Щупальца веры
Шрифт:
Он снова посмотрел ей в лицо.
— В начале каждого десятилетия главные священники делают особое предсказание по раковинам — что-то вроде долговременного прогноза. Для этого десятилетия, должно быть, предсказано нечто вроде ужасной мировой катастрофы. Может быть, ядерная катастрофа. Сейчас делается все возможное для умиротворения богов, чтобы они изменили ход судьбы. И детей отдают в качестве приношения.
— Откуда тебе известно об этом особом предсказании?
— Я читал об одном из этих предсказаний, которое было сделано в 1939 году. Тогда была предсказана Вторая мировая
— Но даже если это правда, — сказала Тори, — почему ты думаешь, что одним из этих детей должен быть Крис?
Кэл покачал головой.
— Я не могу ответить на этот вопрос. Так же как я не могу объяснить тебе причины большей части из миллиарда на вид случайных событий, которые так или иначе составляют историю. События происходят. Одно событие влечет за собой другое, и образуется определенная система. Каким-то образом Крис и я попали в эту схему, мы стали ее частью — или, может быть, мы всегда были, — и теперь я знаю, куда это ведет…
Одно событие влечет за собой другое.Так это бывает.
Ему вспомнился один разговор — это было, когда он в первый раз встретил Оскара. Это Оскар с самого начала сказал, что ничего не происходит случайно, что интерес Кэла к Вуду предопределен судьбой и служит определенной цели.
Оскар все знал уже тогда.
Вдруг Кэл подбежал к краю тротуара и остановил проезжающее такси.
— Куда мы едем? — спросила Тори.
— Ты едешь домой, — сказал Кэл, открывая дверцу машины, — а я иду к Оскару Сезину, и, по-моему, будет лучше, если я пойду туда один.
— Но я хочу помочь тебе.
— Ты поможешь мне, если будешь с Крисом. Садись.
Тори поцеловала его и села в такси. Машина медленно двинулась, Тори смотрела на него через заднее стекло.
Кэл стоял, глядя вслед отъехавшей машине. Мерцающий свет от телевизоров снова привлек его внимание. Сквозь стекло витрины он видел, как на шести экранах ракеты запускались в небо. Послали ли они сегодня космический «челнок»? Или сегодня комментировали новый оборонный бюджет?
Человека побеждают его преступления.
В то время как он на нескольких экранах наблюдал, как летели ракеты, он думал об ордуне; странным было то, что он думал не о том, который повторился, а о том, который выпал один раз, — вначале.
Кэл отступил к кромке тротуара, и стал ловить такси.
Не было никакой тайны в том, что именно боги в будущем готовили миру, если они сердились. Это вовсе не было тайной.
Глава 35
Парадные двери Аше были открыты. Вестибюль здания был полон самых разнообразных звуков. Музыка в стиле «диско», бормотание голосов,
В приемной никого не было. Кэл направился к офисам в задней части здания и обнаружил, что дверь была закрыта. Он пять раз постучал и подождал, но дверь не открыли.
Ритмичный стук здесь звучал громче, и Кэл пошел на звук по коридору в сторону открытой Двери. Заглянув внутрь, он увидел, что это была игровая комната. — A.C.H.E, казалось, соответствовал своему назначению культурно-спортивного центра, ограждая детей от влияния улицы и от неприятностей. Девочка и мальчик лет пятнадцати играли в пинг-понг. Ток-ток-ток. Несколько более взрослых ребят, склонившись над маленькими столиками, играли в шахматы.
— Кто-нибудь знает, где я могу найти Оскара? — крикнул Кэл.
— На втором этаже, — небрежно ответил кто-то из ребят, склонившихся над шахматами.
В коридоре второго этажа было темно, если не считать полоски желтого света, пробивающегося через стеклянное оконце двери. Кэл подошел к окну и замер, потрясенный тем, что увидел внутри. Все парты и стулья были придвинуты к стенам, образовав посреди комнаты широкую арену. В центре, спиной к окну, Оскар сидел на ком-то верхом. Кэл видел только ноги Оскара. Оскар наклонился вперед над торсом человека, лежащего на полу, и Кэл не мог явно различить, что он делал. Но по очертанию его плеч и мельканию рук можно было предположить, что он колотил или чем-то колол человека, лежащего под ним.
Около двадцати юношей и девушек стояли по обе стороны от Оскара, бесстрастно наблюдая за тем, как он мучил свою жертву.
Кэл был ошеломлен этим зрелищем. Понадобилось время, прежде чем к нему вернулась ясность мысли. Найти телефон. Позвонить в полицию. Уйти отсюда.
Он уже собирался броситься прочь, когда Оскар отклонился назад, опустив руки, — его работа была закончена. Он медленно поднялся, и Кэл смог увидеть тело с кукольным выражением на нарисованном лице.
Это был муляж человека в натуральную величину.
Могло ли это быть наглядной демонстрацией жертвоприношения?
Едва он задал себе этот вопрос — разум Кэла упорно цеплялся за его болезненное представление о реальном, — как увидел, что Оскар жестом показал одному из зрителей, молодой девушке, чтобы она подошла к чучелу. Кэл наблюдал, как девушка кулаками колотила муляж по груди. Та же самая техника, подумал он, которую он видел у медработников, когда они пытались оживить миссис Руис.
Оскар обучал своих подопечных приемам первой медицинской помощи.
Кэл с шумом выдохнул — ему показалось, что воздух навсегда задержался у него в легких, — а затем негромко постучал в дверь.
Оскар бросил хмурый, обеспокоенный взгляд, потом узнал Кэла. Он ненадолго задержался в комнате, устанавливая очередность, в которой каждый из студентов должен проделать упражнение, затем вышел в коридор.
— Какая приятная неожиданность, — сказал Оскар, положив руку на плечо Кэлу. — Но по вашему виду, мой друг, я понимаю, что это все что угодно, только не визит вежливости.