Изыдь! Испарись!
– Даг, я не дьявол. Я аппир. Ты бывал на Пьелле?
Бывший капитан отреагировал на эти слова довольно странно. Он прополз на четвереньках
до железной кровати и сунул под нее голову.
– Нет! Нет! Нет! Нет!
– заявил он оттуда.
– Ты же летал туда. Вилиала - Пьелла. Обычный маршрут. Вспомнил?
– Нет, нет, нет! Я не летал на Пьеллу! Я не знаю никакой Пьеллы! Я не знаю никаких
аппиров! Не искушай меня, дьявол песочнолицый!
Кричал он громко. Эдгар заопасался, что сейчас примчатся санитары.
– Эй, Даг, - позвал он почти шепотом, - аэ-эухе-оуоу-о... Ау, дружище. Вылезай потихоньку.
Я тебе ничего плохого не сделаю.
– Я не знаю никаких аппиров, - повторил Дагбедидвааль из-под кровати.
– Да? Ты же капитан.
– Я не капитан!
– У тебя же был звездолет, Даг.
– Был. Игрушечный. Его украли. Я играл, а его украли.
Эдгар чуть не свистнул. Что эти сволочи сделали с нормальным мужиком!
– И кто же его украл, детка?
– спросил он ласково.
– Не знаю.
– Ай-яй-яй! Ты мне врешь. Почему ты не хочешь сказать правду дяде?
Несчастный псих залез под кровать совсем.
– Я ничего не знаю!
– плаксиво выкрикнул он, - я не знаю никаких аппиров! Я не знаю
никаких васков! Я не знаю, кто украл звездолет! Я не знаю, кто такой Рой, и что ему нужно!
– Успокойся, малыш. Вылезай, я не буду тебя расспрашивать. И бить не буду. Я добрый.
– Изыдь!
– Вылезай. Вместе помолимся Единосущному. А?
Вытащить пациента из-под кровати так и не удалось. Он нервно повторял одно и то же: что
не знает никаких васков и никакого Роя. Он и в самом деле ничего не знал. Очевидно,
Бугурвааль долго не мог в это поверить...
Открытое кафе на скале было почти пусто. Весенние ветра разгоняли лисвисов по музеям и
театрам. Эдгар заказал два шашлыка и «Сладкую тину забвения». После желтой психушки ему
особенно хотелось забыться.
Кантина прилетела в длинном пальто и шляпе. Пятнистый, леопардовой расцветки шарфик
соблазнительно развивался на ее высокой шее.
– Какая дама!
– чуть не простонал он.
– Пришлось отложить визит к психологу, - деловито сообщила она, - что у тебя случилось?
– Ничего. Просто хотел тебя увидеть.
– Прилетал бы ко мне.
– Отсиживаться под кроватью? Нет уж, спасибо.