Щит Спэрроу

Перри Девни

Охранники хмыкали все реже и реже.

Сегодня я совсем не была похожа на принцессу, которая помахала бы охранникам, стоящим наверху, прежде чем попытаться выстрелить в беспомощное дерево. На леди, которая приложила пальцы к губам и практиковалась в свисте, пока это, наконец, не сработало.

Тени, это был ужасный план, не так ли? Бриэль была уверена, что я не выберусь из леса. Вероятно, она была права.

Мне следовало потратить время на то, чтобы придумать более изощренный и правдоподобный план. Но что, если

у меня больше не будет такого шанса? Что, если Страж, Тиллия или Завьер никогда больше не оставят меня одну? Что, если они отвезут меня в Эллдер и запрут за стенами крепости?

Это было оно. Это должно сработать.

— Готова? — спросила я Бриэль.

— Готова. — Она кивнула, затем выпрямила спину и, гордо задрав нос, вышла из тени дерева.

Она провела годы среди членов королевской семьи, наблюдая за нашим поведением и манерами. Она знала, как привлечь к себе внимание, словно сама была королевой.

Когда она подняла руку, мужчина немедленно остановил двух гнедых лошадей, запряженных в его повозку.

— Сэр.

— Да? — спросил он.

Она подошла к нему и достала из кармана брюк кошелек с монетами. В ее кошельке было достаточно золота, чтобы купить еще двух лошадей и повозку в три раза больше этой.

— Камеристку моей госпожи нужно подвезти до Эшмора. Мне нужны кое-какие вещи в течение недели, но она опасается отправляться в путешествие в одиночку. Можно ей поехать с вами?

Он окинул сумочку долгим, пристальным взглядом, прежде чем сделать то же самое со мной.

— Я вернусь в Трео только через семь дней.

Бриэль махнула свободной рукой.

— Ей нужен только билет до Эшмора. Обратно она доберется сама.

Его глаза сузились.

— Что вам нужно? Почему бы не попросить это у владельца вашего магазина?

— Это мое личное дело, — в голосе Бриэль послышались нотки, которые в устах Мэй звучали устрашающе, как угроза. Очевидно, она кое-чему научилась у моей сестры.

Мужчина нахмурился, и на мгновение я была уверена, что он откажет. Но затем он протянул руку, схватил сумочку и положил ее себе на колени.

— Садись.

Не. Может. Черт. Возьми. Быть.

Тени, это сработало.

Я бросилась к повозке, едва не споткнувшись о свои юбки, когда забиралась на сиденье и устраивалась рядом с мужчиной.

Он нахмурился, но пришпорил лошадей, и повозка покачнулась на ходу.

Мое сердце билось так сильно, что мне стало больно, когда я рискнула взглянуть на Бриэль. Либо я увижу ее через несколько дней. Либо я увижу ее через час, когда они притащат меня обратно после того, как поймают при попытке к бегству.

Кучер ничего не сказал, только сильнее натянул поводья, и повозка снова накренилась, когда мы набрали скорость.

Стук копыт заглушал звук моего прерывистого дыхания, вызванного паникой. Впереди я обозначила границу, нашла ближайшую сторожевую башню и устремила взгляд

вперед.

Дыши.

Мое тело начало дрожать по мере того, как мы подходили все ближе и ближе.

В воздухе раздался свист.

Свист, который издают охранники, когда кто-то уходит, предупреждая остальных об уходе. Это был короткий, пронзительный сигнал.

В тот момент, когда я услышала, как он прозвучал среди деревьев, воздух вырвался из моих легких.

— Спасибо тебе, Дарья, — прошептала я.

— Что? — рявкнул мужчина.

— Ничего, — пробормотала я, поджимая губы, чтобы скрыть улыбку. Проторенная тропинка вела от деревьев к равнинам.

— Там, — пробормотал кучер, указывая вдаль. Это было единственное слово, которое он произнес с тех пор, как покинул Трео.

Я прищурилась, наблюдая, как темное пятно на горизонте медленно превращается в крыши и деревянные строения.

Эшмор.

Поездка казалась бесконечной. Сиденье повозки было неудобным, а от множества ухабов на дороге у меня стучали зубы. Мне было не по себе снова оказаться на открытом месте, без охраны. Я была открыта для нападения любого монстра.

Даже с ножами, пристегнутыми к бедрам под юбками, я всю дорогу прочесывала равнины в поисках хищников.

Путешествие было пугающим и захватывающим. Это был прыжок с обрыва. Это был прыжок веры.

Это была свобода.

А я была зависима.

Солнце клонилось к горизонту, и последний отрезок пути, казалось, занял несколько дней, но дорога, наконец, расширилась, когда мы приблизились к городу.

Кучер натянул поводья, переводя своих лошадей на шаг, когда мы подъехали к ряду деревянных домов.

Маленький мальчик в соломенной шляпе, игравший на лужайке, поднял голову. Его мать стояла в дверях, скрестив руки на груди, с нейтральным и оценивающим выражением лица, когда мы проезжали мимо.

Либо ей не нравился торговец.

Либо ей не нравилась моя внешность.

Я достала свой шарф и быстро повязала его на волосы.

Вдоль дороги стояло все больше домов, и чем ближе мы подъезжали к центру города, тем ближе друг к другу они были построены. В большинстве из них были небольшие загоны для коз и кур. Собака на цепи залаяла, когда мы проезжали мимо.

Тиллия рассказывала мне, что в городах Туры были разработаны различные способы защиты от монстров. Но Эшмор напоминал сельские поселки, которые усеивали поля Куэнтиса. Как этим людям удавалось оставаться в безопасности?

— А как же монстры? — спросила я кучера.

— А что с ними?

— Как вам удается не пускать их в город?

Он стиснул зубы.

— Мы этого не делаем. Больше нет.

Больше нет? Что это значит?

Прежде чем я успела спросить, он резко натянул поводья, останавливая свою упряжку. Затем мотнул подбородком в сторону дороги.